Зло той же меры - Теверовский Михаил Григорьевич - Страница 21

– Андрей…

– Будешь Червь теперь. Собирайте свои манатки и на собрание топайте быстро, понятно?

– Д-да, к-кон-нечно… – поспешил ответить Дима.

Бритоголовый бросил на него уничижительный взгляд и вышел из комнаты, направляясь в следующую. Откуда тут же раздался его приказ кому-то подниматься, сопровождаемый глухим ударом берца.

Стремглав бросившись в небольшой туалет, Дима вывернул обе ручки крана – текла лишь холодная вода – и принялся умываться, стараясь привести себя в чувство. Пыхтя и фыркая, наконец он чуть прочистил свои мозги, чтобы вновь начать хотя бы более или менее управлять своим телом и в полной мере осознавать, кто он и где он.

– Как думаешь, нам разрешат сделать тату дракона? – спросил его Андрей, прислонившись плечом к косяку.

– Не знаю…

– Уже скоро как шесть месяцев мы в банде. А толку ноль, разве нет?

– Если тебе не нравится – уходи. Я чувствую, что моё место здесь, – нахмурившись, ответил толстяк.

– Не кипятись. Подвинься, дай мне тоже умыться.

Дима отошёл в сторонку. В его сознании пульсировал один вопрос, не дававший ему покоя. Сам он не мог дать на него ответ – обычно Андрей в их неразлучной дружбе принимал все важные решения, зачастую подталкивая всего стеснявшегося и боявшегося Диму как на интересные приключения, так и на глупости, о которых впоследствии тот очень и очень сильно жалел. Некоторые моменты снились ему в частых кошмарах, отчего Дима просыпался в холодном поту в диком приступе астмы. Например, буквально пару дней назад во сне он вновь вместе с Андреем разбивал витрину магазина в паре кварталов от родительского дома – после того случая на протяжении месяца изо дня в день Дима ждал, что вот-вот за ним придёт полиция. А тогда о его поступке узнают родители: мама будет смотреть на него наполненными слезами глазами, держась за слабое сердце, а отец с презрением отвернётся, не в силах себя заставить посмотреть на того выродка, что достался ему вместо сына.

Наблюдая за другом детства своими маленькими водянистыми глазками и поправляя жёсткие волосы, подстриженные абы как, он всё же решился спросить:

– Андрюх, вот ты как думаешь… Это… Тебе комфортно здесь?

– А? – закрывая кран, переспросил долговязый.

– Ну как ты вот думаешь, то, что мы здесь – это хорошо?

– Конечно. Ты же сам говоришь, что чувствуешь, что твоё место здесь. Вот и я, – отряхиваясь, словно собака, ответил ему Андрей и вышел из ванной, судорожно начав собираться. – Надевай кроссы, а то Колян вернётся, даст по щам нам.

– Я понимаю… – присев на краешек матраса и медленно натягивая свои найки, тем не менее продолжил Дима. – Все же вот, может, это… Уйти?

– Ты чего, с дуба рухнул? Чего ж твоё мнение-то так из одной степи в другую бросает, то одно, то другое. Определись уже, ну? Снова неудачниками быть, над которыми все угорают? Да и ты видел, сколько тут девчонок? И ещё каких… у-ух. Весь район знает, что у членов банды Дракона лучшие цыпочки. Я вот присмотрел себе… Кристина. Я тебе отвечаю – только получим татухи, она мне тут же даст. Отжарю её во всех позах и ракурсах, сечёшь?

– Я всё понимаю, но, Андрюх… какое-то у меня предчувствие…

– Предчувствие? Чё, у свинки жирок задрожал? – неожиданно в комнате вновь очутился бритоголовый.

– Н-нет… То есть…

– Да ла-а-а-а-дно тебе, расслабься. Тут все свои, – Коля подскочил к Диме и, захватив его шею в сгибе локтя, прижал к полу. – Соскочить решил, а? Свинюха?

– Я… Х-х… – захрипел Дима, чувствуя, как страх задохнуться наполняет его, перед глазами начало темнеть, а голова, казалось, вот-вот лопнет.

Андрей же стоял в стороне, потупив взгляд и перебирая пальцами низ своей толстовки. В какой-то момент он посмотрел на задыхающегося друга, казалось, что он вот-вот бросится Диме на помощь, но всё же он одёрнул себя и продолжил стоять у стеночки, словно ничего и не происходит.

– Всё, дыши, малец, – милосердно отпустил бритоголовый Диму. – Все боятся, только члены банды Дракона не имеют права показывать свой страх, усёк?

– Х-д-д… да… – просипел Дима, сидя на полу и жадно хватая ртом воздух.

– Молодчик. А если нервы всё же шалят, зырь, чё есть, – из кармана Колян достал пакетик с порошком и помахал перед лицом Димы. – Нюхнёшь пару грамм – и как новенький. Только уверенный в себе, а не вот это вот дерьмо, что сейчас сидит на полу перед моими глазами. За косарь, так и быть, по доброте душевной отсыплю дозу.

– Н-нет… спасибо, – испуганно следя глазами за пакетиком, ответил Дима.

– А тебе нужно?.. Как там тебя, Червь, что ли, не? – кивнул Коля в сторону теперь уже Андрея.

– Гы-гы, – услужливо хихикнул долговязый. – С удовольствием бы, да бабла нет. Как появится, обращусь, спасибо, Колян.

– Окей. На первом этаже через пять минут. Придётся за вами, ублюдками, вновь подниматься – пеняйте на себя. И двух дебилов из соседней комнаты с собой прихватите, тоже никак не поднимутся.

Спустя даже три минуты Дима и Андрей, запыхавшиеся и с красными лицами, уже стояли на первом этаже. Некогда в этом здании размещался хоть и не самый лучший, но всё же трёхзвёздочный отель. Довольно популярный в городе благодаря возможности не только посуточной, но и почасовой оплаты. Собрание банды Дракона проводилось в месте, где некогда был расположен ресепшен. Обширное пространство теперь пустовало: все стулья, диванчики и банкетки были либо распроданы, либо растащены жителями округи; стойка регистрации почти полностью разбита, и по полу раскиданы как её остатки, так и различный мусор от фантиков до шприцов. Освещалось всё это парой лампочек, хаотично ввинченных в цоколи, утопленные в посеревший навесной потолок, – как знал Дима, банде Дракона повезло с каким-то электриком, который сумел подключиться к электросети одного из соседних домов.

Теперь здесь тусовалась совершенно разношёрстная толпа. В большинстве своём молодые, но что-то ещё общее выделить было сложно, тут встречались всякие: от явно совсем законченных наркоманов в грязных потёртых обносках, с лиловыми синяками под глазами и взглядом, уходившим куда-то в соседнее измерение, до людей, выглядевших вполне ухоженно и даже вполне респектабельно. Впрочем, было кое-что, что объединяло большую часть собравшихся: нанесённая татуировка дракона на лице. Молодые парни и девушки, они думали, что нашли себя, своё призвание, находясь в этой заброшке, чувствуя себя членами грозной банды… Сколько из них будут жалеть об упущенных лучших годах жизни? Находить себе оправдания, стараться уберечь от такой же судьбы своих детей.

Сквозь стоявших полукругом людей, расталкивая попавшихся ему на пути в центр, к небольшому возвышению – где некогда стоял громоздкий чёрный рояль, звучавший лишь изредка даже в лучшие дни отеля, – продирался бритоголовый Коля, закусывая в зубах самую настоящую кубинскую сигару. Появление предводителя вызвало в собравшейся толпе гул одобрения у всех – практически пятидесяти человек.

– Привет, братья и сёстры! – хриплым тяжёлым басом теперь пытался ораторствовать бритоголовый, напрягая все доступные ему силы своих голосовых связок. – Я разбудил вас с утра пораньше, потому что мы должны сегодня определиться! Банда ли мы Дракона или нулёвые сосунки, изображающие из себя типа бандюганов. Вчера эти подонки-полицаи схватили Тёмного и Сиплого. Прямо, блин, на нашей сраной улице. Они решили, что они вновь цари и боги… но хрен там! Чё молчите, не верите? Эй, Вован, поднимись-ка ко мне.

Из толпы выскользнул тонкий высокий паренёк лет двадцати, сгорбленный и весь какой-то зажатый. На нём была надета длинная, почти по колено, чёрная толстовка с потрескавшимся принтом. У Димы он вызвал ассоциацию со скользким угрём, особенно эти бегающие глазки, которые боялись даже остановиться на бритоголовом. Правда, и сам Дима никогда не мог заставить себя задержать взгляд на Коле, зачастую рассматривая свои кроссовки при разговоре с ним один на один. Не без зависти Дима отметил, что на рябом лице паренька красовалась та самая татуировка дракона, о которой они так давно мечтали с Андреем.