Артефакт. Ритуал на крови (СИ) - Скоробогатова Наталья - Страница 33

— Так мой дед ещё с ним ходил. Так тут и живёт. Дед-то уж давно на кладбище, а этому хоть бы хны, нехристю!

Вставка сменилась журналистом, который толкнул калитку, вошёл во двор и постучал в окно:

— Господин Ху!

В этот же момент распахнулась дверь, и из дома на крыльцо вышел Ху. Тот самый, в одежде, похожей на ту, которую носили монахи буддистских монастырей. И выглядел он настолько чуждо в этом месте, что невольно закралась мысль, зачем он там? Почему не у себя, в Китае, а где-то в самой глубинке России, где таких, как он, на километры вокруг нет. И речь даже не о национальности, а скорее, о духовной составляющей, ведь буддизм — а судя по произошедшему ранее, Ху был именно буддистом — не самая распространённая религия в тех местах. И кому её можно нести?

Тут Ху посмотрел прямо в камеру, и Марте показалось, что это взгляд был направлен точно на неё, будто он знал, что в какой-то момент она вот так будет сидеть и смотреть это видео. А, может, и знал, кто его поймёт?

Дальше смотреть смысла не было. Остановив запись, Марта посмотрела подпись к статье, а после поднялась и взяла мобильник, который несколько минут назад моргнул входящим сообщением. «Будем завтра в 18:35. Рейс „СибЭйр“ № 3698542. При себе один чемодан и три дорожных рюкзака» — прочитала она.

Завтра вечером. А сейчас… Она посмотрела на часы: одиннадцать утра. Хорошо, что сегодня нет занятий, а на завтра можно попробовать организовать дистанционное занятие, как хорошо, что такой формат у них доступен, и многие родители, как оказалось, ему даже радуются.

* * *

Деревня Малые Руши находилась в ста пятидесяти километрах от Нежнина, на границе с Волховской областью. Когда Марта позвонила Игорю с просьбой помочь съездить туда, не конкретизируя, зачем, только пояснив, что там можно найти следы Саши, он не стал отказываться. Единственной проблемой стал транспорт. Автобусы туда ходили раз в три дня, и сегодня был не тот, а брать такси вышло бы в копеечку. Нет, денег не жаль, их хватало, но привлекать постороннего человека к таким делам не стоило. Арендовать тоже не хотелось: мало ли что там может произойти, — и Игорь позвонил Кряжеву-младшему.

— Точно по поводу камня?

— По словам Марты — да, — не став уточнять, что она говорила совсем не об артефакте, подтвердил он.

— Тогда пришлю своего парня. Ждите.

И вот сейчас они выбирались из тёмно-синей Креты, остановившейся напротив дома из видео. Водитель тоже вылез и тут же вынул из висевшей на груди барсетки пачку сигарет.

— Вы надолго? Я пройдусь? — спросил он, прикуривая и выпуская в воздух густой табачный дым.

— На час, скорее всего. Пройдись, мы подождём, если что, — разрешил ему Игорь и посмотрел на Марту: — Тут?

— Вроде да. — Она отодвинула щеколду на калитке, открыла ту и вошла во двор.

Насколько Марта помнила по записи, которой оказалось три года, здесь всё было точно так же, как и тогда: чисто подметённая территория, колода для колки дров с воткнутым в неё колуном, дощатый вполне крепкий с виду сарайчик, навес с поленницей рядом. Дальше был виден фруктовый сад, но рассматривать его Марта не стала, потому что на крыльцо вышел Ху.

— Профессор Марта, — поклонился он ей и повернулся к Игорю: — Господин Князь.

Почему её и Сашу Ху назвал по имени, а Игоря внезапно Князем, она не поняла, но спрашивать не стала.

— Мистер Ху, — поклонилась она ему в ответ.

— Проходите, — Ху сделал шаг в сторону, приглашая их в дом, и они вошли в дверь, занавешенную обычными вполне деревенского вида шторами.

Китаец, обойдя их, ошеломлённых тем, что за порогом деревенского дома оказалась пещера — знакомая, впрочем, Марте, — прошёл к костру и указал на него:

— Располагайтесь. Я приготовлю чай.

В его руках замелькали кувшины, чашки, пучки трав и прочее, что вскоре превратилось в висящий над огнём кипящий котелок, испускающий ароматы вишни, смородинового листа и, кажется, мелиссы.

— Очень полезно для ребёнка, — Ху посмотрел на живот Марты и подал ей пиалу.

— Спасибо! — Марта приняла её и сделала глоток. — И очень вкусно!

Игорю Ху ничего не сказал, но тот и не возражал, тоже взял свою пиалу и сделал глоток.

— Так что вы ищите? — сразу после этого спросил Ху.

— Сашу. — Марта поставила пиалу на пол перед собой. — Он пропал.

— Он исправляет ошибку. — Морщинки вокруг глаз Ху стали глубже. — Её нужно исправить.

— Но почему он?

— Это его дело.

— А я?

— Он идёт к тебе.

— Господин Ху, — встрял в их разговор Игорь, — а можно без загадок и ребусов?

— И твоё дело, — ответил Ху.

— Что за дело? — Марта не могла остаться в стороне, тем более, что речь шла о двух дорогих ей мужчинах.

— Господин Алекс — решатель, он решает проблемы. Господин Князь — вершитель, он вершит судьбу.

— Решатель? Я даже слова такого не знаю, — покачала Марта головой. — Что это значит?

— Он решает проблемы. Сейчас он решает проблему, исправляя ошибку.

— Какую проблему? — Игорь тоже поставил свою пиалу на пол.

— Он вернётся? — одновременно с ним спросила Марта.

— Проблему с теми, кого здесь быть не должно. Вернётся или нет — зависит только от него.

— Так, ладно, я всё понял, — Игорь встал, сунул руки в карманы брюк и зашагал вокруг костра, — но я-то тут каким боком?

— Мир — одно кольцо, всё в нём зависит друг от друга и исходит друг от друга. Нет ничего, чему не было бы причины, и что не было бы причиной чему-то.

— То есть я что-то сделал или сделаю, из-за чего всё это происходит?

— Ты, господин Алекс, профессор Марта, — согласно кивнул Ху.

— А Марта тогда кто? — Игорь остановился напротив китайца.

— Марта? — Тот, всё это время следивший за Игорем, перевёл взгляд на Марту. — Марта мать.

— Чья? — задала она вопрос.

— Просто мать. Матерей много, вы даёте жизнь, и жизнь даёт вас.

— Это просто невозможно. — Игорь уселся на своё место и залпом допил уже остывший чай. — Ты всё? — обратился он к Марте.

— Всё, — согласилась она, допивая из своей пиалы.

* * *

— Эй! — с улицы раздался голос их водителя, и Марта с Игорем удивлённо посмотрели друг на друга. Они сидели за накрытым красной, вышитой золотыми птицами и цветами скатертью столом в небольшой кухоньке. В вазочке перед Мартой стояло малиновое варенье, пред Игорем — крыжовенное, с грецким орехом, на тарелке горкой были навалены баранки. Сбоку на табурете пыхтел электрический самовар с заварником. Но кружек и ложек не было.

— Колдун! — припечатал Игорь.

— Скатерть-самобранка, — добавила Марта.

— Вы скоро? — снова раздалось с улицы. — Скоро темнеет, а нам ещё ехать.

— Темнеет? — Игорь достал мобильник и посмотрел на часы. — Ничего себе! Уже почти одиннадцать. — Он вскочил. — Поехали, тебе же завтра ещё на занятия поди?

— Я отправила их на дистанционное занятие. — Марта вздохнула и тоже встала. — Он точно что-то такое в свой чай подливает.

— Я же говорю — колдун.

— У них не колдуны, у них бакши, — поправила его Марта. Она не любила, когда к её предмету относились пренебрежительно.

— Какая разница, когда смысл один? Идём. — Видя, что Марта всё ещё стоит, Игорь взял её за руку и потянул из дома.

Они уже сели в машину и выехали за пределы деревни, как Марта вспомнила.

— Чёрт! Я же хотела маме позвонить, попросить её, чтобы она Соню с Сашиными племянниками пустила к себе пожить. У них с папой квартира большая, четыре комнаты, две, наши с Толиком, как раз стоят пустые.

— Думаешь, уже спят? — Игорь посмотрел на неё так, словно она сказала что-то странное.

— Они, конечно, поздно ложатся, но если сейчас сказать, всю ночь будут «место готовить». Ты бы знал, как они гостей встречают. Для меня это всегда было и радостью, и огромной нервотрёпкой.

— Почему?

— Я люблю тех, кто к нам приходит. Но я не люблю готовиться к их приходу, потому что мама любит затевать перед этим генеральную уборку. А папа с Толиком вечно на это время куда-нибудь сбегают. Сбегали, — поправила Марта себя.