Артефакт. Ритуал на крови (СИ) - Скоробогатова Наталья - Страница 25

— Хватит! — прикрикнул на него Олег. — Время идёт, а у нас тут не цирк. Людочку будешь смешить.

— Молчу-молчу! — Улыбка с лица Шляпы не пропала, но он откинулся на спинку стула и действительно замолчал.

— Я же тогда много рыл по поводу того артефакта. Камня, — начал Олег. — Нарыл и одну легенду. Если ей верить, когда-то давно жил в нашем мире бессмертный человек. И смерть его, точнее — душа, была заключена в камень, который он носил на груди.

— И что? Я про Кощея-бессмертного много сказок читал. Там, правда, смерть в игле, а не душа в камне, но смысл тот же.

— Тот да не тот. Если верить легенде, человек пропал, а камень остался. И если провести правильно ритуал, то с его помощью можно стать бессмертным.

— И сейчас ваш Роман ищет этот камень?

— Да, именно так.

— А в чём прикол?

— Прикол?

— Ну, фишка, — не удержался Шляпа.

— Она в том, что ваш камень и этот камень — это один и тот же артефакт.

— Как это?

— Очень просто. Отец узнал об артефакте достаточно давно, и искал его именно как исполнитель желаний. Не знаю, что он там хотел загадать, меня это не интересует. У него была старая ещё рукописная книга. Он-то прошёлся по верхам, а я её прочитал полностью.

— И?

— В конце книги был большой список переписчиков и, как бы их сейчас назвали, редакций, и я пошёл искать более старые варианты. И нашёл.

— Даркнет нам в помощь. — Олег и Игорь посмотрели на Шляпу так, что он встал, отошёл к окну, открыл форточку и закурил.

— А там было то, чего не было в отцовской книге: что это единственный в нашем мире волшебный артефакт. И всё, что происходит волшебного, связано именно с ним.

— И исходя из этого утверждения ты решил, что наш камень и камень бессмертия — это один и тот же?

— А почему нет?

— Не буду спорить, приму как вариант.

— Лемму.

— Почему лемму?

— Потому что она подтверждает другое: есть и иные миры.

— В смысле?

— Фраза «наш мир» не моя, она из книги. Возможно, она тоже придумана для красивого словца, но я так не считаю.

— Не считаешь…

Игорь задумался. Тот Китай мог и не быть Китаем, они же не знали, где на самом деле находятся. Да, те, с кем встретились, были вроде китайцами, даже по именам, но в остальном…

— Хотя, почему нет?

— Вот и я о том. Я иногда думаю, что неплохо было бы побывать где-нибудь в другом мире, не в нашем.

— Слетай в Африку. Поверь, там совсем не наш мир.

— Не смешно.

— Я не смеюсь. То есть получается, если Алекс проведёт тот ритуал…

— Или примет в нём участие.

— … Или примет в нем участие, то он станет бессмертным?

— Если камень у него.

— То есть камень пустой? Души в нём нет?

— В смысле?

— Ну вот смотри, — Игорь взял в руки стакан, в который успел налить вишнёвый сок из кувшина — в нём до сих пор плескались прозрачные кубики льда, — он полный. Если я сюда попробую что-то налить, оно не поместится. Я сейчас в принципе, про смешение жидкостей речи нет. Так?

— Да.

— А как можно поместить душу в сосуд, который уже занят другой душой?

— А, я понял. То есть нужно будет проверить, свободен ли камень от души, так?

— Именно.

— И как это сделать?

— А вот это я не знаю. Кто у нас тут всякими историческими и магическими штуками увлекается? Вот и ищи. А я буду искать Алекса и камень.

— Окей. Теперь твоя очередь.

— Что?

— Мы договорились: баш на баш.

— Ты об этом. У меня всё просто: я не хочу, чтобы пострадала Марта.

— И это всё?

— Влюбился что ли? — раздался от окна голос Шляпы.

— Нет. Но как-то привязался к ней. Считай, она мне как сестра. А она переживает за Алекса. Следовательно, нужно его найти.

— Кому бы я рассказал, что Князь будет пытаться спасти Арто… — Шляпа уселся на свой стул и сделал глоток из стоящего перед ним бокала с томатным соком.

— Вот и не говори никому. — Игорь встал. — Я сам за себя заплачу. И позвоню, как только будут какие-то результаты. Да, — повернулся он, как только открыл дверь, — а Роман в курсе, что камень один?

— Да, Вадик ему сказал, — ответил Олег, и Игорь кивнул, понимая, что не должен опоздать.

* * *

В университете было тихо. Не совсем, потому что то тут, то там пробегали уборщицы, ругая на чём свет стоит неаккуратных работяг, делающих ремонт в аудиториях, где-то, кажется, этажом выше, стучал молоток, из-за двери студенческого профкома раздавался смех и странная совсем не комфортная для слуха музыка. Но это не был привычный шум, когда толпа уже не детей, но ещё и не взрослых говорит обо всём и ни о чём и когда бесконечный топот сотен ног сливается в один гул.

Марта постучала и вошла в приёмную декана. Лилия сидела за столом и что-то быстро печатала, уставившись в монитор и почти не глядя на клавиатуру. Она перевела на Марту взгляд и кивнула.

— Заходите, Марта Андреевна, Роман Ринатович просил, чтобы вы сразу заходили, как только появитесь.

— А что у него? — спросила Марта, кладя на стол перед Лилией плитку бельгийского шоколада. Та любила такой, и вот за такую маленькую «взятку» всегда готова была прикрыть от гнева или подсказать, чем порадовать начальство.

— Не знаю. — Лилия покачала головой. — Вроде не связанного с вашей кафедрой не было. О! Он тут просил принести ему вашу работу по последней командировке. Ну, после которой вы чуть не уволились.

— Странно. Она же вроде уже даже в печать должна была уйти. — Марта пожала плечами. — Ну, может, что-то нужно поправить. Пойду.

Она два раза стукнула в дверь и дождавшись невнятного ответа, толкнула её.

Роман Ринатович сидел за столом для совещаний. Тот, длинный и массивный, стоял почти у стены, чтобы не занимать много места, так как пользовались им не чаще раза в неделю — обычно хватало небольшого стола для посетителей, приставленного вплотную к рабочему. И вот сейчас весь стол для совещаний был завален какими-то распечатками. И именно их декан перебирал.

— А, Марта Андреевна! Проходите, присаживайтесь. Я сейчас.

Марта села в привычное для себя кресло и начала разглядывать Романа Ринатовича. Невысокий, едва ли до её метра семидесяти дотягивает. Чуть полноватый, но не до такой, какими бывают в его сорок пять мужчины с сидячей работой. С видными во внешности довольно явными татарскими корнями, но не казанскими — светлыми, а сибирскими — более тёмными: чёрными волосами и карими глазами. В молодости, наверное, у девушек был нарасхват. Ещё и аспирант. Учёный! Хотя, тогда больше тех, кто деньги зарабатывать умеет, любили.

— Марта Андреевна, всё хорошо?

Она очнулась, поняв, что слишком углубилась в свои мысли и посмотрела на севшего напротив неё декана.

— Да.

— Вот, — он протянул ей стакан с водой. — Выпейте. Сегодня жарко на улице, а у меня тут кондиционер сломался, и даже открытые окна не помогают. Солнце прямо в них светит же.

Марта посмотрела на еле колышущиеся по сторонам от оконных проёмов шифоновые светло-зелёные шторы и улыбнулась.

— Да, жарко, — а после взяла стакан и выпила. Вода показалась немного горьковатой, но это, возможно, из-за того, что она тёплая и стоит тут, скорее всего, давно. Вон, в графине и половины не осталось уже, а Лилия часто её меняет.

— Я бы хотел поговорить с вами о вашей работе по гранту. Мне кажется, в ней не хватает подробностей про вашу командировку. Но, возможно, я не прав. Расскажите подробно, что происходило, и я подумаю, есть ли необходимость что-то добавить или всё-таки стоит оставить как есть.

— Да, — Марта кивнула, и голову повело. «Духота», — подумала она, опускаясь лицом на стол.

Стакан выпал из ослабевшей руки, стукнулся о паркет, покатился и замер, остановленный ножкой кресла…

Глава двенадцатая

Время неизвестно. Место: предположительно средневековая Англия

Перед так точно так же, как и в прошлый раз, стояло два послушника. Увидев меня, они, не задавая вопросов, отперли двери и впустили кабинет.