Бояться поздно - Идиатуллин Шамиль - Страница 44

— Да, игра же всех, кто зарегался, полностью срисовала, полные цифровые отпечатки: все заходы в сеть, все переписки и облачные хранилища, все содержимое всех подключенных девайсов. Я же говорила.

— Не говорила, — пробурчала Алина.

А Марк, прижав ладонь к карману — с телефоном, очевидно, — пробормотал:

— Ничоси.

Карим, с явным трудом удержавшись от того, чтобы поднять уровень тревожности в юном товарище, спросил Алю:

— Раньше про нору речь шла? Или вообще про поиск выхода на устройства упырей?

— Н-нет, — сказала Аля, впадая в ужас: а вдруг она неправильно запомнила и теперь все побежали по ложному следу. — Я поэтому и не поняла… Потом, там же из-за рассинхрона ответы гораздо раньше вопросов и могут рассекаться другими репликами, фиг поймешь. Может, всё не так на самом деле.

Карим, подняв палец, хотел что-то сказать, но Алина успела первой:

— Всё так. Там есть люки — ну, норы, можно сказать, — между уровнями. Кто их найдет, может спидранить[23] от старта к финишу за несколько секунд. Читерство, конечно, зато красиво. Есть еще затягивалки, такие типа адские штуки, которые игрока просто засасывают в игру и не выпускают. Он в реале лежит в бессознанке или в коме даже, а сознание — ну или душа, если хотите, — по игре лазит и вылезти не может.

— Не хотим, — отрезала Алиса.

Тинатин спросила:

— То есть нас вот так затянуло и без шансов?

Марк авторитетно вмешался:

— Нет. Там по-другому работает, с музыкой и специальным рисунком — светящаяся звезда такая.

Алина, взглянув на него с досадой, сказала:

— Нет, но не поэтому. Мы тут резвимся, собеседуем и прыгаем туда-сюда именно потому, что не затянуты. Иначе остались бы залипшими раз и навсегда внутри игрового сеттинга. А у нас тут какой-то промежуточный вариант, лимб.

— Откуда ты знаешь? — спросила Алиса.

— Книжки надо читать, — отрезала Алина. — Там все написано.

— Вот и ладушки, — бодро сказал Марк. — Значит, ща составляем план, заходим в игру, дожидаемся генделей и устраиваем им Сталинград и Армагеддец.

Аля обмякла. Она поняла, что ровно до этой фразы наполнялась надеждой и уже начала верить, что чатик может если не победить, если не выбраться из дебильной ловушки, то хотя бы сделать подножку злодеям и не позволить им убить кого-то еще. Слова Марка будто сорвали зажимы, удерживавшие безнадегу на расстоянии. Теперь она упала, накрыла и задушила.

— Марк, ни фига мы не устраиваем, — сказала Аля. — Их трое минимум. Может, больше. А мы вшестером даже одного не одолеем. Столько раз пробовали — без толку. Они убийцы, профи и упыри, как… Как Чужой или Хищник из древнего кино. Если тупо драться, ноль шансов, если стрелять, тем более — я уж не говорю, что не из чего. А подготовить засады и веселые ловушки из смолы и гвоздей, как в «Один дома», мы просто не успеем. Никакое читерство не поможет, никакие норы. За раз точно не успеем, а второй даже если будет, то забудем всё. Я забуду. Я уже и половину этих дурацких песенок вспомнить не могу.

— Каких песенок? — спросил Марк.

Твоих, хотела сказать Аля, но только вздохнула. Остальные молчали, неловко отводя глаза. Только Тинатин, прикидывавшая что-то буквально на пальцах, поворочала головой и с досадой пробормотала:

— Еще рассинхрон этот.

— Прыгающий к тому же, — уныло подхватила Аля. — Ответы то появляются раньше вопросов, то исчезают, я даже дочитать не успеваю. Невозможно общаться. Бесполезно.

— Наоборот, — сказал вдруг Карим.

Все посмотрели на него. Тинатин знаком предложила продолжать, раз уж начал. Но Карим не торопился. Он будто считал что-то в уме и заговорил словно изнутри продолжающихся расчетов:

— У нас есть не четыре минуты, а три на четыре в какой-то степени.

Все переглянулись. Алиса не выдержала первой:

— В какой?

— Это в какой повезет.

— Слушай, не тяни уже кота, — скомандовала Тинатин, и даже кошка, подслушивавшая где-то у подножия лестницы, требовательно мявкнула.

Карим, еще помедлив, сказал:

— Смотри, мы входим одновременно с тобой — но у тебя тупо не грузится четыре минуты, правильно? Ты входишь, на твоих часах двадцать ноль ноль, на наших двадцать ноль четыре, мы уже трупы. Так?

Аля кивнула. Карим, загнув мизинец, продолжил:

— Ты говоришь, что пробовала заходить с наших компов — и тебя выбрасывает сразу, так?

Аля, кивнув снова, не выдержала:

— И при чем тут…

— А пробовала ли ты, — перебил Карим, медленно загибая и безымянный, и средний пальцы, — входить первой, пока мы еще не вошли? Чтобы ты была в нашем сегменте игры одна — а мы бы входили не в двадцать ноль ноль, а в двадцать ноль четыре? Ну или в двадцать один ноль ноль?

— Нельзя же, — напомнила Аля.

Тинатин подтвердила:

— Пункт третий: все игроки команды стартуют одновременно.

— Вот именно, — хладнокровно сказал Карим. — И мы этот пункт до сих пор нарушали.

Он поднял руку, пальцы которой сложились, оказывается, пистолетиком, и подытожил, хотя и так все всё уже поняли:

— Игроки нашей команды стартовали не одновременно. Надо это исправить.

Аля, нахмурившись, спросила:

— То есть теперь я буду не отставать, а опережать вас на четыре минуты?

— Это во-первых, — сказал Карим и выжидающе уставился на нее.

— При чем тут во-первых, если я просто… А. Еще я синхронизируюсь с вами, раз вы четырьмя минутами позже подключитесь?

— Это во-вторых, — с удовольствием согласился Карим.

Он явно ждал чего-то еще. Аля помотала головой.

— Не мучай девочку, — сказала Алина неожиданно мягко. — А в-третьих, Аль, твой комп по-прежнему будет отставать от наших на четыре минуты.

— Значит, я… — медленно сказала Аля, — буду одновременно в настоящем, будущем и прошлом?

— Относительно нас, — быстро уточнил Марк.

Карим нехорошо улыбнулся и добавил:

— И относительно генделей.

— Это если они окажутся в игре, — сварливо напомнила Алина.

— Во-от, — сказал Карим, откинувшись на спинку стула так, что та крякнула.

А кошка, слушавшая уже рядом, почти с таким же кряканьем потерлась головой о голень Карима.

2. Я нашла выход

Мы как эскадрилья в «Звездных войнах», подумала Аля, быстро оглядевшись. Она сидела у подножия дивана на полу, вернее, на сложенном одеяле, подсунутом заботливой Алисой. Сама Алиса шумно дышала справа на таком же одеяле, слева зыбко качался на всегдашнем стуле Марк, а остальные втиснулись на диван — да, даже Карим. И все держали на коленях ноутбуки, но только у Али он был распахнут и включен.

— Марк! — рявкнула Тинатин над ухом.

Аля вздрогнула, а Марк чуть не свалился со стула и поспешно захлопнул ноутбук, в который намеревался потихоньку заглянуть.

Аля даже смотреть на него не стала. Она смотрела на вольно крутящийся по экрану обратный отсчет времени.

Осталось десять секунд. Это по ее часам. А по часам всех остальных игра уже продолжалась четыре минуты. В это время все уже были убиты.

Живое окружение — это странно, непривычно, но и здорово ведь.

Осталось не опозориться, подумала Аля, — впервые ведь показательно так выступаю.

Она растерла руки, чтобы поменьше тряслись и мерзли, и положила левую на клавиатуру, а правую на мышку, сдвинутую с одеяла на пол, чтобы не тонула в шерсти и не цеплялась ни за что.

— Я сейчас петь буду, — предупредила она. — Плохо. Не ржать, ясно?

Секунду все молчали — надо полагать, кивали. Потом Марк буркнул: «Алга»[24], а Карим, кажется, пробормотал: «Бисмилля»[25]. А Аля беззвучно заорала: «Е-е-е!», без чего никак не выходило начало песни, и щелкнула по кнопке «Да» под всегдашним нудным уведомлением о служебном характере демонстрируемой программы, которая не обещает ничего ни одному из потребителей и настойчиво рекомендует удалиться каждому попавшему на этот сервер без приглашения.