Моров. Том 3 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 52

— Я тоже на это надеюсь, Иван Владимирович, — ответил он. — Господа, вам нужно обсудить ваши личные вопросы. Так что мне, пожалуй, стоит оставить вас наедине.

Венедикт Кириллович кивнул, отпуская своего наследника, и мы вместе отошли в сторону, чтобы не мешать остальным гостям.

— Вы сегодня весело провели ночку, Иван Владимирович? — с легкой усмешкой поинтересовался глава рода Солнцевых. — Признаться, я сделал пару звонков, чтобы собрать больше информации, после того, как получил ваше сообщение.

— Я рад, что вы оказались заинтригованы происходящим, Венедикт Кириллович, — кивнул я. — Однако смею вас заверить, подобного больше не повторится. Мне было дано слово, что больше меня трогать не станут.

Собеседник усмехнулся вновь, поглаживая набалдашник трости. По его виду было ясно, что он в такой исход не верил. Да и я, откровенно говоря, понимал, что слово монарха твердо настолько, насколько его можно прищучить за его нарушение.

Мораль обычного человека, пусть и благородного, отличается от морали правителя. Интересы государства всегда будут выше интересов отдельных индивидуумов.

— Как бы там ни было, сегодня к вам обязательно подойдут Завьялов и Легостаев, — продолжил разговор глава рода Солнцевых. — У каждого из них есть свой интерес в этом деле. Да и в вас, чего уж там скрывать, Иван Владимирович.

— Я удивлен, Венедикт Кириллович, — признался я, — не думал, что вы обратитесь к Легостаевым. Мне казалось, у вас достаточно холодные отношения.

— Отнюдь, Иван Владимирович, — отмахнулся собеседник. — Холод холодом, но общие интересы и выгода способны проломить любую взаимную неприязнь. Кстати, я помню, что у вас с Сергеем Константиновичем Легостаевым были какие-то неприятные отношения?

— Не знаю, кто вам об этом соврали, Венедикт Кириллович, — пожал плечами я. — Наши отношения можно охарактеризовать, как отсутствующие. Но я слышал, внук Леонида Викторовича добился успехов в армии и был награжден еще его императорским величеством. Так что, смею полагать, для будущего наследника рода Легостаевых такая мелкая сошка, как я — всего лишь незначительный эпизод.

Глава рода Солнцевых улыбнулся.

— Я бы так не сказал, Иван Владимирович, — произнес он. — Впрочем, у вас еще будет возможность пообщаться с ним. Константин Леонидович тоже здесь с супругой. Возможно, раз с детьми у вас не задалось, вы хотя бы с их родителями наладите общение?

И ему удалось меня заинтриговать. Не в том смысле, что мне нужно подружиться с Легостаевыми. А в том, зачем эта дружба самому Венедикту Кирилловичу. В том, что Солнцев затеял какую-то свою интригу, я даже не сомневался.

— А вот и Михаил Игоревич, кстати говоря, — глянув мне за спину, произнес глава рода Солнцевых.

Я обернулся и встретился взглядом с Завьяловым. Его супруги рядом не было, однако я был уверен, что Евгения Андреевна где-то поблизости. Вряд ли она упустила бы возможность показаться в свете.

— Венедикт Кириллович, Иван Владимирович, — поприветствовал нас Завьялов, поочередно пожимая руки. — Рад видеть вас вместе. Кровные узы, скрепленные общим делом, объединяют, не правда ли?

Я улыбнулся, припомнив предложение, которое он с супругой сделали мне за ужином. Не уловить намек на то, что оно все еще в силе, было трудно. Впрочем, мое мнение с тех пор не изменилось. Когда у меня появятся дети, я буду точно знать, что они, во-первых, мои, а во-вторых, сам о них позабочусь. Иначе зачем вообще становится родителем?

— Рад вас видеть, Михаил Игоревич, — первым на правах старшего отозвался Венедикт Кириллович. — Однако мне пора поговорить и с другими гостями. Кажется, до начала приема еще порядочно времени, успею засвидетельствовать свое почтение некоторым благородным семьям.

Он откланялся и оставил нас наедине. Завьялов проводил главу рода Солнцевых взглядом и заговорил, лишь когда Венедикт Кириллович отошел достаточно далеко.

— Солнцев переслал мне ваше сообщение, Иван Владимирович, — сразу же перешел к делу мужчина. — И признаюсь честно, у меня руки зачесались воспользоваться ситуацией.

— У вас есть проблемы с кем-то из правящего рода, Михаил Игоревич? — уточнил я, вскинув бровь.

Учитывая его должность в Министерстве иностранных дел это было бы крайне удивительно. Не держат на подобных позициях неблагонадежных людей. Какими бы там ни были заслуги предков, а враждебный правителям человек на высоком посту задержаться не сможет.

— Только с Николаем Александровичем и его детьми, Иван Владимирович, — легко отмахнулся Завьялов. — И на мое счастье, не ему быть будущим императором. Скажу вам по секрету, в наше министерство уже начали поступать портреты с будущим монархом.

— Вот как?

А Виктор Константинович даром времени не теряет. Что приятно осознавать. На самом-то деле мало кому понравится медлительный и нерешительный император. В нашей стране нужна крепкая рука и железная воля, иначе все пойдет совсем не туда, куда хочет ее правитель.

— Именно так, Иван Владимирович, — кивнул Михаил Игоревич. — Впрочем, вы ведь наверняка и сами уже в курсе. Вы ведь, насколько понимаю, лечили его дочь. Кстати, как вам Варвара Викторовна?

Я усмехнулся.

— Поправляется, если вы об этом, — ответил я, не собираясь включаться в обсуждение будущей наследницы.

Да, на троне желателен мужчина, однако в истории нашего государства уже не раз и не два правили императрицы. И иногда даже эффективнее мужчин, но это вопрос статистики — когда есть десятки монархов и пятерка правительниц, соотношение хорошего и плохого у них будет различаться.

— Я рад, что это так, и что вы понимаете, что рука Варвары Викторовны вам не достанется, — с улыбкой произнес Михаил Игоревич. — Некоторые не слишком далекие люди уже пустили слух, что вас тягают в Кремль на тайные свидания…

Я хмыкнул.

— Кто же эти самоубийцы?

— Я не могу сказать, Иван Владимирович, — развел руками Завьялов. — До меня дошли лишь слухи, и то от простых людей в нашем министерстве, а уж кто на самом деле их распускает, я не знаю.

— Благодарю за предупреждение, Михаил Игоревич, — кивнул я.

Он улыбнулся мне и, откланявшись, растворился в толпе. А я взял бокал с шампанским с ближайшего стола и двинулся по саду, на ходу кивая и приветствуя знакомых дворян, с которыми уже пересекался на приемах у Завьяловых.

Гости продолжали прибывать, я кружил по саду, ни о чем особо не задумываясь. А потом почувствовал, как задрожала магия.

Обернувшись в сторону центра сада, я магическим взором увидел раскрывающийся, подобно бутону под солнцем, плотный поток магии. Он разрастался, набирая силу, и грозя накрыть всех, кто оказался рядом. Уничтожить цвет дворянства, лояльного императорскому роду, одним ударом.

Гадать, что это такое, не приходилось. Мой бокал уже падал на землю, а я вскидывал руки, формируя защитный купол. Кто бы не нанес удар, я уже понял, узнал, чем его нанесли.

Артефакт правящего рода. Держава.

Конец третьего тома.

Ссылка на следующий том — https://author.today/work/360498