Моров. Том 3 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 33

Для представительского класса мои артефакты станут куда полезнее, но главное — престижней. Тоже ведь целая ниша, которую я в теории мог бы занять.

— Нужно снять проклятье, Иван Владимирович, — сообщил мне великий князь, не глядя на меня. — И пока что вы вообще единственный человек, который на это способен. Так что выбора, к кому обращаться, у меня нет. Да и вашей квалификации, несмотря на ее сомнительное происхождение, я доверяю.

То есть в историю с мистическим познанием законов магии на алтаре кровавого культа Виктор Константинович не верил. Впрочем, я бы и сам в нее не поверил, даже если бы мне предъявили доказательства. Или, точнее сказать, особенно если бы мне предъявили доказательства?

— Что за проклятье? — уточнил я. — Как давно наложено? Какой эффект оказывает? Уж простите, ваше высочество, но если дело касается императорской семьи, мне нужно знать, с чем мы имеем дело. Возможно, потребуется большая подготовка, чем сумка артефактора.

Великий князь нахмурился и повернулся ко мне.

— И что делать в таком случае?

Я пожал плечами.

— Все зависит от конкретных чар, — произнес в ответ я. — Но, полагаю, раз речь идет о ком-то дорогом вам лично, и вы не можете афишировать произошедшее, потому и явились на машинах без гербов, я могу предложить многое, Виктор Константинович.

— Запрещенная магия?

Я кивнул, и великий князь долгое время молчал.

Все это время наша машина под охраной пяти внедорожников катилась по столице, все дальше углубляясь в центр. Учитывая время, в которое его высочество лично отправился к мелкому дворянину, я бы предположил, что мы едем не к наследнику престола. Тот за мной и Легостаевым уже гонял транспорт, и эти машины имели гербы правящей семьи.

— Я пока и сам ничего не понял, Иван Владимирович, — явно переступая через себя, произнес Виктор Константинович. — Но судя по тому, что я увидел, это точно проклятье. И оно поразило мою старшую дочь.

Глава 16

Что можно сказать о Варваре Викторовне, старшей дочери и наследнице великого князя? Здоровой я ее не видел даже на фотографиях, а сейчас она производила впечатление умирающей. Болезненно худая, с ввалившимися щеками, обветренными губами. Она не умерла до сих пор только по той причине, что в ней еще теплилась собственная магия.

И огромное количество чужой, едва ли не разъедающей плоть великой княжны. То, от чего я защитился благодаря Айшет и своим знаниям, с Варварой Викторовной происходило в самой жесткой форме. Собственной жизненной эссенции великой княжны не хватало, чтобы переработать настолько огромное количество магии. И теперь эта чужая сила убивала девушку.

С учетом того, что впитывать чужую магию здесь умели единицы, и вряд ли Варвара Викторовна самостоятельно пыталась экспериментировать с этим направлением, где-то она либо попала под умышленно устроенную перегрузку, либо по незнанию нарвалась на источник силы.

— Когда началось? — уточнил я, не касаясь лежащей в постели девушки, не подходя ближе полуметра.

— Сегодня утром слуги не смогли ее разбудить, — произнес его высочество. — А дальше становилось только хуже.

За сутки ни одна болезнь не доведет человека до такого истощения, тут великий князь был совершенно прав — без магии не обошлось. Судя по тому, что я вижу, Варвара Викторовна потеряла никак не меньше нескольких килограммов веса.

— Вы знаете, что с ней, Иван Владимирович? — произнесла великая княгиня, прижимая к губам платок, уже насквозь мокрый от слез.

Я знавал немало лечебных заклинаний, но раньше они были мне недоступны. Хороший целитель обязан иметь огромное количество магии. Восстановление организма всегда обходится дорого.

Печать диагностики вспыхнула под моими пальцами. Для эффекта не требовалась иллюминация, но я же в обители младшей семьи правящего дома. Пусть хозяева видят, что я действительно тружусь. Так они и заплатят потом охотнее.

Ведь когда тебе ничего не стоит поставить на ноги умирающего, никому и в голову не придет, что это трудно. А вот когда ты потеешь, слабеешь и используешь множество заклинаний, да еще и растягиваешь лечение на несколько дней — в головах родственников больного сложится картина, что ты достойно трудился.

— Это интересно, — произнес я и обернулся к великокняжеской чете. — Виктор Константинович, ваша дочь взаимодействовала с какими-то мощными чарами? Может быть, пользовалась артефактами?

В глазах великого князя мелькнуло понимание, а вот его супруга ничего не поняла. Она не знала, а вот его высочество, похоже, сразу догадался, о чем речь.

— У меня есть один родовой артефакт, — произнес он, бросив взгляд на великую княгиню. — Очень старый и мощный, Иван Владимирович. Но он заперт, и посторонним к нему доступа нет, только у меня…

— Варя сегодня ходила в твой кабинет, Витя, — всхлипнула его супруга и тут же рассвирепела.

Если раньше она ничего не знала о трагедии с дочерью, теперь у нее появился виновник болезни дочери. И, похоже, Виктору Константиновичу предстоит не самый легкий период. Впрочем, если он действительно виновен в том, что случилось с его дочерью, определенного скандала он заслуживает.

— Что ты принес в мой дом⁈ — не повышая голоса, воскликнула она.

— Мы потом поговорим, — отмахнулся от супруги великий князь и обратился уже ко мне, взяв себя в руки: — Иван Владимирович, у вас есть решение проблемы?

Я сдержанно кивнул в сторону своей сумки.

— Мне потребуется около четырех часов, ваше высочество, — начал отдавать распоряжения я. — Также убедитесь, что в радиусе хотя бы ста метров нет никого, кто обладает даже зачатками дара. Сейчас ваша дочь — как оголенный нерв, лишнее магическое напряжение способно ее убить. И чем сильнее будет это напряжение, тем опаснее.

Великий князь кивнул.

— Дайте мне три минуты и можете приступать, Иван Владимирович.

Он схватил разозленную супругу под локоть и едва ли не силком вытащил из покоев дочери. Наедине с благородной девицей, разумеется, никто меня не оставлял. Как только за великим князем хлопнула дверь, в помещение протиснулась служанка в строгой форме горничной.

Женщина лет сорока была неодаренной, так что никак бы не помешала.

Подтащив свободное кресло к кровати умирающей девушки, я бросил в него сумку и, вытащив инструменты, принялся чертить знаки прямо на полу. Великий князь потом ремонт сделает, а мне тратить лишнюю магию не с руки. Лучше уж времени потратить, не тороплюсь все равно. К тому же ритуал всегда выглядит сложнее, чем даже самые сложные незримые чары.

Два часа на то, чтобы подготовить стабилизирующий ритуал. По сути, я сейчас занимался тем же, чем и кровавый культ, только с обратным знаком. Вместо того чтобы вытягивать из жертвы жизненную эссенцию, я намеревался ее усиливать. Сложный процесс, но только тогда, когда понятия не имеешь, с чем работаешь.

Та же тезка великой княжны видела следы поглощения жизненной эссенции, но не могла с ней нормально работать. Вытягивать — пожалуйста, а усиливать имеющуюся уже было за пределами возможностей Легостаевой.

Был и другой способ помочь Варваре Викторовне — выкачать излишки магии из тела, а потом дать природе взять свое. Но это еще более долгий процесс, и не факт, что великая княжна после этого до конца восстановится. Все-таки если повреждения настолько сильны, тут уже речь пойдет о том, как бы инвалидом не осталась.

Мелькнула мысль, что если бы Айшет не стала действовать так глупо, я бы мог предложить Виктору Константиновичу ее услуги. Ее массаж, в принципе, мог бы помочь при реабилитации ее высочества. Но тоже — только после того, как я остановлю разрушение.

Древний родовой артефакт, способный вот так повлиять на тело мага, меня тоже заинтересовал. Особенно в свете того, что я знал, как погиб император. Не трудно догадаться, что это два звена одной цепи. Но взглянуть на изделие древних мастеров было бы интересно — я пока не сталкивался с такой магией, и мне никогда бы в голову не пришло ее создавать. А в этом мире, похоже, кто-то озаботился.