Первые нити паутины (СИ) - Веден - Страница 48

В сон я провалился легко, и так же легко из него вынырнул, ощутив прикосновение к ноге. Первой мыслью, еще до того, как я открыл глаза, было: моя очередь охранять лагерь.

Но это вовсе не предыдущий дежурный тряс меня за ногу. Вернее, он, только не тряс, а просто лежал на моей ноге, уставившись широко открытыми глазами в темное небо. Как сидел рядом со мной, так и упал, случайно задев и тем самым разбудив…

Проверять, что с ним, я не стал. Если мертв, то уже не поможешь, а если жив, но без сознания, то останется жив и дальше, если я смогу отбить нападение.

А нападение было. Только не азанов — эти монстры так и не явились. Вместо них вокруг нашего лагеря в воздухе висели сотни больших белых огней, похожих на распушившихся светящихся колобков, на первый взгляд хорошеньких и совсем безобидных. Даже название у них было, как я помнил из бестиариев, на редкость романтичным — Северные Звезды.

Только вот во всех бестиариях они назывались одними из самых опаснейших монстров, и первый совет, который давали авторы, заключался в том, чтобы ни в коем случае не дать этим Звездам себя окружить… что уже случилось.

А еще я прекрасно помнил, что главная причина, почему эти такие милые внешне шарики считались такими опасными, заключалась в их природе. Они были практически лишены материальности, их нельзя было разрубить мечом или раздавить в лепешку сырой магической силой. Эти парящие сгустки света были как туман, только, в отличие от тумана, они убивали, и убивали много и с удовольствием.

Глава 27

Моя рука инстинктивно дернулась к оружию, но тут же остановилась. Нет.

Что могло противостоять призрачным огням? Уж точно не обычный металл. Логика подсказывала, что свет могла поглотить тьма. И что было в моей власти такого, что более всего напоминало тьму?

— Кащи! — позвал я, уже не заботясь о том, что кто-то из студентов увидит моего Теневого Компаньона. Если, конечно, они вообще были еще живы и лежали в сонном или бессознательном оцепенении, а не коченели трупами.

Браслет с моей руки исчез, и мгновение спустя на земле передо мной сидел большой фиолетовый кролик с горящими глазами.

— Ты знаешь, как справиться с Северными Звездами? — спросил я, ткнув рукой куда-то в сторону. Куда именно показывать было сейчас неважно — огни горели везде. Меня удивляло лишь то, что я сам все еще был жив и в сознании — возможно, помогла магическая защита, поставленная перед сном.

Кащи ответил не сразу. Несколько секунд он крутил головой, разглядывая пушистые огни, потом неловко переступил с лапки на лапку.

— Кащи не знает, — сообщил он мне приглушенным голосом. — Кащи никогда раньше не видел живых летающих огней. Кащи не понимает, что с ними можно сделать.

Вот и я тоже не понимал.

А еще я не понимал, почему они все еще не нападали. То есть это было, конечно, замечательно, но все же хотелось бы знать причину, а также то, как эту ситуацию ненападения продлить до тех пор, пока я не придумаю, что тут можно сделать — или пока не настанет утро. Все прочитанные мною бестиарии сходились на том, что, едва светало, Северные Звезды исчезали.

— Кащи, ты умеешь ставить защиту? Например, из теней?

«Кролик» задумался, потом покачал головой.

— Кащи не знает, как делать из теней защиту.

— Тогда… можешь открыть проход в Большую Пещеру?

На этот пауза перед его ответом длилась дольше.

— Нет, Кащи не может, — проговорил он наконец, и по собственной инициативе пояснил: — Чужая сила мешает.

— Какая сила? Сила Северных Звезд? В смысле, вот этих огней?

— Не-е-ет, — протянул Кащи. — Другая сила. Странная. Но немного знакомая. То место, где Кащи встретил своего нового человека, излучало чуть похожую силу.

Он имел в виду замок аль-Ифрит? Но какое они имели отношение к этим летающим огням? Или… или же речь шла о магии их предка, демона-ифрита? Раздел в «Демонологии», посвященный ифритам, я, конечно, тоже читал, но там не говорилось о том, способны ли эти демоны управлять Северными Звездами или иными монстрами. Да и в целом ифриты не любили территории с большим количеством воды — а воды в болотах было очень много.

Светящиеся шары, между тем, либо перелетали с места на место, иногда при этом по нескольку раз подпрыгивая над землей, будто восторженные дети, либо неподвижно парили на высоте в несколько человеческих ростов, высокомерно взирая оттуда на забредших в их владения глупых людей.

Будто бы чего-то ждали…

Или не чего-то, а кого-то.

Приближение нового обитателя болот я не услышал и не увидел, а ощутил. Словно пригорок, на котором я стоял, накрыло пушистое и теплое невидимое облако, распространяя ощущение мира, спокойствия и доброжелательности… Совсем неподходящие чувства, когда стоишь посреди ночного заболоченного леса, окруженный неубиваемыми летающими монстрами. Но, хотя чувства были неподходящие, я не мог бы сказать, что они были мне незнакомы.

Что небесные лисы могли делать здесь, в этом кишащем монстрами диком захолустье?

Или даже одна единственная лисица — судя по всему, она была тут в одиночестве…

Она появилась из темноты редкого леса, и, хотя луны в небе уже не было, казалось, будто ее бледные лучи все равно освещают силуэт лисы — на ту словно из ниоткуда лился слабый призрачный свет. Как и лисы, встреченные мною на фестивале в Броннине, эта лиса выглядела вполне обычным человеком — обычной симпатичной человеческой девушкой — только с хвостом. Одним-единственным хвостом — хотя я и приглядывался, но второго не заметил. А еще мне показалось, что человеческий облик лисы был очень юным — ее правильнее было бы назвать даже не девушкой, а девочкой-подростком.

И хвост у нее был полностью черным — что бы это ни значило.

Она скользнула мимолетным взглядом по трем телам других студентов — то ли спящих, то ли мертвых — и чуть дольше задержалась на Кащи, который некоторое время разглядывал ее в ответ, а потом, без предупреждения, исчез, и я ощутил на руке знакомую тяжесть браслета.

Лиса на исчезновение «кролика» внимания будто не обратила. Интересовал ее явно только я — на меня она смотрела удивленно и очень внимательно.

— Мои звездочки передали, что ты пахнешь лисами, — сказала она задумчиво. — Они даже подумали, что ты тоже лис. Но это не так.

Она шагнула еще ближе, остановившись примерно в трех шагах от меня, и склонила голову набок, продолжая разглядывать.

— Сколько слоев, — произнесла после паузы. — Зачем тебе столько слоев?

— Что за слои? — спросил я.

Она неопределенно повела рукой в воздухе.

— Слои, состоящие из паутины реальностей, теней дальних королевств и жизненных сил многих разумных. Слоев слишком много, и я не могу разглядеть, что под ними скрывается. Зачем ты спрятал свою суть так глубоко?

— Я не прятал, — пробормотал я, понятия не имея, о чем она говорит. Может, и вообще ни о чем. Может, она просто морочила мне голову… Правда, было неясно, зачем ей это делать.

— Если ты сам не прятал, значит, тебя спрятали, — сделала вывод лиса. — Как интересно. Слои тебя не только скрывают, но и крепят к земле будто цепи. Будь ты лисом, я бы подумала, что эти слои-цепи не дают тебе взлететь и подняться в Верхний Мир. Но ты не лис…

Один из пушистых шаров вдруг быстрым движением приблизился к лисе, повиснув почти вплотную к ее лицу, а потом начал покачиваться туда-сюда, одновременно издавая мелодичное посвистывание. По крайней мере, для меня оно звучало как посвистывание, но лиса явно восприняла иначе, потому что вслух сказала, обращаясь к шару:

— Да-да, конечно. Сейчас я посмотрю, — и пристально уставилась мне в район груди. Уж не знаю, что там было интересного…

А вот посвистывание явно было словами на каком-то языке, и в этой новой жизни я впервые встретил язык, который не понимал… Если только он не был специально придуманным шифром — с шифрами мои способности работали плохо.