Первые нити паутины (СИ) - Веден - Страница 10

В бестелесном виде высшие демоны были слабы и неспособны нанести реальный вред, но если им удавалось завладеть чьим-то телом, часть способностей к ним возвращалась. Однако пика своего могущества они достигали только в телах, выращенных по тому самому дивному рецепту. Так что, покинув разрушенную оболочку, суть демона отправлялась либо искать временное пристанище, либо, чаще всего, создавать себе новое постоянное тело.

У Восставшего из Бездны, в отличие от его служителей, все работало наоборот. В бестелесном виде он был наиболее могущественен — слишком могущественен. Появись он в нашем мире в своем изначальном облике, само его присутствие начало бы ломать реальность, перекраивая ландшафты, превращая моря в пустыни, разрушая горы, а от любых поселений, неважно, человеческих или демонических, оставляя лишь пыль. Поэтому, за исключением нескольких кратких моментов, которые автор книги называл Черными Днями, и которые, по его словам, произошли тысячелетия назад, Восставший из Бездны отправлял в наш мир лишь своих аватаров.

В целом, читая описание деяний демонического бога, я не мог стряхнуть ощущение, что все это напоминает мне деяния Пресветлой Хеймы, только показанные в кривом зеркале. Похоже, но всегда с отличиями, всегда не совсем так.

Например, если у Пресветлой Хеймы было всего лишь пять аватаров, то Восставший из Бездны за это же время успел воплотиться во многих десятках.

Напрямую автор не говорил, но у меня создалось ощущение, что едва очередной аватар погибал — а случалось это у них с завидной частотой — как демонический бог тут же подбирал себе нового. Похоже, в отличие от Пресветлой Хеймы, телесные воплощения нисколько его не утомляли.

Другая параллель возникла в том, как каждая из божественных сущностей относилась к своей пастве.

Пресветлая Хейма превыше всего желала выживания и процветания человечества, сделав это главными заповедями своих служителей.

Чего желал Восставший из Бездны, автор книги не упоминал. То ли не знал, то ли не хотел говорить. Но по косвенным признакам я сделал вывод, что, как и Пресветлая Хейма, он тоже прилагал все усилия для выживания и процветания, только не людей, а демонов. И еще немного шибинов.

Впрочем, в отличие от Пресветлой Хеймы, Восставший из Бездны очень любил жертвоприношения разумных — в идеале людей, а в их отсутствии и собственных служителей. Как сами демоны относились к тому, что любой из них мог окончить свою жизнь на алтаре, автор книги не рассказывал. Хотя я сильно подозревал, что в восторг их это не приводило.

За размышлениями я почти не заметил, как добрался до деревни. И целый день мои мысли нет-нет и возвращались к прочитанному.

Вечером, надеясь отвлечься от размышлений обо всех этих демонах, я достал свежую газету, которую прихватил с собой из замка. Единственное, что я там обнаружил из интересного, была небольшая заметка о том, что император созывает внеочередное собрание Глав Старших кланов. Я понятия не имел, плохо это или хорошо, но меня насторожило упоминание, что последний раз подобное случалось больше тридцати лет назад, накануне предпоследней войны с Темным Югом.

Мог ли этот созыв быть связан с последним нападением демонов на аль-Ифрит и, в особенности, с тем, что за этим нападением стоял сам Костяной Король? Хеймес ведь сообщил о случившемся в столицу, значит, император был в курсе.

После этого мои мысли, конечно же, снова вернулись к демонам, а в особенности к одному конкретному, нашему с Кастианом фальшивому наставнику.

Лишенный тела, псевдо-Ирдан был сильно ослаблен. Мог ли он в своем призрачном виде выбраться из Теневого Королевства? И если да, то что он собирался предпринять?

Здравый смысл подсказывал мне, что демон должен был отправиться на Темный Юг, где ему подобные выращивали себе новые тела. В конце концов, демоны ничего не уважали так, как физическую и магическую мощь, и оказаться слабым для бессмертного иерарха должно было быть невыносимо.

Автор книги упоминал, что выращивание нового тела занимало от года до пяти лет — каким-то образом они не проходили все стадии развития, характерные не только для людей, но и для человекоподобных демонов, а сразу оказывались взрослыми. Так же эти самые тела нуждались в особой заботе и присмотре, поэтому бесплотный демон оказывался привязан к месту, где росло его будущее вместилище.

По всем расчетам выходило, что беспокоиться о фальшивом Ирдане нам больше не стоит. Однако, раз Хеймес отказался призвать на помощь Церковь, опасность никуда не исчезла.

Конечно, новая атака случится не завтра — Костяной Король лично явиться не мог или не хотел, а его подчиненным требовалось время для подготовки. Но нападение произойдет — это было несомненно.

Я поднялся с кровати — навязчивые мысли подсказывали, что заснуть не удастся еще долго — и вышел из дома во двор, а потом и за ворота. С улицы было хорошо видно холм, на котором стоял замок аль-Ифрит, и я чувствовал, что не успокоюсь, пока не смогу убедиться, что там все в порядке.

Над замком вспыхивали желтые и алые огни — будто появляющиеся и тут же потухающие звезды. И эти огни нисколько не походили на защитную магическую стену, которую мог бы поднять Хеймес. Эти звезды напомнили мне глаза чудовищ, лениво переползающих с места на места прямо по воздуху…

Так или иначе, но привычной человеческой защитной магией это не являлось.

Как я там подумал — новое нападение произойдет, но не завтра?

Верно, не завтра — оно случилось сегодня!

Глава 7

До замка я добирался медленнее, чем хотелось бы — ночная дорога освещалась лишь светом луны да факела в моей руке, и гнать лошадь слишком быстро я не мог — она бы просто переломала ноги в невидимых в темноте рытвинах. Но наконец, спустя почти вечность, я оказался у ворот замка.

Ворота были заперты и пусты, хотя я точно знал, что на них всегда — в любое время суток! — должна была дежурить стража. А двуцветные огни так и продолжали вспыхивать — вблизи они напоминали по размеру уже не звезды, а колеса большой кареты, такие же круглые и плоские. И как колеса они все вращались — в разные стороны, под разными углами, порой меняя расцветку.

Мне очень хотелось надеяться, что все не так страшно, что стражники или задремали на посту, или настолько заигрались в кости, что забыли о своей работе, и что у огней тоже есть абсолютно невинное объяснение. Очень хотелось, но мои способности к самообману были для этого развиты недостаточно сильно.

Я подумал о том, чтобы крикнуть, привлекая внимание стражников. Нет, они уже явно мертвы, или, в лучшем случае, без сознания, а криком я лишь привлеку внимание тех, кто ответственен за все происходящее.

Что ж, лучше всего будет перелезть через стену и так попасть на территорию замка. Ворота были металлическими и гладкими, так что стена, сложенная из массивных камней, с крупными выемками в тех местах, где камни соединял раствор, выглядела куда удобней для залезания наверх. У меня мелькнуло опасение — не наложены ли на нее заклинания, предотвращающие попытки таких как я стенолазов, но нет, никаких сложностей не возникло, ни когда я карабкался наверх, ни когда перелезал через край стены.

С высоты ночной замок казался спокойным — совсем не похожим на прошлый раз, когда нападение сопровождалось горящими башнями, летающими тварями и криками людей. Тихий, спокойный, даже мирный — если бы не отсутствие стражи и не огни.

Я спустился по стене внутрь, оказавшись возле оранжереи, и поежился — отчего-то здесь, внутри крепостных стен, было намного холоднее, чем снаружи. Еще раз огляделся, никого не заметил и направился к той башне, где жили старшие аль-Ифрит. При демоническом нападении именно они будут первой целью. Скорее всего, уже стали этой целью.

Внутри болезненно екнуло — Амана…

Чем дальше я шел, тем холоднее становилось, и вскоре в воздухе вокруг меня начали кружиться хлопья, напоминающие хлопья белого пепла.

Остановившись, я поймал несколько на ладонь, и они тут же растеклись по коже водой.