Луна над Лионеей - Осипов Сергей - Страница 110

– Думай. Не буду тебе мешать.

– Подожди! Что это значит – пусть две половины соединятся? Потому что, если имеется в виду… – Иннокентий скорчил странную гримасу, у которой оказалась прозаическая расшифровка. – Если это про секс, то мы с ней уже были любовниками, но при этом не превратились в ангела. Хотя… – Иннокентий задумался. – Ощущения были довольно странные…

– Еще бы.

– Так что ты думаешь?

– Я не думаю, что «соединение двух половин» – это про секс. Должно быть какое-то другое соединение. Какое-нибудь духовное…

– Какое? – не понял Иннокентий.

– Да откуда я знаю? Я уже сказала все, что могла. Кто из нас двоих ангел, в конце концов?

– Я? – не очень уверенно произнес Иннокентий, все еще переминаясь на пороге комнаты с ящиком.

– Ты, Валентин, ты.

15

Подъем наверх занял целую вечность. Настя тащила под мышкой меч, а вот чувства триумфа или гордости за саму себя она не захватила; все перевешивалось усталостью и болью в мышцах. «Все-таки спасение мира – очень утомительное занятие, – подумала она. – Хуже, чем вскапывать огород. Гораздо хуже».

Дворец все больше становился похожим на дом с привидениями, – заброшенный, полный странных звуков, теней, призраков прошлого. Только при этом надо было еще внимательно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться об очередной труп.

Несколько заплутавших зомби бродили по коридорам, тупо глядя в никуда, Настя устало бросила им «Кыш-кыш!» и присела возле колонны, чтобы передохнуть. Из глубины дворца раздавался глухой грохот – зомби пробивали проход вниз, в прошлое, чтобы Леонард смог поживиться останками древней расы. Расхититель гробниц. Демонам бы не понравилось такое неуважение. Впрочем, кто их спрашивает? Мнением живых-то никто особо не интересуется, что уж говорить о мертвых…

Снаружи смеркалось, но Настя все же заметила фигуру в дверном проеме и усмехнулась:

– Давид, похоже, что твое свидание накрылось. У девушки явно нашлись занятия повеселее. Сколько ты еще собираешься ждать, а?

Человек обернулся.

– Давид? – уже не так уверенно произнесла Настя.

– Положите оружие, принцесса, – сказал Армандо и направил на нее пистолет.

– Еще чего! Раскомандовался!

Он нажал на курок, и пуля ударила по соседней колонне. Настя бросила меч:

– На, держи, идиот! Это всего лишь меч. Думал, я начну бросаться в тебя тяжелыми металлическими предметами? И попаду с двадцати метров?

– Мечи бывают разные, – сказал Армандо. – Вам ли этого не знать, Анастасия.

– И телохранители тоже бывают разные. Вам ли этого не знать, Армандо, – съехидничала Настя, а затем поняла, что правильнее было бы воспринимать собеседника не как Армандо, а как малознакомого мужчину с пистолетом. Правильнее было бы его опасаться, а значит – засунуть сарказм куда подальше, глубоко вдохнуть и надеяться, что все кончится быстро и безболезненно. Так было бы правильнее – но это не значит, что именно так Настя собиралась сделать.

Армандо ничего ей не ответил, подошел поближе, присмотрелся к мечу и убрал оружие. Некоторое время они молча смотрели друга на друга, и Армандо был, как всегда, на высоте – в длинном черном пальто, с тонким черным портфелем, и что самое удивительное – в безупречно сверкающих ботинках. Настя виновато посмотрела на собственную обувь, запачканную мелом, кровью, а может быть, даже останками взорвавшегося зомби, и вздохнула.

– Я уж не знаю, что вы там про меня напридумывали, принцесса, – сказал Армандо, приняв вздох на свой счет. – Вы же меня совсем не знаете. Я не рыцарь без страха и упрека, я обычный человек, которому нужно выплачивать банковский кредит…

– Так все дело в деньгах? Фишер предложил тебе больше денег, да?

– И в деньгах тоже. Но не только. Я был обязан одному человеку, который в свою очередь был обязан Фишеру, – обычная история.

– И как насчет нескольких поколений твоих предков, которые верой и правдой служили Андерсонам?

– Не надо трогать моих предков. У них были свои проблемы, у меня свои. Я ведь никого не убил и не покалечил – хотя у Фишера бывали разные идеи. Я просто передавал информацию.

– Нет, не просто!

Здравая мысль о малознакомом мужчине с пистолетом была мелко порублена и спущена в унитаз, в атаку пошли первородные инстинкты, и перед носом у Армандо возмущенно затрепетал тоскующий по маникюру Настин палец.

– Ты втерся мне в доверие! Сначала ты «по секрету» рассказал мне «страшную тайну» про планы Утера и Фишера убить Анжелу и ее сына, я повелась, устроила побег и испортила отношения с Утером, что было очень на руку Фишеру. И после этого я доверяла тебе, как никому в этом дворце, я рассказывала тебе все, и в том числе я рассказала тебе про Дениса, а Фишер взорвал самолет, чтобы решить конфликт с вампирами!

– Это не я подкладывал взрывчатку, я вообще был не в курсе…

– Да, конечно, невинен, как дитя! Он просто передавал информацию… – Настя едва не захохотала дьявольским смехом, но Армандо решительно убрал ее возмущенный палец с глаз долой и одарил взглядом, в котором читалось недвусмысленное предложение заткнуться. – …информацию, – по инерции вырвалось у Насти, а потом она и в самом деле заткнулась, не из страха перед взглядом Армандо, а поняв, насколько неуместным будет ее хохот в этих стенах.

– Информацию, которая почему-то оказалась неверной, – уточнил Армандо. – Принцесса, давайте посмотрим правде в глаза – я обманывал вас, вы обманывали меня. Мы квиты.

– Нет, – упрямо сказала Настя. – Мы не квиты.

– Ну да, наибольшим злопамятством отличаются слоны и обманутые женщины, – вздохнул Армандо. – Поверьте, что когда я выбирал сторону, личные симпатии не играли никакой роли. Вы хорошая девушка, Настя, но есть вещи поважнее личных симпатий.

– И ты сейчас вернулся во дворец ради этих важных вещей?

– Мистер Фишер забыл кое-какие бумаги. Это еще одна моя услуга ему, надеюсь, последняя.

– Не надейся, – злорадно бросила Настя. – Раз он посадил тебя на крючок, то… Эй!

Она не ожидала, что Армандо воспримет ее выпад так близко к сердцу – дуло пистолета посмотрело Насте в глаза, и сразу же за испуганным «эй!» грохнул выстрел, потом еще один. И еще один.

Настя открыла глаза, увидела перед собой Армандо с пистолетом в руке и разозлилась не на шутку:

– Если ты думаешь, что это смешно, то должна тебе сказать…

Армандо поднял с пола меч, стряхнул ножны, оттолкнул Настю в сторону и резко взмахнул клинком. Кто-то вскрикнул, но теперь Настя точно знала, что это не ее крик. Армандо ударил мечом еще раз, и теперь голова окончательно отделилась от тела.

– Я не думаю, что это смешно, – сказал Армандо. – Я думаю, что тебе нужно уходить отсюда. Куда-нибудь в безопасное место. Если такие еще остались.

Настя медленно повернулась и увидела у себя за спиной обезглавленное тело в грязно-коричневой одежде. Голова с длинными спутанными волосами откатилась на пару метров, оставляя за собой след чего-то вязкого и черного.

– Это кто? – спросила Настя.

– Вампир, – сказал Армандо.

– Ах да, – спохватилась Настя. – Вампир. Конечно.

– Что значит – конечно?

– Они же объявили нам войну за то, что мы не выдали им Дениса и унизили народного героя Накамуру. Они обещались напасть на Лионею ближе к вечеру.

– Они сдержали свое слово, – Армандо ткнул мертвеца носком ботинка. – По-моему, это рубедрианин.

– Рубедри… Секта?

– Вот именно, вампирская секта, которая никогда не признавала Лионейский договор и считала, что все прочие расы – просто вампирское меню. Они еще назывались «Чистая кровь». Вожди вампирских кланов утверждали, что рубедрианская секта разгромлена, посажена в тюрьмы…

– Значит, в тюрьмах был день открытых дверей. А это что? – Настя склонилась над трупом.

– Не знаю. Анастасия, если рубедриане во дворце – тебе нужно немедленно уходить.

– Это у него рация, – выпрямилась Настя. – Странно, точно такую же выдал мне Смайли, только она у меня сломалась…