Алистер Кроули - Чёртон Тобиас - Страница 91

Кроули не мог не заметить «исчезновение» ребенка, связанное с «черной магией». В Чефалу он потерял двоих детей: Анну Ли, и погибшего в результате выкидыша мальчика. Слухи об убийстве были возмутительными; смерть ребенка не была шуткой. Он показал текст своему адвокату. Исидор Керман надеялся напугать издателя Constable & Co и добиться внесудебного урегулирования спора. Все было хорошо, пока Нина, обычно выпивающая в Сохо, не была арестована адвокатом Эдмундом О'Коннором. Получив копию порнографических «Белых пятен» Кроули — работы, которая заставила бы покраснеть Д. Г. Лоуренса — О'Коннор убедил Нину, что незавидная репутация Кроули, приправленная выборочными цитатами из его откровенного стиха, склонит весы правосудия в пользу Нины. Дело «Веселого тела» 1934 года выставило бы Кроули смешным даже в серьезных газетах. Не опасаясь риска, Кроули надеялся опровергнуть как судебный процесс «Зеркала» 1910 года, так и годы клеветы в прессе; вместо этого он снова был наказан.

Заручившись поддержкой графа Эрика и Донгалла, Кроули попытался заработать столь необходимые деньги с помощью своего парфюма ЭТО и очень быстрой игры под названием «Телема» или BIFF, которая заключалась в ударах мячом о стену с помощью кулака или ноги. Донгалл сыграл в BIFF и нашел его утомительным, но забавным. ЭТО не сделало его магнитом для девушек, скорее, наоборот; Кроули добился большего успеха.

Пока Зверь наслаждался прекрасным сексом с «величайшей любовницей на свете», дамой по имени Марианна, которую он встретил в отеле, Донгалл сообщил о патенте Кроули на «Секс в горшке» в Dispatch. Кроули снова встретил Нэнси Кунард на Парк — лейн и сделал для нее астрологическое чтение, касающееся мучительных отношений с матерью. Леди Кунард, которая сама жила с дирижером Томасом Бичемом, отказала Нэнси в получении средств из-за того, что та жила с черным джазовым пианистом Генри Краудером.

В 1950 году Нэнси сказала Джеральду Йорку, что именно летом 1933 года она действительно полюбила Кроули, думая, что все его проблемы с наркотиками остались позади. Маг участвовал в многонациональных танцах Нэнси в Ноттинг-Хилле, «восхищался африканцем» и участвовал в ее антинацистских митингах. Нэнси собирала свою огромную «Антологию NEGRO», первый глобальный обзор черной культуры, опубликованный в 1934 году Wishart и запрещенный на Тринидаде как крамольный. Она также выступала в поддержку «Парней из Скоттсборо»: девяти молодых людей из Алабамы, ложно обвиненных в изнасиловании белой девушки. Кроули подписал петицию: «Этот случай типичен для истерического садизма американского народа, порожденного пуританством и климатом. Алистер Кроули, научный эссеист».

10 мая. Большой общественный митинг протеста против произвола в Скоттсборо превратился в массовый африканский сбор в 20:00. Если бы ребята принесли с собой бритвы, это была бы отличная вечеринка! Я танцевала со многими шлюхами — всех мастей.

Когда я посетил послевоенный дом Нэнси Кунард в Дордони в 1997 году, бывшие друзья и помощницы сообщили мне, что после ее смерти в 1965 году из Англии прибыли мужчины в костюмах, которые просмотрели ее документы и унесли то, что хотели. Приверженность Нэнси расовому и социальному равенству познакомила ее с коммунистическим движением США и другими радикальными организациями по всему миру. Кажется вероятным, что Кроули интересовался ее контактами и их схемами не меньше, чем он был восхищен самой Нэнси.

Вместо книг Кроули попробовал журналистику. Он встретился с Хейтером Престоном, старшим редактором Sunday Referee, и Яном Костером из поддерживающего тори Sunday Dispatch. Костер работал на друга Картера лорда Ротермира. Три статьи должным образом появились в Dispatch, но кто-то поместил туда пугающие высказывания в адрес владельца Sunday Referee Исидора Острера; сделка Кроули с Referee была расторгнута.

Зверь привлек свою последнюю Алую женщину 3 июля 1933 года. Перл Бруксмит, вдова капитана Элдреда С. Бруксмита[526], была потрясена, когда Кроули назвал свое имя, но Перл нашла романтика среднего возраста пленительным. Переехав в семейную квартиру на Камберленд-Террас, 40, пара объявила матери Перл Эвелин о помолвке: обычаи требовали этого до начала «совместного проживания», хотя они уже, разумеется, жили вместе. Кроули нашел Эвелин Драйвер «восхитительной».

Последовали фантастические переживания. 24-я сексуально-магичсекая работа Кроули и Перл («Опус 24») достигла кульминации в призыве «сущности Божества в Алой женщине». Перл «слилась с бесконечным белым светом». Они стали свидетелями «розового света в комнате». Кроули не видел ничего подобного, возможно, со времен Нефты с Дороти в 1924 году. После «Опуса 28» 1 октября Кроули стал ясновидящим, перед его внутренним взором предстал коттедж Перл в Фоуи, Корнуолл, и ее дом на Мальте. 25 октября Алая женщина увидела «ультрафиолетовый ореол» вокруг Кроули.

Но Кроули находил Камберленд-Террас ограничивающей. После одного из множества скандалов Перл придумала превосходное изречение: «Все великие Спасители были ублюдками» — почти на одном уровне с ее восхитительной фразой: «Я чувствую, как пламя блудодеяния ползет по моему телу».

В сентябре криминальный обозреватель Empire News Бернард О'Доннелл написал пять статей. Опубликованные до конца года, они позволили Кроули доказать свою лояльность к Великой войне и суть его работы как борьбы со злом. The Empire News, принадлежащая Гомеру и Уильяму Берри, впоследствии лордам Кемсли и Камроуз, пользовалась скромной читательской аудиторией, а The Sunday Time оставалась флагманом Берри. Впоследствии Гомер нанял Яна Флеминга, чтобы тот руководил зарубежным отделом и расширял долю рынка The Empire News. О'Доннелл, много лет друживший с Кроули, получил от него отчет о Джеке Потрошителе, полученный от Виттории Кремерс.

По словам Кремера, Потрошителем был Роберт Д'Онстон Стивенсон (он же Рослин Д’Онстон), которого Кремерс знала благодаря ее дружбе с писательницей Мэйбл Коллинз. Исследуя дело Д'Онстона, Кремерс обнаружила пять галстуков, пропитанных кровью. Неопубликованная рукопись О’Доннелла «Человек, который был Джеком Потрошителем» является обязательной для рипперологов. В своей статье на эту тему Кроули рассказал, как привлек внимание О’Доннелла к значительной астрологической связи с предполагаемой виной Д’Онстона. Холодный Сатурн и коварный двуличный Меркурий больше подходили к случаям хладнокровного убийства, чем традиционный «горячий» темперамент Марса; Характерными чертами худших преступников являются холодное безразличие к людям в сочетании с обманом и ледяными расчетами.

Кроули начал 1934 год в расстроенных чувствах, странно неуверенный в себе. Что-то говорило ему, что он в проигрышной ситуации? Дело «Веселого тела» замарало холст года, хотя не все последствия были плохими. Изможденный, он надел эффектный цилиндр и утреннее пальто и зашагал с тростью в Уолдорф-Астория, рассчитывая выиграть дело и оплатить счета.

Дело 1932 С № 3 651 было возбуждено во вторник, 10 апреля, перед судьей Свифтом на Королевской скамье подсудимых Высокого суда. Дело о клевете быстро исчезло. После того, как Кроули и Гермер закончили давать показания по обвинению Дж. П. Эдди в четверг, Малкольм Хилбери, исполняющий обязанности Констебля, позвонил Бетти Мэй. Умелые допросы убедили присяжных, что репутация Кроули настолько плоха, что ее вряд ли можно было бы оклеветать. Бетти Мэй, желая продвигать свою книгу «Женщина-тигр», использовала процесс для получения прибыли. Письма, полученные Кроули в доказательство этого, были признаны неприемлемыми. Впоследствии он был признан виновным в получении краденого имущества (писем) и на него возложили судебные издержки. Он слишком поздно обнаружил у Кермана письма Бетти Мэй, в которых она отзывалась об аббатстве Телемы; они пошли в его апелляционную жалобу. Признавая, что дело о клевете было скрыто, апелляция, тем не менее, установила, что никакие присяжные не могут должным образом судить такое дело! Кроули получил издержки и гору негативной огласки. После приговора Донгалл написал своему другу с долей сарказма по поводу бесполезности его секса-в-горшке. Для большинства наблюдателей все это дело попахивало.