Личные дела - Боуз Диша - Страница 48

Сначала она инстинктивно попятилась назад, а потом позвала Майю. Им нужно было уходить. Прямо сейчас.

– Они наверху, все будет в порядке, – успокоила ее Сиара.

Мишти не могла свести глаз с Шона. Он стоял на другом конце прихожей, не понимая, куда деть руки.

– Здравствуй, Мишти, – серьезным тоном произнес он.

– Здравствуй.

– Ты не видела Лорен? Она только что тут была, – спросила Сиара.

– Да, я встретила ее перед тем, как она ушла. А что… зачем она приходила?

Сиара вздохнула и провела руками по своим блестящим шелковистым волосам. От этого ее хвост растрепался.

– Ты не поверишь, если я тебе расскажу. – Сиара смерила Шона осуждающим взглядом и скрестила руки на груди, словно именно он должен был все объяснить. – Видимо, хотела дом посмотреть.

– Очевидно, это не настоящая причина. Она же не сумасшедшая, – возразил Шон.

– Точно. Так зачем она приходила, Шон?

– Не знаю, может, что-то подозревает.

– Ты же сказал, что она не в курсе.

Шон взглянул на Мишти, и она смущенно отвела глаза.

– Я пойду, – пробормотала она.

– Нет, не надо уходить. Шон как раз уже собирался, – остановила ее Сиара.

– Неправда. Нам еще есть что уладить.

– Шон, хватит с меня на сегодня улаживаний. Вы вместе с семьей захватили мой дом. Я хочу, чтобы вы ушли. – Мишти медленно пошла к лестнице. – А ты куда пошла? Я же сказала, оставь девочек в покое! – шикнула на нее Сиара.

Все они услышали крики Финна, доносящиеся с кухни. Видимо, Сиара оставила его в манеже, и он хотел наружу.

– Пойду его проверю. Мишти, не смей никуда уходить! А ты, Шон, убирайся.

Сиара ушла, оставив Мишти наедине с Шоном. Она, кажется, никогда раньше с ним даже не разговаривала и не видела вблизи. Он ждал, пока Сиара уйдет.

– Она тебя выслушает.

– Нет, вряд ли.

– Но она хочет, чтобы ты осталась, а я ушел. Это ведь что-то, да значит.

Мишти задумалась, не хотел ли Шон, чтобы она как-то успокоила его после того, как его отвергла Сиара, вторая его женщина.

– Тебе надо уйти. Это ее дом. И она хочет, чтобы тебя тут не было.

– А ты должна ей сказать, что это – не конец. Все не должно закончиться вот так. Я хочу получить от нее гребаное объяснение, почему она со мной так поступает. Она даже не понимает, чем я тут рискую. И что я ставлю ради нее на кон.

– Тогда зачем ты все это делаешь? Зачем рискуешь семьей?

– Потому что я люблю ее, черт возьми, не так, что ли?

Он ждал, пока Мишти ответит. А когда она промолчала, он так бросился к выходу, словно все это время пытался убежать. Входная дверь хлопнула, и в этот момент Сиара вернулась в прихожую. Очень вовремя.

– Все это время он прятался в кладовке, – сообщила она со смехом.

Они с Мишти снова были вместе на кухне, и Сиара заставила себя сделать чашку чая для подруги, но сама не могла сделать ни глотка.

– И вот она стояла там, где ты стоишь сейчас. Она вообще не подозревала, что ее парень тут, буквально в нескольких метрах от нее. – Мишти было противно это слушать, и она наклонила лицо к чашке, которую держала в руках. Сиара наконец сдалась, вздохнула и поставила свой чай на стол. – Я не знала, что еще сделать. Он вломился в дом, и у меня никак не получалось его выгнать. А потом пришла и она. Было бы не очень, если бы она сюда пришла и увидела его.

– А зачем она приходила?

– Не знаю. Она меня обвиняла, делая вид, что переживает за твое благополучие и нашу дружбу, – отмахнулась Сиара. – Но думаю, что дело было в другом. Возможно, она знает про нас.

– Почему? Что она сказала?

– Она меня назвала деревенской шлюхой. Можешь в это поверить?

– Так дело было не в Шоне?

Сегодня Мишти заметила во взгляде Лорен нечто особенное: жестокость и полное отсутствие страха перед последствиями. Теперь она не понимала, кого ей стоит бояться – Лорен или Сиару.

– Может, и в нем. Не знаю. Возможно, она в курсе. Шон рассказал ей, что у него есть любовница, – покачала головой Сиара, словно считала, что он поступил низко. – Но не сказал, что это я.

– Она догадалась, – сказала Мишти.

Обе пристально посмотрели друг на друга, и Сиара на мгновение закрыла лицо руками.

– Да, может, и правда. Она могла увидеть, как Шон сюда идет, и последовать за ним. Или просто хотела поговорить со мной и посмотреть, не признаюсь ли я во всем. Конечно, я не буду этого делать. Зачем мне это нужно?

– И что теперь?

– Ничего. Не знаю. Да, ничего. А что я могу сделать? Только убедиться, что Шон понял, что между нами все кончено. Он все еще хочет все обсудить. Отказывается принять «нет» в качестве ответа.

Мишти удержалась, чтобы не повторить то, что тогда сказал ей Шон. Возможно, он любил Сиару.

Нет, не может быть. Это была похоть или что-то еще, но точно не любовь. Не все способны влюбляться. Это чувство не необходимо для выживания, как дыхание, умение ходить или пищеварение. Не всем людям суждено испытать это ощущение, которое трудно описать словами. И Нил, И Парт когда-то предложили ей сбежать, но ни одному из них не удалось довести дело до конца. Даже будучи с Нилом, она понимала, что речь не о любви, простой и понятной. Единственной настоящей любовью, которую она испытывала, была любовь к Майе, и вряд ли Шон испытывал то же к Сиаре.

– Ему придется с этим смириться. Может, должно пройти несколько дней. Или несколько недель. Он поймет, как глупо себя вел. Его место – рядом с семьей. А мое – тут.

– Прости, но мне пора, – перебила ее Мишти. Не успев закончить предложение, Сиара зависла с приоткрытым ртом, растопырив пальцы в воздухе: перед этим она энергично жестикулировала, осуждая Шона. Когда Мишти направилась к выходу, она ее остановила.

Ладонь Сиары на плече показалась ей чужой.

– Мишти, почему ты уходишь? Ты мне нужна. Я же тебе помогла в прошлом, когда ты в этом нуждалась.

– Не хочу быть частью всего этого.

– Частью чего? Думаешь, я тебя прошу поучаствовать в подлости, которую творю?

– Сиара…

– А что тогда, Мишти? Скажи мне, почему ты, черт возьми, не хочешь снять свое сраное белое пальто и просто минутку подержать меня за руку?

– Как я могу тебе помочь? Что я должна сделать? Сказать, что все будет в порядке? А будет ли? Ты изменяешь мужу. Сколько раз ты ему изменяла? Со сколькими мужчинами?

– Между Партом и мной ничего нет. Ты ведь это хочешь знать, да? Вот в этом все и дело. Ты же видела, как он на меня смотрит. Замечала, как мы с ним разговариваем. Ты ревнуешь.

– Я не ревную, Сиара.

– А что тогда?

Мишти не могла поверить тому, что видит. В голубых глазах Сиары появились слезы. Хотя она быстро их смахнула, кончик ее носа заметно покраснел, а ее нижняя губа даже на мгновение задрожала. Мишти моргнула, и на лице Сиары уже не осталось ни одного признака ранимости.

– Я не хотела никого обидеть. Особенно тебя, – виновато произнесла Сиара.

– Я не обиделась.

– Но ты больше не хочешь со мной общаться. – Сиара плюхнулась на высокий барный стул и начала медленно крутиться. – Мишти, ты мне сейчас очень нужна. Черт возьми. Я в таком раздрае.

Мишти несколько секунд помолчала. Она была готова уйти.

– Прости, Сиара. Я не могу остаться.

Глава двадцать восьмая

Двадцать второе сентября

Сиара злилась на всех, включая себя. Она позволила всей этой ситуации выйти из-под контроля. Теперь она уже не была уверена, что сможет избавиться от Шона так легко, как планировала. И еще больше она сомневалась в том, что Мишти к ней вернется.

Той ночью, после того, как Лорен, Шон и Мишти ушли из ее дома, она провела, перебирая и сортируя наряды в своем гардеробе. Сиара подбирала подходящие туфли к вязаному обтягивающему платью, для которого уже была недостаточно стройной. Она повязала шелковый шарф цвета фуксии вокруг воротника черного льняного платья на пуговицах. Заправила белую майку в полосатый сарафан. Потом Сиара сделала шаг назад и внимательно осмотрела свой гардероб, представляя себе жизнь, в которой могла бы снова каждый день носить все эти вещи. Что ее останавливало? Ей было некуда это надеть.