Я Гордый. Часть 4 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 50

С воплем одна из егерей была утащена в лес треххвостым полозом — увы для магинь, у него был полный резист к магии. На самом деле, грохнуть его легко — отрубить башку и все, потому как щитов он не имел. Но эти привыкли больше полагаться на эфир, за что и поплатились. Вот барс-хамелеон прыгнул с дерева и, разом сломав шею одаренной, так же быстро вернулся на дерево, откуда скачками рванул в глубь леса.

Вот я срезаю воздушным серпом две бестолковые головы, попутно вырубая земляным кулаком самую говорливую из них. Знаков различия нет, но раз много болтает, значит, много знает. Ну, и фигурка у нее вроде ниче так.

С треском позади меня падает горящее дерево, подняв в воздух кучу искр. Пожара я не боялся — зима как-никак. Я едва успеваю отпрыгнуть, ещё чуть, и оно бы встретилось со мной.

Кидаю на поляну кучу веток с магией земли, сбивая концентрацию дамочкам и заставляя их защищать еще и ноги. К этому добавляю камешки с огнем. Они красиво вспыхивают, ослепляя, ну, и иногда раня. Но не сильно, так, чтобы не расслаблялись. Рвотные зелья — сделал по случаю, перепутав ингредиенты. Ох помню как меня выворачивало. Знаю, что не гуманно, а что делать? Вот и испытаю их на врагах, а то вдруг оно только на меня действует. Испытания прошли на отлично. Вон даже некоторым зверям поплохело. Жаль зверушек, но наука требует жертв.

Повсюду стоит ор, мат, кто-то кричит, что меня надо убить, кто-то — что захватить, некоторые уже собирались бежать. И все ищут нападающих и очень удивляются, что не находят.

А я тем временем все бегаю кругами, иногда пиная в сторону одаренных зверей, что попадаются под ноги. Те, непривычные к такому отношению, сразу пытаются вцепиться во что-нибудь мягкое, при этом визжа и рыча, добавляя еще больше хаоса.

Спустя пару минут некогда собранный отряд оказался разбит на маленькие кучки сопротивления. Еще минут пять и оставшиеся пять человек, тяжело дыша, встали спина к спине, явно собираясь продать жизнь подороже. Собственно, на этом я и решил прекратить все игры и повторить свои вопросы. Источники их были практически пусты, в самопожертвование я не верил, потому как если бы они были на это способны, то уже бы себя подорвали.

В общем, они и раньше мне не были соперниками, а сейчас, вымотанные и растерянные, так тем более. Пошвырявшись огнем, я отогнал самых наглых зверушек, что еще не успели пообедать, и вновь вышел на поляну.

— Теперь вы готовы говорить или нам продолжить? Если второе, то предупреждаю сразу, сюда приближается медвежуть ранга князя, против которого у вас нет шансов. И удрать от него не получится — в лесу он бегает быстрей вас. Так что решайте быстрей.

— Чего ты хочешь? — быстро переглянувшись с другими, спросила говорливая.

— Я уже сказал — кто вы такие и что вам надо? Ах да, какого черта вы меня собрались убить, раз узнали? На кого работаем, дамочки? И не вздумайте врать. Накажу.

— А как ты узнаешь, что мы врем? Вдруг правда покажется тебе ложью?

— Узнаю, а как — не ваше дело. Если уж будете врать, то делайте это убедительно. И да, внесем элемент интриги. За каждую ложь одна из вас будет умирать. Итак — кто вы?

— Егерский отряд Тайного сыска.

— Верю, — кивнул я. — Что надо?

— Нас отправили за тобой.

— И в это верю. Но хотелось бы подробностей. И дамочки, не заставляйте меня вытаскивать из вас информацию. Это навевает на меня скуку. А когда мне скучно, я начинаю развлекаться. И мои развлечения вам точно не понравятся.

— Да кому интересны твои развлечения, Гордеев. Ты все равно труп, — одна из них, похоже, мозгами поехала.

Щелчок пальцами — и ее голова, отделившись от тела, покатилась по земле, аккуратно срезанная огненным серпом.

— Значит, не Ваше Высочество, не Сергей Дмитриевич, а просто Гордеев, да? Любопытно. Кстати, я забыл сказать — неуважения я тоже не терплю. И вновь ставший актуальным вопрос — кто вас послал?

— Тебе это имя ничего не скажет.

— Это уж позвольте судить мне. И дамочки, быстрее, я теряю терпение.

— Тебя сколько в столице не было, год? Два? За это время многое произошло. Нам говорили, что ты тут живешь, полностью отрезанный от цивилизации. Правда, не предупредили, что ты стал настолько сильным.

— Да вас о многом не предупредили, -пнул я старого знакомого, двухголового лиса, что крался мимо меня. Кажется, именно его я недавно пинал в сторону ханьцев. Вон, и порванное ухо у того точно такое же было. И неймется же ему.

Лис воспринял мой удар как предательство, зашипел, задрав одну морду к небу — точно он, — и скрылся в кустах.

— Итак…

— Мы тебе ничего не скажем. Можешь нас убивать.

— Да? Грустно это слышать. Что ж, я был добрым и хотел все сам, без ансамбля, а теперь уж поздно.

— Первый? — на поляне возникли трое Старших. — Мы почувствовали сильное возмущение эфира возле границ. Кто это и что у тебя за вид? Не почувствуй мы твою ауру, сразу бы атаковали.

— Мой новый супербрутальный прикид в который я собираюсь всех одеть. А насчет этих — непонятно, — отозвался я. — Но пришли за мной, а точней, за моей головой. А еще говорят, что я чего-то не знаю о том, что происходит в стране. А чего именно? И кстати, они знали, что я тут. Об этом что, сообщили в имперских новостях? Я-то думал, что тут все такое тайное. Обманули, и мы на самом деле живем внутри крупного города, а все это лишь декорации?!!

— Об этом после, — отмахнулась она. — Кажется, я знаю, кто их послал. Эфирную клетку на них и тащим в школу. Там они все расскажут. Тебя мы не задерживаем. Как только получим информацию, клянусь, все тебе расскажем.

Я посмотрел на них долгим взглядом, решая, что делать, а после махнул рукой. У них допросить все равно лучше получится, а обманывать они меня не будут. Приближается конец учебы, и я уже не тот, кто пришел к ним почти два года назад. И они знают, что в гневе я могу разнести тут все, и мне ничего за это не будет. А еще я поставил себе галочку поговорить с дядькой Родомилом. А впрочем, зачем откладывать — время есть, так что можно его и сейчас посетить.

Старое правило в виде запрета на выход за территорию школы на нас уже давно не действовало. Мы сами не горели желанием общаться с местными жителями, которые нас банально боялись. Так что я, не желая показывать, что умею летать, резвым шагом устремился в лес, а когда скрылся из виду, полетел в сторону городка, ну, или села, на которое он был больше похож.

Приземлившись в километре от него, я пешком отправился по знакомой дороге, стараясь не обращать внимания на средневековое захолустье. Вот уж не знал, что в современном мире есть люди, которые согласны добровольно поменять блага цивилизации на уличный сортир и гармонь вместо аккустической системы.

Хотя, какая-то прелесть в этом есть, точно говорю. Приехать бы сюда с девчонками, сходить на рыбалку, поваляться на сене, поесть запеченной на костре картошечки — благодать. Но это на время. Постоянно так жить я бы точно не хотел. Ну что поделать — такой вот я продукт современной системы. Смотреть про старину интересно, сидя в удобном кресле, глядя на огромный экран телевизора.

Путь мой лежал к уже знакомой усадьбе, вроде бы как бы и моей тоже, но жили там другие люди, вроде как даже родственники. Дядька обнаружился сидящим у ворот и увлеченно обстругивающим деревяшку. Рядом с ним вертелась малявка лет восьми, что-то упорно ему доказывающая. Тот не обращал на нее внимания, целиком уйдя в работу.

— Привет, Родомил. Поговорить нам надо.

— Тьфу, окаянный, напугал! — подскочил он, едва при этом не отрезав себе кусок пальца.

— Ничего. Сердце у тебя сильное — справишься. Так что насчет поговорить?

— Тебя кто из школы выпустил? Почему без сопровождения Старшей?

— Ты все перепутал. Это я пришел задать тебе вопросы, а не отвечать на твои. Не хочешь в дом звать, так можем и тут пообщаться. Хотя мне пофиг, чего ты там не хочешь — это и мой дом тоже. Пошли и не отставай.

Пока тот с возмущением хватал ртом воздух, я вошел в открытую калитку и направился внутрь.