Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности - Княжина Елена - Страница 16

– Я рискну, – парень быстро поднялся, отряхнул дядин плащ.

– Тебе лучше вернуться домой, кхняссь. В Сеймуре тебя ждут только неприятности, – поглядела на черно-серую фигуру, величавой статуей возвысившуюся над моей бедовой головушкой.

– Ну… раз ждут, разве могу я их разочаровать? – фыркнул он равнодушно.

Блеклые голоса родных закружили в голове мысленный хоровод.

«За магию надо платить».

«Все началось там… в Шах-Грине».

«Времени никогда не бывает достаточно».

Так… Горди провалился в Хаврану в шах-гринской роще, а затем туда же ушел мой отец. Взял оборудование, активировал карабин и прыгнул. Зачем-то.

Еще вчера я не знала, куда двигаться дальше. С чего начать поиски, с какой отметки на бесконечной карте Веера. Но теперь, кажется, поняла. «Там все и началось».

– Старая ярмовая роща закрыта для посещений, – прошептала, по-новому разглядывая мрачное лицо парня. С несколько плотоядным интересом. – Но с дядиным пропуском мы сможем туда попасть.

– И за каким троллем нам туда попадать?

Там все началось… Там могло и закончиться.

– За таким… троллем… что где-то в Шах-Грине все еще есть нестабильный портал. И он ведет в твой мир, не определившийся, есть в нем магия или нет, – я поднялась, опираясь на предложенную грубую ладонь, и вяло поплелась к подъемнику. – Мои родители могли уйти через него.

– Не слишком ли призрачная надежда, Рита Харт? – Артур взял у меня пропуск и деловито активировал лифт.

– Ты прыгал в свой портал, не имея вообще никакой! – фыркнула раздраженно.

Да, надежды мало… Но в доме полные коробки бабушкиного оборудования. Мы можем очень аккуратно сходить и посмотреть, так? Нарушив кодекс проходимцев, но это ж для пользы дела! К тому же, если в Хавране все же есть магия, то новый закон ее не касается.

Подъемник мигом доставил нас на первый уровень, и мы с «поступлением» выбрались на влажный воздух. Охранник проводил задержавшегося ищейку взглядом, но ничего не сказал.

– Ты ведь умеешь видеть магический след? Может, ты их почувствуешь. Маму с папой. А я… я прощупаю Хаврану на предмет волшебства, – шептала сбивчиво, на ходу строя план. – И мы наконец определимся, есть там магия или нет.

Над Лурдом моросил резкий, неприятный дождь. Тонкие острые струйки натягивались перед носом прозрачными лесками и пытались пропороть кожу. Ветер порывисто шевелил мокрую листву, брызги летели на нас со всех сторон.

– Я не затем ушел в другой мир, чтобы вернуться ни с чем, Рита, – плечи Артура ходили под плащом по впечатляющей траектории.

Мы добрались до черных ажурных ворот и остановились. Парень порылся в кармане, протянул мне золотой браслет. Мамины оковы.

Выходит, нашей сделке с этим мрачным субъектом конец… И меня отпускают с миром. Чувствовала ли я от этого облегчение? Да ни секунды.

– Тогда отдай мне дядины вещи. Сама справлюсь, – пробурчала, отводя взгляд.

– Плащ ты не потянешь. А пропуск мне нужен самому.

Превосходно! И как мне попасть в закрытую портальную зону?

Разве что со склона крутого съехать, высадившись на верхнем пике Маунт-Грин… Еще бы при этом кости не переломать, ага.

– Пойдем со мной, – прошептала одними губами.

– Нет. У меня свой путь, Рита Харт. И свой поиск, – упрямо выдохнул князь и расчертил лоб глубокой морщиной. – И в этом месте наши пути расходятся… «детка».

Он развернулся и резким, размашистым шагом пошел вдоль дороги, уводящей к Лурдскому поселению. Стремительно уносился в черноту. Мгновение спустя силуэт, укутанный плащом, поглотило смесью мрака и обезумевшего дождя.

Глава 8. Непокоренные вершины

Черный силуэт давно исчез, а я продолжала мокнуть под взбунтовавшейся стихией. Не то чтобы я за сутки успела прикипеть к мрачному, надменному вторженцу… Но с его уходом внутри что-то оборвалось.

На какую-то секунду даже захотелось броситься следом. Нет, серьезно, его же первый опытный тхэр остановит и проводит в личные теплицы старика Келси!

Волевым усилием сдержав порыв – не надо спасать тех, кто спасения не желает, – я поймала хлипкий телепортационный экипаж, влезла внутрь и покатилась к дядиному дому. Я не из тех, кто причиняет добро насильно. Только если меня очень, очень попросят… Или принудят.

Темнота застилала спокойные лурдские улочки бархатным покрывалом. Намокшие сумерки будто отяжелели и устало привалились к лужайкам. Высадившись у соседского дома, я направилась к дядиной двери. Экипаж тут же исчез в портальной дырке – даже поблагодарить не успела.

В доме Эндрю и Эммы Чейз было привычно пусто. В коридоре валялись разбросанные открытки, одинокий серебряный крюк напоминал о похищенном плаще. Загадка мага из немагического мира осталась неразгаданной.

– Не князь, а горный тролль! – прохрипела раздосадованно, разглядывая высохшие грязные следы на светлом полу.

В животе расползалось что-то черное и тягучее, скручивающее внутренности воронкой. То ли голод, то ли тоска. Ухватив с кухонного стола тарелку с мясным пирогом, приготовленным Санни когда-то давно (судя по хрусту затвердевшей корочки – в обед), я поднялась в свою спальню.

Дотянулась до верхней полки и погладила пальцем проекцию. На ней мама изображала испуг и забавно трясла рукой, демонстрируя золотые оковы. Папа коварно щурился и отбрасывал рогатую тень. А рыжая, курчавая я – совсем крошечная – заливалась безудержным хохотом и ловила парящие в воздухе искры.

Родители очень любили меня. Очень. Едва ли найдется в мирах Веера такой же счастливый ребенок, знавший столько заботы и внимания. Но в один «чудесный» день они… они… они меня просто бросили!

Оставили на попечение бабушек и дедушек, дяди, тети, россохи и кусачего мизаура, а сами испарились, не попрощавшись. Словно на магическую пыль оба одновременно изошли!

Там все и началось…

На улице мелодично позвенели, и я порывисто высунулась в окно, чтобы найти источник шума. Матерь Архова… О сире Квентане и его горно-курортной затее я успела забыть, пока мокла под дождем и прощалась с князем.

Судя по тому, что водительское место пустовало, ректор был намерен сам управлять личным скоростным транспортом. Он стоял на обочине, вглядывался в мокрую темноту и искал глазами меня. Я робко махнула рукой в ответ… Так. Сумка. Мне нужна очень большая сумка.

***

Из всего путешествия до Шах-Грина я сделала несколько выводов. Во-первых, меня укачивает в сверхскоростных экипажах. Во-вторых, от вожделеющего взгляда ректора меня тоже прилично мутит… В-третьих, паника, рожденная мыслями об уединенном домике в горах, опять же крепости желудку не добавляет.

Словом, всю дорогу я радовалась, что не успела толком перекусить. Прижимала к себе сумку, набитую бабушкиным оборудованием и прочим полезным барахлом, и разглядывала коленки, облепленные зеленой юбкой. От одного взгляда сквозь сетчатый экран горло заполнялось булькающей горечью, а грудь – кипящим стыдом.

А еще не покидало ощущение, что за мной кто-то следит. Ковыряет затылок раздраженным взглядом, будто бы сообщая, что считает меня непробиваемой идиоткой. Потому что только такая поверит словам зрелого, красивого, властолюбивого мужчины – о том, что в домике не случится ничего этакого… Чему она, скажем, вдруг решит воспротивиться.

Я мысленно спорила с вымышленным невидимкой-обвинителем. Аргументировала свое сумасбродное согласие тем, что сир ректор – все-таки сир ректор, а не незнакомый бродяга-проходимец. Клэй был дружен с родителями, опекал меня все три курса, курировал успехи и неудачи… Словом, с его стороны было бы верхом беспечности сотворить что-то дурное. На том и стояла.

А еще я напоминала дырявившему мой затылок призраку, что он сам отказался мне помогать. Ушел летящей походкой, забрав с собой всю свою мрачную харизму и впечатляющий разлет плеч, жуткий, пробирающий взгляд и ворчливые выпады… Вихрем унесся в черноту, к своим целям и непокоренным вершинам. И мой бардак мне приходится разгребать в одно лицо. Невыспавшееся, мятое и голодное.