Солнечное сердце (СИ) - Катрин Селина "Сирена Селена" - Страница 36

— Прости, но нет.

Я шагнула в сторону дверей на выход, но в этот момент Саяка меня одёрнула:

— Куда ты спешишь, когда господа о тебе говорят? Встань и подожди!

М-да… Не очень приятная особа. Даже не знаю, что Рэйден в ней нашёл. Нет, красивая, тут спору нет, но закатывать истерику из-за какого-то перстня? Она, похоже, и не догадывается, что это ключ к сейфу в кабинете дракона, где хранится ещё больше драгоценностей.

Я всё-таки остановилась и посмотрела на Рэйдена. Он, стараясь сохранить достоинство, пододвинул инвалидное кресло к себе поближе. Я с грустью подумала, что сесть в него элегантно без работающих ног ещё сложнее, чем опуститься на колени с гружёным подносом.

— Я хочу знать, — капризно заявила красотка, — за какие такие заслуги эта, как её… Лорен… получила твоё родовое кольцо!

— Это не твоё дело, Саяка, — мягко, но непреклонно возразил Рэй.

— Как это не моё?! Я — твоя невеста. Разве не ты обещал меня любить до конца жизни, отдавая свою кровь? Разве не ты сказал, что твоё сердце, магия и богатства отныне мои?!

— Саяка…

— Нет, я хочу знать! Ты совсем совесть потерял или где-то ещё теплится кусочек?!

Рэйден молчал, но по скулам пробежали желваки. Тем временем Саяка, так и не получив ответа, резко обернулась ко мне.

— Ну а ты, Лорен? Скажешь что-нибудь, а? Какого демона мой жених подарил тебе то, что предназначалось мне?!

Я во все глаза смотрела на очень некрасивую сцену, понятия не имея, что сказать. Сделала два шага, пятясь, а затем крутанулась и с громким «извините» выбежала из зала. Нет-нет, я не хочу быть предметом ссоры и краха отношений Рэйдена. Если ей так важна эта побрякушка, да сниму я её… Чёрт!

Я пробежала несколько десятков метров по коридору и сунула поднос под мышку, пытаясь сдёрнуть кольцо, которое, как назло, село на палец как влитое. Я рывком потянула его так, что кожу защипало, и в этот момент меня настигли резкие слова:

— Оно магическое. Ты его не снимешь, если в душе не хочешь этого. А ты явно не хочешь.

Я круто развернулась и нос к носу встретилась с Саякой. Оказывается, она рванула за мной со своего места… Вот уж не подумала бы, что такая драконица снизойдёт до беготни за прислугой.

Тем временем гостья замка неуловимо изменилась. То ли в коридоре падал свет по-другому, то ли ревность её изуродовала, то ли там, в зале, она шикарно отыгрывала роль, но вместо одухотворенного выражения на красивом личике проступила такая ядрёная смесь злобы и зависти, что меня проняло.

— Ну и за что ты получила колечко от этого урода?! — рявкнула она голосом… куда ниже, чем там, в зале.

— П-п-простите? — Я аж заикнулась, подумав, что не разобрала последнее слово.

— Что слышала. — Саяка в отвращении поджала пухлые губы нежно-персикового оттенка и демонстративно сложила руки на груди. — Он же урод. Шрам через всю шею, а на груди и спине и вовсе такая мерзость, — она скривилась, — будто он в Нижнем Мире побывал лично, его пожевал трёхглавый пёс и выплюнул, как нечто несъедобное.

Я во все глаза таращилась на невестушку Рэйдена, которая совершенно не скрывала того, как он ей противен.

— Он не виноват в том, что воевал и ему не повезло.

— Как же, не виноват! Эту чушь он тебе залил в уши, да? Наивная дурёха. — Она снисходительно фыркнула. — Запомни, мужчина, который пропускает удары на поле боя, — слабак и тряпка. Ему вообще повезло, что битву выиграли драконы, несмотря на то что он ослушался моего отца. По-хорошему, достойный крылатый воин на его месте уже бы вспорол себе живот и смыл кровью позорное непослушание старших на войне. Рэйден — трус, каких ещё поискать надо, цепляется за свою убогую жизнь так, будто она чего-то стоит, пыжится и строит из себя полноценного дракона, хотя мы-то понимаем, что он вообще им уже никогда не станет.

Голова закружилась от количества вываленной информации. Внутри заворочалась глухая едкая злость. Называть трусостью то, что человек не хочет сводить счёты с жизнью, — то ещё извращение, но, видимо, в этом обществе совсем другие нормы.

— Он воевал под предводительством вашего отца? — спросила я первое, за что уцепилась.

— Ну разумеется. Надо же было, чтобы армией с нашей стороны руководил кто-то мудрый. Мой отец, — она горделиво выпрямила спину, — генерал с многосотлетним опытом военного дела. Вулканический род всегда был лучшим в этой сфере, и Рэйден должен целовать следы на земле от моих стоп за то, что я не стала настаивать на его казни за измену, как, впрочем, и за то, что не разорвала помолвку.

— Казни за измену?!

Я задохнулась от эмоций. Ах вот кто, оказывается, внушил Рэю мысль, что он недостойный… Я почувствовала, как волна гнева и отвращения к этой «леди» взметнулась во мне с такой силой, что перед глазами заплясали цветные пятна. Вместо того чтобы поддержать близкого человека в сложную минуту, эта пустоголовая, падкая на блестящие побрякушки идиотка ещё и годами втаптывала самооценку Рэя в грязь… вот же мразь!

— Конечно. Он нарушил приказ старшего по званию. Это измена, — как ни в чём не бывало рубанула Саяка.

Ну не-е-ет, если у Рэя такая невеста, то беру слова насчёт его братьев назад — святые люди. Тьфу, драконы.

— Но на Огненном Архипелаге деньги и родовитость испокон веков решали всё. Как-никак третий сын правящего рода. — Она вновь неодобрительно поджала губы. Как будто не она только что выпрашивала себе драгоценности в качестве подарков!

— Вообще-то своим храбрым поступком Рэйден спас целую деревню людей, — ответила я, стараясь тщательно фильтровать интонации в голосе.

На моё возражение эта девица лишь фыркнула.

— Подумаешь, люди. Деревней больше, деревней меньше. Мы — драконы — существа высшего порядка, мы должны быть идеальны. Рэйден обязан был думать обо мне в первую очередь. Как он вообще себе представлял наше слияние после того, как разрешил Мёртвым душам так себя обезобразить?!

Меня слегка замутило от слова «слияние». За время проживания в Харакуне я так привыкла к некоторой стеснительности и ненавязчивости Рэйдена, что у меня этот мужчина как-то сам собой ассоциировался скорее с девственником, чем с прожжённым Казановой. А ведь он говорил о своих драконьих взглядах на жизнь, да и в целом глупо было думать, что до ранения в его жизни не было женщин.

Драконица прищурила глаза необычного вишнёвого оттенка и оценивающе осмотрела меня с головы до пят.

— Ну и что ты сделала ради этого кольца? Всемилостивые боги, и вот на это он променял мою благосклонность? Вот же жалкий урод.

— Он не урод, — прорычала я, уже плохо сдерживая себя. — А вы дрянная невеста, раз для вас в женихе ключевое значение, как оказалось, имеет внешность, а не личные качества.

Занятное дело, оскорбления в свой адрес я всю жизнь переносила относительно спокойно, но стоило когда-либо кому-либо сказать плохо о тех, кто мне близок, как во мне просыпалось самое настоящее бешенство.

— Ах, да ты его трогала…

Глаза Саяки внезапно широко распахнулись, она посмотрела на меня так, будто ожидала увидеть пушистого безобидного кролика, а ей показали по меньшей мере змею.

— Что?

— Трогала! — воскликнула она повторно и так уверенно, будто на неё снизошло озарение. — И это я ещё дрянная невеста? Ха, ты на себя-то смотрела?! Чужого мужчину трогала, между прочим! Ещё скажи, что не ради денег. Колечко-то он тебе прекрасное подарил, небось ещё и монетами заплатил. Да чем ты лучше-то?

Она начала хохотать так, словно услышала очень смешную шутку. А вот мне было совершенно не смешно. Конечно же, касалась я Рэя сугубо в профессиональном плане, стараясь сохранять дистанцию и быть предельно вежливой, но мысли-то я себе позволяла… и разные. И да, Рэйден привлёк меня как мужчина ещё в самый первый день, когда я его рассмотрела. Меня съедало чувство вины напополам с желанием удавить невестушку-тварь. Мы отошли недалеко от зала, где они ужинали, и я была уверена, что Рэй, ко всему, ещё и слышит всё это.