Возмездие (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 89

Будущее невероятно увлекало Велимира, но помимо грядущей свадьбы и тяги к Ане, следовало продвигать проекты, которые он задумал. Встреча с Павловским, отцом Людмилы, прошла так, как и планировал княжич. Виктор Афанасьевич внимательно выслушал предложение молодого человека, которому высказал свою признательность за помощь дочери, и пообещал обсудить заманчивые перспективы со своими акционерами, попросив на это неделю. Завтра истекал этот срок, и Велимир с воодушевлением и волнением ждал звонка от Павловского.

Между делом он хотел решить ещё один вопрос, чтобы потом не возникало проблем с теми, кто считал себя вправе диктовать условие половине Симбирска. Да, речь шла о клубе «Ратоборец», который после смерти своего основателя стал настоящим пристанищем для молодых жителей слободок и фабричных кварталов.

В один из дней в его доме собрались несколько парней, которых привёл с собой Руслан Захаров. Все они были из купеческих или обедневших дворянских семей. Сословный состав очень даже подходил для замыслов княжича Шереметева. Ведь ему здесь жить, а значит, нужно заранее готовить фундамент для прочного сосуществования с теми же купчиками, дворянами, простыми горожанами.

— Парни, холодное пиво хотите? — сразу предложил Велимир гостям, как только Руслан представил их.

— Не откажемся, — переглянувшись с друзьями, ответил рыжий парень, настолько крупный и большеголовый, что Велимир сначала испытал робость. Такой сдавит в объятиях — кости треснут. Анисим был из потомственной купеческой семьи Лебедевых. У них был собственный заводик по изготовлению замочной и скобяной продукции. — А какое?

— Местное, самое лучшее, — усмехнулся Велимир и собственноручно дважды сходил на кухню, принеся из холодильника десять бутылок «Волжского», по две на брата, что вызвало одобрительный гул. Пояснил: — Чтобы не бегать туда-сюда. Угощайтесь.

Расположившись на диване и креслах, молодежь сначала выпила за знакомство, а потом княжич начал осторожно прощупывать их взгляды на ситуацию с «ратоборцами».

— Козлы, — одним словом заклеймил клубных задир паренёк в очках, худощавый и высокий. У него и прозвище было Каланча. Впрочем, Боря Садовский не обижался, показывая свой добродушный характер. — Из такого клуба сделали прибежище тупоголовых качков. Русик, а ты не рассказывал княжичу, что они крестьянский рынок подсадили на десятину?

— То есть? — не понял Велимир. — Поборы устраивают, что ли?

— Самые настоящие, — кивнул Анисим. — У них даже должность появилась: мытарь. Так вот эти мытари раз в неделю обходят торговцев и забирают эту самую десятину. Собранное идёт в клуб, на развитие и закупку инвентаря.

— Я не удивлюсь, если они и оружие тайком прикупают, — прогудел темноволосый крепыш Фарид Курбанов. Он был самым низкорослым в компании, что выглядело забавным в сравнении с Анисимом. — К моему дядьке Майсуру как-то в лавку гости заглянули, ну и повздорили немного, так кто-то из этих быков вытащил ствол и пригрозил, что они сожгут весь товар, если не доплатит.

— Может, это пугач был? Или детский пистолет? — предложил Велимир, по-простому говоря, офигевая от происходящего здесь веселья.

— Может и так, — не стал спорить Фарид. — Дядька особо в оружии не разбирается. А вот в коврах — запросто.

— А полиция, жандармерия? — еще больше удивился княжич. — Губернатор не в курсе происходящего?

— Губернатор старается усидеть на трёх стульях, — усмехнулся Руслан, до этого сидевший молча и попивая пивко. — Здесь сильно влияние казанских кланов, с другой стороны — профсоюзы рабочих судостроительных предприятий и рыболовецких артелей давят, ну и перед императором надо отчёт держать. Полиции своих дел хватает, но периодически берут за жабры «ратоборцев», когда сильно наглеть начинают.

— А заявления торговцев?

— Боятся, — сказал Анисим, и осушив бутылку, взялся за вторую, легко сдёрнув сгорлышка крышку.

Велимир поёжился. Такой и голову открутит шутя. Но это даже хорошо. Анисим ему понадобится в будущем.

— Ну, ладно, — почесав легкую щетину на подбородке, Шереметев оглядел небольшую компанию. — Лирика нам не нужна. Вопрос такой: «ратоборцев» можно отодвинуть или перетянуть на свою сторону?

Парни в свою очередь переглянулись между собой.

— Теоретически можно, — поправив пальцем очки на переносице, ответил Каланча. — Там же не все отбитые, есть и нормальные ребята. Просто ходят в клуб, качаются, боксом занимаются. Если только убрать самых одиозных, вроде Груши, Упыря и Залома…

— А кто хозяин? — Велимир не обратил внимание на прозвища тех, кто являлся заводилами. — Кому перешёл клуб после смерти основателя?

— К какому-то поляку по имени Бронислав, — сказал всезнайка Каланча. — Но его Бронёй зовут. Именно Бронёй, а не Бро́ней! Хотя никто ещё в глаза и не видел этого типа.

— Слушай, Боря, а откуда такая осведомлённость? — поинтересовался Шереметев.

— Туда мой друг ходит, Васька Черныш, два-три раза в неделю, форму физическую поддерживает. Хочет поступать в военное училище…

— Понятно, — оборвал его Велимир и задумался. — Некий Брон я держит серьёзный клуб, на который никак не обращают внимание ни полиция, ни губернатор. Кто он такой, сведений нет. Зато часть «ратоборцев» возомнили себя сицилийской мафией и обложили данью симбирских торговцев. А заодно и кулаками любят помахать, как я самолично убедился в «Сфере». Налицо бандитская группировка, что уже является опасностью для империи. Хм, не находите это странным?

— Давно уже находим, — Фарид нервно хрустнул суставами пальцев. — Нехорошее дело они затеяли. Секир-башка надо делать, вот что скажу.

— Так кто там верховодит? Упырь?

— Их там несколько человек, старый костяк, оставшийся после смерти первого руководителя, — напомнил Руслан.

— Парни, а вы можете прощупать настроение тех, кто хочет нормально заниматься спортом, а не играть с правосудием? — Велимир пристально поглядел на каждого, пытаясь понять, насколько велико у них желание сделать что-то нужное для родного города. Если равнодушия больше — нет смысла дальше вести дела.

— Попробуем, — Борис, несмотря на свою тщедушность, оказался куда проворнее товарищей. Но те его поддержали.

Когда пиво было выпито, а общение свелось к анекдотам и весёлым историям, Велимир вдруг «вспомнил», что у него есть дела, нужно срочно ехать на пристань. Гости тактично попрощались и ушли, а княжич сразу же набрал номер Азата.

— Ты ещё в Симбирске?

— Да, отец попросил поручение выполнить, — неохотно ответил казанский княжич.

— Можем встретиться? Не телефонный разговор.

— Какие проблемы? Подъезжай на левый берег к набережной через полчаса.

В назначенное время Велимир на своём «Дуксе» в сопровождении охраны на внедорожнике был в нужном месте. Протянувшаяся на триста метров набережная была почти пустынной. Последние два дня шли дожди, поэтому ни у кого не возникло желания гулять под порывистым ветром, то и дело дующим с Волги. Не обращая на него внимание, Велимир в расстегнутом пальто из дорогущей ткани вышагивал по дорожке, ведущей вдоль бетонного парапета, на котором сидели чайки и ревниво сгоняли тучных голубей, посмевших вторгнуться на их территорию.

Азата и его охранников он увидел возле киоска с мороженым. Княжич купил два вафельных стаканчика, и неторопливо зашагал навстречу. Видимо, сильно любит его, раз готов и в такую погоду лакомиться.

— Здравствуй, брат, — улыбнулся казанец и протянул Велимиру один из стаканчиков. — Угощайся.

— Спасибо, Азат, — Шереметев не любил такое мороженое, предпочитая пломбир, но не стал обижать друга. — Пройдёмся?

Они, не сговариваясь, решили прогуляться до широкой лестницы, спускавшейся до самой воды. Охрана на расстоянии следовала за ними.

— Я очень рад, брат, что с твоим отцом всё обошлось, — Азат откусывал от стаканчика маленькие кусочки и смаковал сливочный вкус. — Мы переживали, когда услышали о произошедшем. Нашли тварей, которые подняли руку на уважаемых людей столицы?