"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Ландсберг Галина - Страница 1096

Техник-инженер Ильс Прош был ужасно волосат, имел низкий лоб, массивные надбровные дуги и тяжелую, выпирающую нижнюю челюсть, что делало его похожим на обезьяну с планеты Туктаро. Правда, это не мешало ему быть очень грамотным и умелым инженером, умеющим справиться со многими техническими вопросами, периодически возникающими на станции.

– При исследовании этой планеты мы уже неоднократно сталкивались с тем, что часть аборигенов генетически похожа на нас, а часть отличается, – задумчиво проговорил Томазо. – Отличаются ДНК, некоторые имеют редчайшие комбинации крови. По всей вероятности, планету посещал еще кто-то до нас. Но этот парень – один в один ты, или я, или даже император, как ни кощунственно это звучит.

– А не является ли это следствием эксперимента группы «Великий рассвет»?

– Не знаю, ведь многие результаты и даже описания экспериментов засекречены до сих пор, хоть и прошло уже почти две тысячи лет. А «Великий рассвет» – это дом императора, и допуск ко всем материалам имеют лишь те, кто занимается проблемой восстановления нашей популяции. Кстати, на планете присутствовали первые генетически и ментально измененные существа, – снова усмехнулся Томазо.

– Почему же я об этом ничего не знаю?! – изумилась Истанга.

– Видишь ли, еще на заре разработок биотехнологий по модификации человека исследователи пустились во все тяжкие. Толком мало что контролировалось, многим хотелось быть в первых рядах, и это стало выливаться в различные казусы, проблемы и даже беды. Как проверить и исследовать первых человеческих клонов? Это ведь не биороботы – это как бы ты сам. Вот и интересно, как поведешь себя в тех или иных условиях.

Эту планету нашли давно и наблюдали, как на ней развивались человек и общество. А потом вдруг решили запустить туда клонов и посмотреть, как они вольются в систему. Поначалу все было хорошо: клоны жили, как и все, женились и выходили замуж, работали и рожали детей. Да-да, они плодились и размножались. У нас начали даже клонировать видных ученых, других достойных людей. Но, видать, слишком уж наши предки расслабились, решив, что встали в один ряд с создателями…

Томазо замолчал и продолжил, когда Истанга уже не ожидала услышать продолжение:

– Вдруг клоны стали умирать – здоровые, молодые, полные сил. Смерть настигала их внезапно: вот шел человек, вдруг падал – и все. Стали разбираться, но не могли ничего понять. Потом вдруг стали умирать простые люди – те, кто не были клонами, но какое-то время находились рядом с ними. Тут уж все всполошились, клонирования прекратились, занимающиеся этим лаборатории и научные центры закрылись. Все переключились на поиск проблемы – вируса или чего-то еще, что повлекло вспышку эпидемии. На планету были направлены врачи и медперсонал, которые и приняли активное участие в избавлении планеты от болезни.

Меры принимались кардинальные: зараженные села или города сжигались – специальные люди давали целеуказание, и с орбиты наносился удар плазмой. Но отдельные больные исследовались: надо было узнать врага, чтобы понять, как его уничтожить.

Быстро нашли лекарство – неказистую травку «козлиный орех», которую надо было заваривать и пить в течение месяца два раза в день. Человек, начавший ее пить на ранней стадии болезни, не претерпевал никаких изменений, болезнь на него не действовала, и даже в первые дни повышенной температуры его еще можно было спасти. Но если в течение трех дней – всего трех дней! – продолжавшейся температуры не начинали пить настой или отвар этой травы, то спасти человека не было уже никакой возможности. Он начинал резко худеть, и через неделю получали скелет, обтянутый кожей. Лекарство, как я говорил, нашли, но оно действовало только на аборигенов, клонов такое лечение не спасало.

Медперсоналу, который соглашался отправиться поработать на планету, вбивалось в мозг бесстрашие перед эпидемией, а так как фауна и флора были исследованы и изучены нашими учеными полностью, медикам давались и знания о приготовлении настоек и отваров из местных трав и о том, от чего они лечат. Все это вбивалось им в подкорку при помощи ментальных технологий, что-то там было еще, но многое скрывается до сих пор. При этом никто не посвящал их в то, что с ними делали и чем это может обернуться впоследствии. Медперсонал, как и все, пил отвары из этой травки, и болезнь обходила их стороной.

Постепенно эпидемия на той планете закончилась, но что-то похожее начало происходить уже на нашей планете. Как всегда, началу эпидемии сопутствовали бардак, спешка и истерика. Травка, которая помогла там, действовала и у нас, только вот местного аналога на нашей планете не нашлось. Химикам удалось синтезировать лекарство, но от травяных настоек не было побочных эффектов, чего не скажешь о химическом аналоге. Медперсоналу, оставленному на той планете, приказали собирать и отгружать этот козлиный орех на метрополию, чем они и занялись.

Справились с эпидемией и в метрополии. Но все переболевшие, а было их процентов сорок-пятьдесят от общей численности населения планеты, потеряли способность к репродукции. На это обратили внимание не сразу, а к тому времени, когда обратили, численность населения уже стремительно сокращалась. И снова аврал и поиски лекарства. Ведущей группой поиска и работы с вирусом и была группа «Великий рассвет».

Через много лет лекарство нашли, нашли и возбудителя болезни, вот только до сих пор проблема полностью не решена. На девяносто процентов девочек мужчин рождается всего десять процентов, а пятнадцать процентов рожденных или погибают, или становятся неспособными к репродукции. И исправить это пока никак не удается: произошли изменения в геноме. Ты ведь сама видишь, что происходит, да и изучала, знаешь. Вот и у нас на капсуле всего двое мужчин и двадцать женщин разных возрастов, причем мужчины уже просто в силу возрастных особенностей неспособны зачать плод.

– Не наговаривайте на себя, господин полковник, вы еще мужчина хоть куда, – вставила реплику, чтобы скрыть свое смущение, Истанга.

Томазо усмехнулся.

– Прошло мое время, милая. Не перебивай меня и слушай дальше, может, что-то будет для тебя внове. Так вот, фертильность мужчин снизилась, и даже зачать ребенка во многих случаях проблема. Появились служба регулирования рождаемости, искусственное оплодотворение. При этом многих заставляют избавиться от плода (это безболезненно и абсолютно безопасно), потому что на ранней стадии проверки обнаруживают нарушения в его развитии. Женщина может и дальше попытаться зачать, что многие и делают, но снова же, решает все СРР. Вот такой парадокс: рождаемость снижается, и ее же регулируют.

На объекте, то есть на планете Зен-1743-АР никакие эксперименты больше не проводятся. Берутся пробы воздуха, снимается геомагнитный фон, а также берут материал для исследования у живых объектов – ну, это ты и сама знаешь. Младший медперсонал оставили на той планете; вернее, вначале было не до них, а когда вспомнили, некоторые уже умерли, другие благополучно вписались в общество, вышли замуж и родили детей.

Да, что интересно, девушки и молодые женщины, из которых состоял медперсонал, рожали не все и не от всех аборигенов, шла адаптация. А так как организм у нас по-разному реагирует на те или иные вызовы, то некоторые так и не познали радости материнства. Но я думаю, это предполагалось изначально, опасались всевозможных мутаций объектов, так как действие вакцины изучено до конца не было. Те, кто находили себе пару и продолжали род, взяты под особый контроль, только и у них рождались как девочки, так и мальчики. Периодически их потомков изымают и отправляют для исследования в метрополию.

Кстати, искусство врачевания передается матерью зародышу еще в утробе одной целостной программой, причем только девочкам, что тоже является загадкой. В процессе взросления ребенка программа постепенно раскрывается, и знания записываются на подкорку его мозга. Родилась здесь и религия Спасителя, а медсестер причислили к его сестрам. Популяция аборигенов на планете за это время не только восстановилась, но даже превысила показатели.