Дом Пламени и Тени - Маас Сара - Страница 14

Время тянулось. Через равные промежутки перед ней появлялись подносы с едой: хлеб, говяжье жаркое (или то, что она принимала за говяжье жаркое), твердый сыр. Еда как на Мидгарде.

Даже травы были знакомыми. Может, здешние фэйцы и принесли их на Мидгард? Или чабрец и розмарин встречаются в разных мирах Вселенной?

Могло быть и так: астерии принесли эти травы со своей родины и насадили на всех завоеванных планетах.

Брайс сознавала: глупо раздумывать сейчас о каких-то приправах. Ей нужно ломать голову над более серьезными вещами, нежели межгалактический огород. Но она быстро потеряла интерес к еде, а думать о чем-то другом было выше ее сил.

К ней никто не приходил. Брайс развлекалась тем, что вылавливала горошины из подливы к жаркому и бросала их в решетку, потом считала, за сколько секунд очередная горошина долетит до низа. Тогда раздовался негромкий звук, что-то вроде «плинк», а затем слышались шипение и рычание существ, обитавших там.

Ей не хотелось знать, кто они такие. Воображение рисовало ей разных чудищ, и у всех были острые зубы и непомерный аппетит.

Она попыталась открыть дверь, но только один раз. Дверь была не заперта, но сразу за порогом начиналась непроницаемая стена из черной ночи, скрывавшая коридор и не дававшая ни выйти, ни войти. Брайс пробовала пробить стену звездным светом, но даже он тускнел, погружаясь в эту темноту.

А вдруг ей устроили какое-нибудь идиотское испытание? Решили проверить, сумеет ли она пройти через их сильнейшие магические барьеры и заклинания. Прочувствовать, насколько серьезным противником она является. Может, здешние фэйцы хотели увидеть, на что способен Рог и что-то «Сотворенное» в нем. Однако Брайс не понадобилось делать еще одну попытку пробить темноту. Она убедилась, что та не поддастся. Могущество этой темноты гремело внутри Брайс, отдаваясь в костях.

Брайс напрягала память в поисках альтернативных способов побега, вспоминала все, чему учил ее Рандалл, но ни один способ не предусматривал прохода через непроницаемую магическую стену.

И потому Брайс продолжала сидеть, есть и бросать горошины чудовищам внизу.

Даже если она и выберется из подземелья, ей никуда не деться с этой планеты. Нужно, чтобы чья-то магическая сила пробудила Рог и он начал действовать. Судя по намекам Аполлиона, магия Ханта была наиболее совместима с ее собственной. Конечно, Гипаксия однажды активировала Рог своей магией, когда на них напал лазутчик смерти. Но магии королевы ведьм могло и не хватить для открытия ворот.

А нужны ли ей ворота, чтобы попасть в родной мир? Микай с помощью Рога на ее спине сумел открыть все семь ворот Города Полумесяца, и расстояние до них роли не играло. Когда она попала в этот мир, поблизости не было ничего, похожего на ворота. Только лужайка, река и дом, который едва просматривался сквозь слои густого тумана.

И встретил ее один лишь Азриель с его кинжалом. Словно именно сюда ей и требовалось попасть.

– «Когда объединятся нож с мечом, и наш народ объединится тоже», – пробормотала Брайс слова древнего пророчества.

Объединятся… с какой целью? Фэйцы были отвратительны. Насколько она могла судить, здешние не слишком отличались от мидгардских. А фэйцы Мидгарда этой весной вновь продемонстрировали свою гнилую мораль, когда во время атаки демонов заперлись у себя на виллах, оставив беззащитных горожан (и в первую очередь людей) погибать на улицах. Они доказывали это своими законами и правилами, подавлявшими свободу женщин и держащими фэек на положении почти что рабынь. В День осеннего равноденствия Брайс обратила их законы против них, выйдя замуж за Ханта. Но по тем же законам она теперь официально принадлежала Ханту. Урда свидетельница: будучи принцессой, она тем не менее являлась собственностью мужа, не имеющего никаких титулов.

Возможно, фэйцы обеих планет и не стоили объединения.

Незачем ломать над этим голову. Сейчас ее главнейшая задача – найти способ убраться отсюда, с одной из немногих планет, сумевшей изгнать астериев. Дагланов, как их здесь называли.

Брайс сидела на полу, упираясь в стену и подтянув колени к груди. Сидела, пытаясь разобраться в случившемся и сложить невидимые куски головоломки.

Проходили часы. У нее не появлялось ни одной догадки, ни одной зацепки.

Брайс устало провела ладонью по лицу. Непонятным образом ее занесло на древнюю родину фэйцев. В мир, откуда на Мидгард пришли Звезднорожденные фэйцы: Тейя, Пелиас и Хелена. Из этого же мира пришел и Звездный меч, а здесь остался кинжал (или нож)… ждать его возвращения. Если Урда намеренно отправила ее сюда – она хоть убей не понимала зачем.

И о том, как выбираться из этой заварухи, Брайс тоже не имела ни малейшего представления.

– Нельзя было брать ее с собой, – пробормотал Флинн, когда они почти бегом пробирались по Мясному Рынку к другому выходу, в более тихой части этого гадюшника. – Холстром, я ведь тебя предупреждал…

– Это я приказала ему взять меня, – вмешалась Сигрид, идя рядом с Итаном.

Спрайты на ее плечах светились бледно-желтым светом. От ее слов что-то болезненно сжалось внутри Итана. Альфа его защищала. Брала ответственность на себя, даже если это предполагало, что Итану можно приказывать. Альфы, под командованием которых он жил последние годы, использовали власть и доминирование в своих целях. Даника – чтобы поддерживать бойцов ее стаи, пусть и в разухабистой, свойственной ей манере. Но Даники в этом мире больше нет. Он думал, что никогда не встретит волчицу, подобную ей, но, может…

– Сабина все равно бы нас нашла, – сказал Итан. – Здесь или дома, значения не имеет. Это был лишь вопрос времени.

Они очутились в длинном служебном коридоре, который оканчивался помятой металлической дверью с кривой надписью «ВЫХОД», сделанной белыми буквами. О кодовых замках здесь не беспокоились, хотя Итан сомневался, что городская санитарная инспекция когда-либо наведывалась в этот притон нищеты и пороков.

– Ну что, будем разделяться на две группы? – спросил Дек. – Попытаемся их запутать?

– Нет, – ответил Марк, у которого на пальцах поблескивали когти. – У них слишком хорошее чутье. Они сразу поймут, в какой группе находится волчица.

Будто в ответ на его слова, сзади, со стороны склада, донесся волчий вой. У Итана все внутри оцепенело. Он знал сигнал, подаваемый таким воем: «Добыча убегает». Он стиснул зубы, борясь с инстинктом и не давая себе завыть.

Сигрид превратилась в провод под напряжением, словно доносящийся вой что-то пробудил и в ней.

– Тогда давайте улепетывать, – сказал Флинн. – Где будем встречаться, если разделимся?

Вопрос повис в воздухе. Есть ли безопасное место в этом городе, на этой планете? Учитывая их связь с арестованными предателями, выбор был ничтожен. Куда бы направилась Брайс, окажись она на их месте? Она бы выбрала кого-то более сильного и опасного… или хотя бы более смышленого. Наверное, она помчалась бы в галерею, снабженную защитными заклинаниями, однако святилище Джезибы Роги прекратило свое существование. После атаки демонов галерея «Грифон» так и не открылась. Поврежденное здание даже не стали ремонтировать. Оставалось лишь…

– Бежим в Комитиум, – предложил Итан. – Исайя Тибериан нас приютит.

– Ты знаешь Тибериана? – удивился Дек.

– Нет, но Аталар – его друг. Слышал, что Исайя – хороший парень.

– Хороший для ангела, – пробормотал Флинн.

– Мы побежим к ангелам? – спросила Сигрид, и в каждом ее слове сквозили недоверие и презрение.

Волчьи голоса за спиной приближались. Их посыл изменился: «Смыкаемся и подкрадываемся вместе».

– Я не вижу другого выбора, – признался Дек. – Мы так и так рискуем. Тибериан может тут же донести Селистене.

– Губернаторша вроде адекватная, – сказал Флинн.

– Я не доверяю ни одному архангелу, – заявил Марк. – Их специально выводят и воспитывают для будущего бесконтрольного правления. Они обучаются в закрытых академиях, будучи с детства вырванными из семей. Личность при таком воспитании не бывает уравновешенной. Ни о каких хороших качествах у архангелов говорить не приходится.