"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич - Страница 338

Но пена и брызги, обрывки оставшейся позади волны, пусть и с опозданием, но обрушились на мостик. Крыша немного помогла, но свою долю «солёненького» получили все. Ну, разумеется, все, кроме изящной фигурки в плотной лилово-красной накидке, каким-то образом избежавшей этих «даров моря».

- Мы прошли Криб, а до Нерата ещё часов пять-шесть! - не оборачиваясь, проскрипел старпом, словно ничего не случилось. - Если ветер не подведёт.

Лужёная глотка старого моряка, не напрягаясь, перекрыла рёв волн, свист ветра и громкие щелчки рулевого механического телеграфа. И вот ведь какое дело, сам он встал у руля, не желая делить ответственность с подчиненными. Капитану, как бы, негоже самому крутить штурвал, а старпому, вроде, и не возбраняется.

- Буря стихает, - У закутанной в накидку гостьи оказался приятный и на удивление сильный голос. - Можем и в штиль попасть.

- Уж лучше буря, - проворчал старпом, по-прежнему не оборачиваясь.

Очередной набегающий вал заставил его крутануть штурвал вправо, и щелчки телеграфа услышали рулевые, скрытые от глаз верхней палубой. Там, в глубине корабля, две пары матросов навалились на свои «силовые» штурвалы, и огромное перо руля мягко и быстро вильнуло в своих массивных бронзовых подшипниках, повинуясь железным цепям, скользящим сквозь смазанные китовым жиром клюзы. В принципе, при спокойной погоде хватило бы и одного человека, но в шторм скорость и надежность перекладки руля почти всегда отделяют благополучный рейс от рокового.

Когда корабль с обманчивой легкостью преодолел ещё несколько волн, старпом и вахтенные, наконец заметили то, что пассажирка знала уже несколько минут назад: буря стихает. Больше нет «купаний» в обрывках волн, болтанка сильно уменьшилась, но ветер всё ещё гонит судно вперёд так быстро, что никаких парусов не нужно. Впрочем, вскоре и ветер начал затихать, и небо, все ещё затянутое тучами, заметно посветлело. Мрачно взглянув на массивный хронометр, старпом без лишних слов сдал дела вахтенному. Все поняли, что скоро на мостик явится капитан, и не стоит давать ему повода для недовольства. А старпом за штурвалом как раз и есть такой повод.

- Спасибо, мастер Шегрос, - тепло отозвалась пассажирка. - С вами, как за каменным молом.

И опять же, все присутствующие согласно улыбнулись. Шегроса уважают все! И даже «временный» капитан, хоть он весь рейс, с самого отплытия, старается это никак не показывать.

- Мне недавно предлагали под командование большой Ковчег, - криво улыбаясь, отшутился Шегрос. - Но я отказался, нравится мне наша мелкая посудина!

Назвать вооруженный океанский транспорт в тысячу тонн «мелкой посудиной» и не вызвать ропот возмущения может только он! Но если подумать, в чем он неправ? Он провёл «Ривьенну» сквозь шторм, а где был в это время капитан? Разумеется, в каюте! А сейчас, когда всё успокоилось, он непременно явится на мостик, чтобы показать себя и напомнить, кто на борту главный...

- Я рад, что мне не пришлось исправлять ваши ошибки, - раздался басовитый голос упомянутой персоны. Вот, он уже здесь!

- Надеюсь, вы хорошо выспались, Нэррис, - едко прокомментировала пассажирка.

Наследник, сын главы клана Нерат, а с недавних пор и вынужденный капитан «Ривьенны», нахмурился, но виду не подал, оставшись галантным кавалером. И раздражён он вовсе не подначками дамы, а чем-то совсем другим, словно чувствуя опасность. Рейс непростой, и никто не предполагал, что обойдётся без приключений.

- Ставьте паруса, - резко приказал он. - Ветер стихает, а задержки быть не должно.

Пусть он и не крупный авторитет среди моряков, но боец отменный! Вроде, и разодет в шикарный вышитый камзол, но палаш с парой пистолетов при нём. Пусть он и сам не в восторге от того, что волей отца стал начальником этого рейса, но свою линию будет гнуть до конца. Настоящий отпрыск клана Нерат: рослый, грудь колесом, ручищи что твои вёсла! Да и на лицо, что греха таить, жаловаться не приходится: красавец-мужчина! И кто тут смеет возражать? Ах, да, старпом...

- Рановато паруса ставить, - по-простому объяснил Шегрос. - Ветер...

- Меня не интересует ветер! - резко оборвал его наследник. - Меня интересует время прибытия. Я должен доставить госпожу Тамиэлу в Нерат как можно скорее! И я это сделаю!

Старпом проявил сообразительность и не стал даже пытаться оспорить приказ. Встретился глазами с угрюмым заросшим боцманом и кивнул, а тот, в свою очередь, испарился с мостика, чтобы исполнить поручение.

- Фок и грот марсели ставь! - разнесся над палубой его сиплый рёв. - Шевелись, медузы болотные, тринадесять шишек через клюз!

Через минуту матросы оказались на реях, постепенно расправляя полотнища марселей. Ставить нижний фок и грот боцман не решился, и правильно сделал, опасаясь нового усиления ветра. Рулевой взял точно под ветер, марсели мгновенно надулись пузырями, и корабль вздрогнул, ощутимо прибавив скорости.

- Так-то лучше, - процедил капитан, но пассажирка, кажется, вновь не оценила его усилий. Впрочем, он не оставил попыток и галантно протянул руку.

- Позвольте проводить вас.

В самом деле, на мостике делать больше нечего. Вздохнув, почётная пассажирка нехотя оперлась о протянутую руку и позволила «отбуксировать» себя на палубу, но теперь этот кавалер почему-то почти перестал её раздражать. Морской идиллии не получается, но и так неплохо. Палуба ещё не просохла до конца, а других последствий бури, как бы, и нет. Если бы не ветер...

- Не стоит так рисковать, - осуждающе произнесла она. - Мы идём почти точно по плану.

- В этом и проблема, - тихо произнес наследник, ничего не объясняя.

И куда подевался самодовольный хлыщ, готовый на любую авантюру ради эффекта? В его взгляде нет ни тени легкомысленной самоуверенности, а только решительность и... опаска?

- Что случилось, Нэррис? - тихо спросила она, мгновенно оценив перемену обстановки. - Почему мы так спешим?

- От вас ничего не скроешь, - серьёзно прокомментировал он. - Но пока, на наше счастье, ничего не случилось. Надеюсь, и не случится.

Ох, выходит, не зря глава клана направил сюда своего старшего сына! И сам наследничек тоже хорош, как прикидывался дамским угодником, даже сама госпожа чуть не поверила! А сейчас...

Корабль вздрогнул, по ушам ударил звук, похожий на выстрел. Это внезапный порыв ветра разорвал стропы, удерживающие фок-марсель, и огромное полотнище с треском забилось, закрутилось, теряя лохмотья, словно старая тряпка. И всё бы ничего, но один из матросов, слишком крепко державшийся за лопнувший строп, соскользнул с рея и полетел вниз...

Он не закричал, падая с почти десятиметровой высоты, зато успел пару раз зацепиться за ванты, чем добавил себе шансов на спасение. И глухо ударившись о палубу, остался в сознании, только зубами заскрипел. Как ни странно, но «почётная пассажирка», совершив неожиданный и стремительный бросок, оказалась возле него первой и, не обращая внимание на сырую палубу, встала на колени, откинув капюшон.

- Не шевелись! - приказала она пострадавшему каким-то особенным голосом, и его тело будто бы само обмякло. Она сама перевернула его на спину ещё до того, как кто-то сумел ей помочь. Капитан встретился взглядом с госпожой и застыл, увидев яркие фиолетовые кольца, горящие в её глазах. С топотом прибежал старпом, и точно так же застыл на месте.

- Голову ему держите! - она отвернулась, склонившись над раненым, а капитан, не раздумывая, сорвал с плеч свой камзол, расшитый цветами клана, свернул его комом и аккуратно подсунул под голову матроса. Удивиться никто не успел, всё произошло слишком быстро, а чародейка продолжила делать нечто, недоступное пониманию как простых мореходов, так и самого старшего наследника От её рук ощутимо потянуло жаром, и вроде бы, появилось небольшое зелёное свечение, но поклясться в этом не смог бы никто из свидетелей. Раненый вдруг открыл глаза и взревел от боли, рванувшись вверх, но три пары сильных рук удержали его, буквально пригвоздив к сырой палубе.