Обреченная невеста. Чужая судьба (СИ) - Шаенская Анна - Страница 95

– Альена, войско Ангаарха приближается к подводной границе Завесы, – в мысли ворвался голос Гаррета.

– Сколько у меня времени? – уточнила, прикидывая расстояние до вершины.

Подъём на гору был очень крутым, но духи стихий не пытались помешать мне и, казалось, наоборот подыгрывали. Я сама не заметила, как преодолела больше половины пути, оставив местных жителей и Вольгарда далеко позади, за границей штормового купола.

– Минут семь, может быть десять, – ответил феникс, – лучше поторопись. Вэйла уже готовится к обороту.

Он собрался тут же исчезнуть, но я окликнула его:

– Гаррет!

– Да?

– Береги себя, – прошептала, мысленно умоляя элементалей защитить и его с Тенью.

Пусть сегодня Стихия будет на нашей стороне!

– И ты береги себя, Альена, – в голосе феникса проскользнула щемящая теплота.

Я чувствовала, что сейчас он улыбается. А значит – верит в меня, в нас!

Бездна! Мы слишком далеко зашли, чтобы проиграть!

В лицо ударил порывистый морской ветер, сотканный из соли и всполохов грозы. Элементали ждали меня. Я чувствовала их ярость и мощь, а в глубине расколотых небес уже зарождалась буря. Дикая и неудержимая, древняя как сам Сольвингард.

– Да грянет Вечный шторм! – воскликнула, поднимая руки над головой словно крылья, и приветствуя первый раскат грома.

Пой, ведьма, пой! Сплетай свою магию с музыкой грозы!

Алая вспышка пронзила небеса, растекаясь по зачарованным осколкам багровыми реками, и окружающий мир утонул в чудовищном грохоте и пронзительном аромате дождя. Сегодня музыку заказывал Шторм и мне оставалось лишь принять Его волю.

Несколько ударов сердца, чтобы уловить нужный ритм. Хлопок ладоней, поворот вокруг своей оси и хриплый смех. Надрывный, отчаянный, практически безумный… Забыв обо всём я сорвалась в пляс, чувствуя, как ветер за спиной превращается в крылья. Но не хрустальные, а огненные, сотканные из молний и буйства грозы.

Пляши, ведьма! Призывай духов Проклятой горы!

Шаг, поворот, рокот волн, раскаты грома и стрекот кастаньет. Я и сама не заметила, как призвала их, высекая нужный ритм. Подыгрывала Шторму, но в тоже время незаметно перехватывала инициативу. Мы танцуем, милый, и сейчас моя очередь вести!

Гори, ведьма! И да откликнется Творец на твои мольбы!

Вспышка! На Проклятую гору обрушились первые молнии, а я продолжила свой дикий танец, кружа в кольце бушующих стихий и призывая уже иную магию. Хрустальную, звенящую, пронзительную, и в тоже время, невероятно мощную.

Её перезвон сплетался с раскатами грома и плеском волн, рождая единственную Песнь, достойную того, чтобы прозвучать сегодня на этой горе.

Балладу о деве, подарившей душу Завесе, а Янтарное сердце Сольвингарду. Балладу об Алвее – Деве Тысячи осколков и Хранительнице зачарованных небес!

Пой, ведьма, пой! И да пребудет вечность с теми, кто пал, защищая этот мир!

Первый аккорд словно крик. Яростный и полный боли. Надрывный, сотканный из восхищения и мольбы. Я пела для той, которая подарила Сольвингарду тысячелетия мирной жизни и призывала элементалей, чтобы почтить её подвиг штормовым салютом.

Я не ждала ответа, не просила о помощи. Готова была сама принять на себя откат от магии Вэйлы, и услышав в мыслях грудной женский голос, едва не сбилась с ритма:

– Пой, ведьма! И вместе мы изменим этот мир! – в такт мне воскликнула Алвея, а через миг на осколках небес распустились огненные цветы.

ГЛАВА 38.2

Невозможные и совершенные в своей первозданной красоте. Пугающие до дрожи и гипнотизирующие пламенными переливами.

Пепел смерти и вечность на крыльях феникса. Ярость тысячи битв и слёзы милосердия, росой растекающиеся по огненным лепесткам… В каждом бутоне янтарной розы заключена целая эпоха.

Эпоха великих жертв и истинных героев. Эпоха боли и предательства, чужого безразличия, едва не погубившего Сольвингард. Эпоха веры и возрождения, сотканная из проблесков надежды и искренней доброты.

Зачарованный янтарь Алвеи помнил каждый миг из жизни этого мира, превращая воспоминания в Силу и соединяя её магию с моей, наполняя хрустальные крылья невероятным могуществом. Как тогда, во время ритуала Четырёх стражей.

Сражайся, ведьма! Духи услышали твои мольбы!

Шаг, поворот… Я вновь вскинула руки над головой, высекая из кастаньет грозовые искры, а расколотые небеса Ярванны разразились огненным дождём и в скалу рядом со мной ударил сноп алых молний.

Стихия бушевала, объединяя наши Силы и сплетая по контуру Завесы новый щит. Невероятно мощный и единственный в своём роде, способный выдержать не только атаку чудовищ, но и откат от магии Теней.

– Альена, приготовься! Вэйла трансформируется! – голос Гаррета ворвался в мысли необратимостью Рока и шелестом вороновых крыльев, но вместо страха я испытала облегчение.

Вспышка! Дикий грохот и рёв штормовых элементалей. Духи грозы замерли на краю расколотых небес, чтобы помочь мне удержать магический купол и готовясь уничтожить тех, кто посмеет показаться из разрыва в Завесе.

Секунды превратились в вечность, а гулкий стук моего сердца казался громче ударов в набат. Дикая пляска сменилась настороженной тишиной, и даже волны замедлили свой бег, а через миг и вовсе воцарился полный штиль.

Жуткий и пронзительный, пробирающий до дрожи. Предупреждающий о том, что настало время Истинного чудовища.

Миг… и земля содрогнулась от предупредительного толчка, а вдали, у кромки горизонта по воде пошла чернильная рябь. Не волна, не цунами, а всего лишь круги на сапфировой воде. Но от одного взгляда на это чёрное как безлунная ночь кружево пробирала оторопь и сердце билось словно сумасшедшее, норовя вот-вот выскочить из груди.

Кто же ты, Вэйла?!

Ещё один толчок… И я чудом успела ухватиться за ближайший валун. Скала ходила ходуном, а океан дрожал и бурлил, закипая от бешеной Силы. Шальной и неудержимой, более древней, чем весь этот мир. Способной уничтожить не только Ангаарха и его чудовищ, но и всё вокруг.

Удар сердца, надрывный плач рушащегося камня и рокот волн.

Молчи, ведьма… Молчи и смотри, как сапфировые волны вспарывают острые стальные клыки...

Огромные и смертоносные, они поднимались над океаном словно скалы, закручиваясь чудовищным водоворотом.

Харибда…

Живое воплощение пучины. Её гнева, безумия и неукротимой Силы. Громадная клыкастая пасть без начала и конца, простирающаяся от рифов под Проклятой скалой и до самого горизонта.

Её мощь оглушала, её рык пробирал до костей, но мольбы испуганных прихожан вспыхнули сквозь него Путеводной звездой. Маги видели то же, что и я, и их Зов помог прийти в себя и снова запеть, поднимая грозовые щиты. А через миг татуировка пары потеплела.

Вольгард не мог подняться на гору вслед за мной, но всё равно был рядом. Пусть и незримо, но помогал удерживать бушующие потоки и отдавал мне свою магию до последней капли.

Вспышка! Яростное рычание и дрожание скал… В центре Харибды начала закручиваться громадная воронка, вбирая в себя магию волн и буквально выпивая энергию из Сапфирового океана и расколотых небес.

Вэйла готовилась нанести удар по армии Ангаарха, а я ждала отката от её чудовищного плетения. И вдруг в глубине водоворота вспыхнули размытые очертания города. Я с трудом узнала в нём руины Самоцветного королевства, а затем картинки понеслись с сумасшедшей скоростью, показывая мне бесконечную орду чудовищ и жуткие подземные лаборатории, в которых Повелитель Пустоши создал и приумножил своих тварей.

Эти картины видела только я, и ради них Вэйла сумела остановить само время, давая мне возможность за один удар сердца пролететь над Проклятым королевством и узнать его жуткие тайны. Их было бесконечно много, но одна врезалась в память особенно сильно…

Колонны из черного мрамора, стоящие прямо на берегу бескрайнего океана. Вэйла не могла сказать это вслух, но я и так поняла, что нам нужно любой ценой добраться до них и разрушить, даже если ради этого придётся самим пересечь Завесу.