"Библиотечка военных приключений-2". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Иванникова Валентина Степановна - Страница 140

Через несколько минут шхуна осталась позади…

— Вот, собственно, и все, что мне удалось узнать, — закончил свой рассказ Нестеренко.

— Все это чрезвычайно интересно, — взволновался Страхов. — И даже подтверждает мою догадку.

— Я, кажется, понял, о чем вы думаете, — улыбнулся Фролов. — Лодка?

— Да. Лодка, — ответил Страхов. — Маленькая подводная лодка, шум двигателя которой напоминает шум дельфина. Думаю, что именно ее скрывают в новой надстройке шхуны.

— Так надо немедленно задержать шхуну! — вскричал Нестеренко.

Старшие офицеры улыбнулись.

— Не горячитесь, Нестеренко, — сказал Фролов, — шхуна ходит в открытом море, и мы не имеем никакого права задерживать ее и осматривать. Нужно придумать какой-то другой вариант.

— Да, задержать, конечно, нельзя, — задумчиво проговорил майор Страхов. — А скажите, на какую глубину может опускаться такая подлодка?

— Судя по ее размерам, на очень небольшую, — ответил Фролов, — максимум метров на пятнадцать — восемнадцать.

— А какой длины может быть ее перископ?

— Думаю, не больше двух метров.

— Та-а-к…

На столе задребезжал телефонный аппарат. Фролов поднял трубку:

— Слушаю. Да. Да. Есть. — Товарищи, — поднялся Фролов, — нас вызывает командующий…

Командующего флотом тревожило то же самое событие, которое взволновало фотографа Родлинcкого и огорчило Юрочку Веселова, сотрудника заводской многотиражки. Уезжая в неожиданную командировку, Юрочка очень сожалел, что не будет присутствовать при сдаче крупного военного корабля, построенного Морзаводом. Родлинский гадал, вовремя ли он сообщил эту новость своему шефу, после того как Юрочка о ней проговорился. Командующий, зная историю с таинственными фотографиями эсминцев, хотел принять все меры к тому, чтобы новый крейсер, выйдя на мерную милю, не был сфотографирован шпионом.

Когда офицеры вошли в его кабинет, командующий сразу же приступил к делу.

— Через три дня на мерную милю выходит крейсер. К этому времени необходимо обезвредить подводного шпиона, будь он дельфином или не дельфином — безразлично. Что вы намерены предпринять?

— Разрешите доложить, товарищ командующий, — встал капитан второго ранга Фролов. — Мы предполагаем, что наши суда фотографирует человек, находящийся в очень маленькой подводной лодке. Я считаю, что во время выхода крейсера подлодка обязательно явится. Тут мы ее и задержим.

— Но каким образом?

— Я вижу только один способ, товарищ командующий. Засечь лодку гидроакустической аппаратурой или, еще лучше, с воздуха и взять ее в вилку глубинными бомбами метрах в тридцати — пятидесяти. Уверен, что она будет повреждена: или всплывет или ляжет на дно. Глубина там сравнительно небольшая, можно будет поднять сразу же.

Выслушав предложение Фролова, майор Страхов с сомнением покачал головой. Командующий, заметив это, обратился к нему:

— А каково ваше мнение?

— Я думаю, — ответил Страхов, — что этот вариант можно принять как резервный на случай, если не удастся задержать лодку каким-нибудь другим способом. Ведь мы предполагаем, что там будет человек, при бомбежке он может погибнуть. А нам он очень нужен именно живой, а не мертвый…

— Да, вы правы, шпиона нужно поймать живым, — задумчиво проговорил командующий, — но как это сделать? Есть у вас какие-нибудь предложения, товарищ майор?

— Есть! — И Страхов подробно изложил план задуманной им операции.

Сначала моряки смотрели на майора с недоверием и даже с улыбкой: уж очень прост и примитивен был этот план. Но, поразмыслив, они пришли к, выводу, что он вполне реален.

— Добро, — подвел итоги беседы командующий. — Принимаем предложение майора Страхова. Ваш вариант, — обернулся он к Фролову, — пустим в дело, если первый почему-либо не удастся. Можете быть свободны, товарищи!

Офицеры вышли из кабинета. Капитан-лейтенант Нестеренко с восхищением посмотрел на Страхова и крепко пожал ему руку:

— Ну и придумали же вы, Алексей Иванович. Ни в одном детективном романе такого не сыщешь!

Абсолютный секрет

Фотограф чувствовал, что кольцо вокруг него сжимается. Пока что он решил прекратить работу и затаиться. Помог этому и ремонт в Доме офицеров флота и командировка Веселова. Правда, иногда появлялась трусливая мыслишка — а не специально ли все это сделано, чтобы изолировать его и побудить на рискованные поступки? Но если подумать трезво, то нелепость подобной мысли становится очевидной: если его изолируют, значит, он уже раскрыт, а если раскрыт, то почему его не арестовывают? И Родлинский спокойно снимал молодоженов и моряков, увеличивал дедушек и бабушек с пожелтевших паспортных фото и проявлял чужие пленки. В свободное время он лежал на пляже или читал. Слава богу, в «этой проклятой дыре», как он про себя называл город, была отличная библиотека. Многие книги в ней остались еще от царского генерал-губернатора.

Массивные шкафы библиотеки тускло мерцали золотыми тиснениями старинных изданий. Родлинский с сожалением посмотрел на корешки французских романов. Брать нельзя — ведь никто не знает, что для него французский язык такой же «родной», как английский и немецкий.

Зиночка улыбнулась. Забавный читатель иногда просил ее поискать «что-нибудь о герцогах и графах, где действуют одни сплошь лорды. Любопытно почитать иногда, знаете!» и называл такие книги антологией пошлой роскоши.

— Есть два романа Дизраэли, недавно вернули.

— Будьте добры, дайте мне их… Спасибо.

Перед закрытием библиотеки пришли друзья курсанты.

— Зиночка, есть серьезный разговор, — торжественно объявил Николай.

Они вышли в парк, выбрали уютную отдаленную скамеечку, сели и, перебивая друг друга, рассказали Зине все, что знали сами.

— Только, понимаешь, это абсолютный, государственный секрет! — настаивал Вадим.

— Ты можешь выяснить всех, кто брал эту книгу? — спрашивал более практичный Николай.

— Конечно, могу. Мальчишки, а почему бы вам не сообщить сразу в органы госбезопасности?

— Мы сообщим, Зинок, когда все сделаем. Представляешь, как будет здорово! Пойдем все вместе и расскажем.

Зиночка ярко представила себе внушительный кабинет, высокого седого умного, с проницательными, обязательно усталыми глазами военного в штатском, его крепкое рукопожатие и слова благодарности.

— Ой, здорово, мальчишки!

— Вот глупости. Вначале найти еще нужно.

И они начали искать. Вернее, искала Зина. Она терпеливо, один за другим, просматривала формуляры и составляла список.

Читателей романа Диккенса «Большие ожидания» оказалось довольно много. Одной из первых стояла фамилия, которая привлекла их внимание, — Родлинский.

— Что вы, мальчики, он всего Диккенса подряд уже год, наверное, читает!

Затем подозрение вызывал некто Шариков. Формуляр дал краткие сведения: инженер конструкторского бюро Морзавода. Не менее подозрительной показалась фамилия Ольстен Амалии Викторовны. Зина расхохоталась.

— Мальчишки, она пенсионерка, ей лет девяносто!.. Томсон? Сотрудник иностранного консульства? Ну, Вадим, он давно берет и английские, и французские книги, сразу помногу, по разрешению я даже не знаю кого — начальства какого-то сверху. У нас же замечательная библиотека, одна из лучших в крае? Читают почти все работники консульств. И он регулярно приезжает в машине, очень аккуратный читатель. А вообще не будут же так открыто действовать дипломаты!

Затем шел еще десяток фамилий. Но большинство из них было отвергнуто Зиной, или Вадимом, или Николаем.

Второй день отпуска прошел в бесплодных спорах. Впрочем, не совсем бесплодных, так как друзья решили познакомиться с одним из последних читателей «Больших ожиданий». Его адрес и профессию они узнали из библиотечного формуляра, а что может быть проще, чем пойти к фотографу?

Вадим довольно легко разговорился с гостеприимным хозяином, и вместо обещанных объявлением десяти минут («Срочное фото десять карточек за десять минут!» И петитом — «Цена тридцать рублей») они просидели у Родлинского около двух часов. Говорили, конечно, о фотографии, пока Родлинский с улыбкой не спросил: