"Библиотечка военных приключений-2". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Иванникова Валентина Степановна - Страница 121

Дружков наметил порядок действий. Он раз­делил разведчиков на две подгруппы. Одну по­вел сам, во главе другой поставил Одинцова. Одинцов должен был пробиться к «Фингаловой пещере». Дружков рассчитывал захватить зем­лянки, в которых размещался гарнизон острова.

По узкой тропе двинулись разведчики в глубь острова. К вечеру туман рассеялся. На небе кое- где зажглись звезды.

Дорогу к аэродрому Кнудсен знал хорошо. Это чувствовалось по тому, как он уверенно ориен­тировался среди нагромождения скользких, по­росших мхом камней.

Мысли у Кнудсена были невеселые.

«Так глупо попался... Все кончено...— размыш­лял он. Но кто мог предполагать, что русские так проворны? Нелепая случайность погубила все... Он понял, что игра проиграна. Бороться бес­смысленно. Рано или поздно, его все равно рас­стреляют. Он обречен. Обречен и обер-лейтенант Шульц.

Какое-то безразличие ко всему овладело им.

«Где-то неподалеку должно быть проволочное заграждение...» Да, Кнудсен вел русских на про­волочное заграждение. А вот и оно!.. Кнудсен ударил головой в живот одного из разведчиков и рухнул на колючую проволоку. Затрещали звон­ки, взвились автоматически сработавшие раке­ты. Кто-то из разведчиков дал очередь в спину Кнудсена. Все стали бросать ватники и куртки на заграждение.

Где-то справа застрочил пулемет.

«Одинцов пробивается к тоннелю»,— догадался лейтенант. Разведчики устремились к землянкам. Человек пять гитлеровцев выскочили из укрытия и открыли огонь.

Вот упал Старков. В призрачном свете ракет замелькали тени.

—    

Глуши гранатами!..

Дружков не чувствовал под собой ног. За ним мчались разведчики, обгоняя друг друга. Враги не ожидали нападения советских разведчиков и были в полной растерянности. По-видимому, они решили, что высадился крупный десант. Землян­ки были захвачены с ходу.

—   

На подмогу к Одинцову! — закричал лейте­нант.

Группа Одинцова пробилась к тоннелю, но вы­нуждена была залечь за камнями. Враг бил из орудия прямой наводкой. Над островом спусти­лась ночь, а бой все продолжался.

«Только бы удержали тоннель!..» — думал Дружков. Он лежал за большим камнем и вы­жидал момента, когда можно будет повести раз­ведчиков врукопашную. Осколки осыпали его. Наконец он поднялся, швырнул гранату и ки­нулся вперед...

Враг был уничтожен. Группы Дружкова и Одинцова соединились у тоннеля. Марков и Ере­менко, перевязывали раненого Старкова. Дул свежий, порывистый ветер, но десантники не за­мечали его.

Все с интересом осматривали сквозную дыру в горе Тинд-фьельд — «Фингалову пещеру». Вот она, таинственная пещера, до которой с таким трудом они добирались! Ветер гудел в ней, как в аэродинамической трубе. И страшно было сту­пить в зияющее чернотой отверстие. Над есте­ственным тоннелем громоздились запорошенные кое-где снегом мрачные острые скалы. Была ка­кая-то своеобразная суровая красота во всей этой картине.

—    

А птички не успели упорхнуть! — весело воскликнул Одинцов и указал на тускло побле­скивающие в свете карманного фонаря фюзеля­жи самолетов.— Гадина Кнудсен крепко нас подвел. Это ты, Паша, не доглядел! — обратился он к Еременко.

—    

Ну, кажется, даже нашего Одинцова проня­ло,— слабо проговорил Старков и улыбнулся. Все рассмеялись. Настроение было радостное, приподнятое. Только лейтенант Дружков хму­рился.

Он полусознательно сорвал каким-то чудом уцелевший меж камней хрупкий горный цветок и размял его пальцами. «Слаб ты еще, Сережа! Только хвастать умеешь...— с горечью подумал он о себе.— Где же она, бесшумная операция?.. Дубосеков отчитал бы по-свойски, если бы при­сутствовал здесь. И все же с гнездом стервятни­ков покончено!..» Его лицо просветлело, а синие глаза вспыхнули только тогда, когда Маркин крикнул во всю силу легких:

—   

Братцы! Наши корабли подходят к остро­ву!.. Наши...

И лишь сейчас все опомнились и заметили, что уже наступило холодное полярное утро нового дня.

Борис Прохорович Краевский,

Юрий Леонидович Лиманов

Когда играют дельфины…

Повесть

Адмирал Майлс говорит «О’кей!»

«Распродажа автомашин!» — мелькали, кричали, кувыркались разноцветные огненные буквы, то появляясь, то исчезая в ослепительной сутолоке реклам. Нейлон, виски, холодильники, зубные щетки слились в сияющий, огненный хоровод и оттеснили бездонную шапку южного, но какого-то тусклого, беззвездного неба. Карабкаясь через головы друг друга, рекламные мужчины и женщины с неоновыми улыбками предлагали друг другу новейшие, моднейшие товары…

Публика на них не смотрела. Взоры всех были прикованы к черному квадрату бассейна для водного поло. Но и там струилось в меткой ряби навязчивое «Распродажа автомашин, распродажа автомашин…»

Раздались первые нерешительные свистки, кто-то горласто крикнул: «Время!» На крупных решетчатых мачтах, увитых рекламой подтяжек фирмы «Братья и сыновья» (амортизируют падение со второго этажа), вспыхнули прожекторы.

Через кристально чистую, не подкрашенную воду стало видно дно, усеянное монетами и камушками. Заглушая шум толпы, из репродукторов вырвался голос очередной звезды эфира. В заученном любовном томлении певица призывала кого-то вернуться, а толпа свистела, требуя начинать матч. Наконец на белом помосте, возвышавшемся над серединой бассейна, появились судья и члены жюри.

— Внимание! — голос диктора прервал на полуслове охрипшую певицу. — Начинаем сенсационный, уникальный, невиданный матч водного поло: команда морских львов против команды дельфинов.

Стотысячный рев заглушил на мгновение голос диктора.

— Главный тренер и научный руководитель команд, — продолжал, захлебываясь, диктор, — известнейший зоолог профессор Ренуар!

Рядом с судьей встал благообразный седоватый джентльмен в вечернем костюме. Он театрально раскланивался и пожимал кому-то руки в воздушном приветствии. Глаза слепили вспышки блицев неугомонных фоторепортеров, но профессор продолжал кланяться, отлично понимая важность рекламы в ответственный день возникновения нового вида спорта.

Ставки на морских львов росли. Еще вчера барышники принимали два к одному за львов, но здесь, на трибунах, разноречивые слухи окончательно подорвали репутацию дельфинов, и ставки изменялись, они достигали уже четырех к одному.

Шум постепенно затихал. Крутые трибуны мерцали огоньками сигарет и напоминали темную громаду ночного города, когда к нему подлетаешь на самолете. Седоватый дымок тянулся по рядам и исчезал в бесчисленных огненных спиралях реклам.

Но вот профессор взмахнул рукой, открылись специально для этого матча сделанные шлюзы, и две команды выплыли на поле, вспенивая воду сильными ударами хвостов и ластов.

Произошла небольшая заминка. Вратарь львов долго не хотел занимать свой скучный пост и пытался выскочить на середину поля. А дельфины почти всей командой сгрудились у ворот и о чем-то оживленно «совещались». Лишь капитан, которого можно было отличить по ярко-белой полосе на голове, отправился на разминку и разведку вражеских ворот. Тренеры повелительными окриками привели команды в порядок, игроки замерли двумя полукругами в центре поля, резкий свисток судьи — и мяч упал в воду.

Пользуясь преимуществом в скорости, к нему буквально подлетел капитан дельфинов и в красивом броске, выскочив из воды на целый корпус, послал мяч на территорию львов. Матч начался!

Первые две минуты дельфины яростно атаковали. Три раза они били по воротам неточно. Наконец мячом завладел капитан львов, огромный увалень с красной ленточкой на шее. Он легко подхватил мяч на нос и, ловко балансируя, бросился под охраной двух нападающих к воротам противника. Вратарь дельфинов предпринял отчаянную попытку спасти ворота, бросившись со всей скоростью, на которую он был способен, в наступление. Но когда, обманутый ловким маневром второго льва, он вынырнул метрах в двух от ворот, капитан львов, почти вплотную подплыв к ним, небрежно забросил мяч в сетку.