Ноттингем - Винчестер Лина - Страница 16

Этим вечером родители взяли Фелис в наш любимый семейный ресторан, где подают лучшие в мире ребрышки в пивном соусе. А я, несмотря на уговоры, осталась дома. У меня апатия и слабость в теле, а еще я жутко боюсь, что от нервов могу сорваться и съесть слишком много, а потом винить себя за это.

Я заканчиваю домашнее задание, сверяюсь с расписанием дел на неделю и, созвонившись с Хлоей и Ви в Зуме, принимаюсь за уборку.

– Уилл пишет, что скучает, – говорит Ви.

– Как он сделал это, если ты добавила его в черный список? – спрашивает Хлоя, отвлекаясь от рисования в альбоме.

– Уже вытащила. Но это ненадолго, просто хотела проверить, пишет он вообще или нет. Может, я и правда поспешила с нашим расставанием?

– Ты это слышала, Райли?

– Мхм.

– Эй! – Ви щелкает пальцами. – Да что с тобой? Разве ты не должна сейчас отговаривать меня, поливая Уилла дерьмом?

– Он полный отстой, – отвечаю я, собирая на столе тетради в ровную стопку.

– Ты уже пару дней сама не своя. – Хлоя откладывает альбом в сторону. – Говори уже, что стряслось.

У меня внутри все ноет от желания рассказать девочкам правду, но, чтобы передать всю суть ссоры с Каллумом, мне придется выдать свои чувства к Сойеру. Это мое, то, что никто на свете не должен был узнать. Но Каллум, прочитав дневник, словно вырвал меня из безопасного места и заставил идти без страховки по канату под куполом цирка.

И если я и дальше буду молчать и не попрошу помощи, то просто сойду с ума.

Сев на стул, я делаю глубокий вздох, набираясь смелости, и рассказываю Хлое и Ви абсолютно все. Они не перебивают, но я даже не знаю, насколько подруги шокированы, потому что все это время смотрю на свои сцепленные в замок пальцы.

– Этот идиот правда думает, что настроит нас против тебя? – удивленно спрашивает Хлоя, как только я завершаю рассказ. – Пусть поест дерьма!

– Каллум не понимает, с кем связался, – поддерживает Ви. – Пусть только попробует, и мы переиграем его, настроим команду и всю школу против него же.

– Погодите. – Посмотрев в экран, я вскидываю ладони. – Вы вообще собираетесь удивляться тому, что я с пеленок влюблена в своего лучшего друга?

– Зачем? – Ви пожимает плечами. – Это же очевидно.

– Неправда!

– Ты вечно пялишься на Сойера голодным взглядом, стоит ему пройти мимо. Но тебя можно понять, он секси.

– Еще ты часто говоришь о нем, – соглашается Хлоя. – Сойер то, Сойер это, Сойер встречается с шлюхой.

– Я никогда не говорила так о его девушках, – отвечаю я с обидой в голосе.

– Однажды ты сказала, что лучше бы он был геем, чем встречался со Стефани. И добавила, что ее смех похож на крик вороны.

– Но у нее правда был ужасный смех. Это объективная оценка.

Хлоя подается ближе к камере, и по ее серьезному выражению лица я сразу понимаю, что сейчас она скажет что-то, что мне совсем не понравится.

– Почему ты просто не признаешься ему, Райли? Это мигом решит все твои проблемы.

– Потому что не могу. Он воспринимает меня только как друга.

– Это ты так за него решила. – Глядя в зеркало, Ви намазывает губы блеском и звонко чмокает. – Может, он тоже хочет тебя.

– Мне нужно, чтобы он хотел меня не только физически, но и вообще хотел быть со мной. – Запустив пальцы в волосы, я крепко зажмуриваюсь. – Я боюсь все испортить. Если Сойер вдруг не чувствует того же, что и я, то наша дружба развалится и тогда я совсем его потеряю. У меня начинается паника, как только думаю о признании.

Я хватаюсь за сжавшийся в спазме живот и начинаю ловить ртом воздух.

– Ну вот, меня уже тошнит. Без шуток.

– Ты и так потеряешь его после того, как вы разъедетесь по университетам, – говорит Ви. – Выпей успокоительное, и вперед.

– Я уже несколько раз пыталась сказать ему, но потом отступала. Вдруг Сойер вообще воспринимает меня только как сестру. – От этого предположения я невольно вздрагиваю. – Мне легче поменять веру, чем признаться ему.

– Поменяй психотерапевта.

– Молодец, Ви. – Хлоя показывает большие пальцы. – Просто отличная поддержка.

Не успеваю я сказать Хлое спасибо, как она продолжает:

– Но Ви права. Сделай это, скажи, что чувствуешь. И если он не захочет быть с тобой, то к черту его, ты это переживешь, ведь у тебя есть мы.

– Или просто соблазни его.

– Ну да, – рассмеявшись, я откидываюсь на спинку кресла.

Соблазнить Сойера Вуда. Надо же такое ляпнуть.

– Ни за что не поверю, что тебя нужно этому учить. Ты отлично флиртуешь.

– Да, с парнями, над которыми чувствую превосходство. Рядом с Сойером я всегда теряюсь. Черт, да я краснею, когда он просто оказывается слишком близко. С ним… С ним все иначе.

– Я не говорю тебе отыметь его здесь и сейчас. Просто пофлиртуй, надень майку с глубоким вырезом. И, бога ради, сними с себя жопу Халка.

Опустив подбородок, я с грустью смотрю на футболку лаймового цвета, которую стащила у папы.

– Посмотришь, как он будет реагировать. Так мы по крайней мере будем знать, относится он к тебе как к сестре или нет. Флиртуй и забирай себе парня. Ты из команды «Северных звезд» в конце концов, мы не спрашиваем разрешения, а приходим и забираем победу.

Раздается стук, а затем поднимается оконная рама, и я тут же прикладываю палец к губам, прося девочек не говорить лишнего.

– Привет, Гномик. – Сойер останавливается позади меня и, сжав мои плечи, чмокает в макушку. – И вам привет, девочки. Опять собираете сплетни Ноттингема?

– Ты даже представить себе не можешь, на какую тему эти сплетни сегодня, – отвечает Ви с загадочной улыбкой.

О боже. Именно из-за таких многозначительных улыбок, взглядов и брошенных вскользь фраз я и не хотела делиться секретом с подругами.

– Вообще-то могу, учитывая то, что у моей сестры почти нет подруг и поэтому она докладывает мне все против моей воли.

Сойер отходит к шкафу, чтобы спрятать гитару, а Вивиан, подпиливая ногти, начинает напевать песню Нелли Фуртадо «Say it right». Я тут же завершаю звонок и мысленно добавляю в расписание дел пункт «Зайти в «Гугл» и найти киллера, который незаметно устранит мою лучшую подругу».

Но девочки правы, чтобы избавиться от страха перед Каллумом, нужно либо признаться в чувствах, либо сделать первый шаг к соблазнению и посмотреть на реакцию Сойера. Оба варианта кажутся мне до жути пугающими. Я никогда не флиртовала с ним всерьез, только в виде шуток и сарказма.

Ладно, флирт так флирт. Аминь.

Судорожно выдохнув, я потираю вспотевшими ладонями о бедра.

– Ты мог бы зайти в дверь, дома все равно никого.

Первый намек брошен: мы в доме одни, мистер.

– Твое окно – моя вредная привычка.

Сойер заваливается на кровать и берет с тумбочки книгу, на которой изображена девушка в объятиях полуобнаженного демона.

– Что читаешь на этот раз?

– Положи на место.

– Похоть гнева, – зачитывает он название. – Звучит как одна звезда на «Гудридс».

Вообще-то две с половиной, но ему необязательно об этом знать. Как и то, что я перечитываю «Похоть гнева» уже во второй раз, а на «Гудридс» оставила пять звезд и писала автору в «Твиттере», слезно прося продолжение дилогии.

Игнорируя мои просьбы не трогать книгу, Сойер открывает ее там, где я оставила закладку, и начинает смеяться уже через пару секунд.

– Ну что?

– Его холодный твердый член вонзился в ее разгоряченное естество, – читает он вслух. – Либретта стонала и молила о большем своего самого заклятого врага.

– Ничего смешного, между прочим, это переломный момент всей дилогии.

– Боже правый, еще и дилогия. Холодный член? Либретта спит с трупом? И почему вонзился? Это секс или поножовщина?

А ведь мы могли бы разобрать этот текст на практике, не держи ты меня во френдзоне с самого детства, идиот. И чтобы выйти из нее, я судорожно думаю над тем, какой следующий шаг применить из моей личной библии флирта. И, к слову, в случае с Сойером эта библия очень тонкая.