Время для жизни 2 (СИ) - "taramans" - Страница 234

— Любуюсь…, - улыбнулся Иван.

— Любуется он! — проворчала она, давя улыбку, — О-о-о-х-х… как же мне сейчас хорошо!

Косову тоже было — очень хорошо, но он промолчал. Зойка снова приоткрыла глаза, задумчиво уставилась:

— Погоди… Ты же не кончил? — «хм… как они словечки все эти быстро подхватывают!», — Нет, Ванечка! Так дело не пойдет! Сейчас я… сейчас я чуток отдышусь, хорошо? Вот… Хочешь… переставлю?

— Хочу! — кивнул он, — Только… крем же нужен!

— Не… там и так все-все мокрое…, - она приподнялась, забавно засопела, — Сейчас… сейчас… только не быстро, да? Не надо быстро… сразу — не надо! Дай мне привыкнуть… Во-о-о-т… вот сейчас — хорошо. И это… Ваня… ты мне соски так же поласкай, как ты делал. Да, сначала губами… вот-вот-вот… Ох! М-м-м… Да, да… А потом… потом — пальцами их. И… когда я снова кончать буду… Не жалей! Посильнее их сжимай… Хорошо?

Потом была безумная скачка, когда он изо всех сил помогал ей снизу. Она снова кричала. И он… тоже… вроде бы! Кончик мысли промелькнул незаметно — «Эльза же просила — потише!». А потом и другой мысли обрывок: «Плевать!».

Они все-таки приняли душ вдвоем, просто душ — нежно и аккуратно. Зойка почему-то отводила взгляд, улыбаясь.

— Зой! Ты чего?

Она сначала отмахнулась, но потом хмыкнув:

— Сумасшествие какое-то! И знаешь… я девушка горячая. Но вот… сама с себя удивляюсь — мне постоянно хочется тебя. Вот вроде бы — только что… а вот снова!

Косов засмеялся:

— Неугомонная! Но, признаюсь, мне тоже снова хочется тебя! Но сначала пойдем, кофе попьем, какой-нибудь бутерброд съедим. Или коньяк? Или — кофе с коньяком?

— Ну-у-у… даже не знаю. Я — на все согласна! И того, и другого… и тебя!

Когда они голышом пили кофе с коньяком на кухне, Зойка повернула голову к окну и негромко спросила:

— Наверное, это неправильно…. Но… А с кем тебе лучше… Со мной? Или с Элькой?

«Вот ничего себе — вопросики?!».

Иван закурил, не выдержал и рассмеялся:

— Как сказать… Лиза… Она — очень красивая! И когда она рядом, меня чуть не трясет всего от нежности и желания. А с тобой… ты тоже красивая, но — по-другому! И ты… Очень чувственная и страстная! Это так заводит! И веселая еще!

Если он не угадал с правильностью ответа, то попал где-то — совсем рядом! Зойка улыбнулась и повернувшись, посмотрела ему в глаза:

— Спасибо!

Косов взял ее руку, и потянув ее к себе, нежно поцеловал — ладошку, пальцы, запястье.

Девушка засмеялась грудным смехом:

— Вот опять! А я еще и покурить хотела!

— У нас еще вся ночь впереди! — и снова поцеловал ей руку.

Лежа на тахте, покуривая, Иван посмотрел на подругу. В сумраке поблескивали ее глаза.

— Зой…

— М-м-м?

— Я хотел спросить… Тогда еще… Ты как-то сказала, что у тебя на Эльзу какие-то «крючочки» есть… А что это за «крючочки»?

Зойка фыркнула, потом засмеялась в голос, и поднявшись, села рядом с ним. Отобрала у него папиросу, коротко затянулась:

— Вот же… язык у меня. Да и память у тебя, Ваня, очень уж… хорошая. Ну… могут же у девушек быть свои секреты?

Но Косова уже «закусило»! Он отобрал у девушки папиросу и затушил ее в пепельнице, стоявшей на полу, рядом с тахтой.

— А ну-ка… иди сюда, секретная ты моя!

Они побарахтались немного, но Косов подмял ее под себя.

— Ах! — вздохнула Зойка, — М-м-м… хорошо… Сначала — помедленнее…

— А вот сейчас буду диктовать я! Ну же… рассказывай секретики!

— Вот ты как? Нет, ни за что! — засмеялась она.

Но по мере нарастания ее стонов:

— Расскажешь?

— Н-н-н-н-е-т!

— Расскажешь! — кивнул вошедший в раж Иван.

— Ах… Ах… Не мучай… Хотя… мучай… еще!

— Расскажешь?

— М-м-м… да-да-да… ах! — Зойка крепко обнимала его на шею, и теперь повисла на нем, поднявшемся на руках над ней, закинув ему на поясницу ноги — Еще! Еще!

Косов прошел к окну эркера, прихватив с собой пепельницу, закурил. Чуть хрипловатым голосом напомнил:

— Ну же… рассказывай. А то сейчас снова пытать начну!

Зоя засмеялась, забившись в угол тахты:

— Да чего там рассказывать-то… Ну… Это такие, наши с ней секреты… Элька… Она иногда странная. Не знаю, как объяснить. Ай, ладно! Ну, в общем… она переспала с моим мужем!

«О как! Нихренашеньки себе!».

— Это как это? И когда?

Было видно, как Зойка отмахнулась:

— Да это давно уже было. Месяцев восемь после нашей свадьбы. Меня тогда на курсы какие-то отправили. А Элька только в эту квартиру въехала. Вот… билеты мой муж купил, в театр. На меня и себя. А тут — эти курсы! А артисты — из Москвы! Жалко же… Вот я и предложила — ну, сходи с Элькой. Вот. Сходили они, в общем. Я тогда сразу что-то неладное почувствовала. И по этому говнюку, да и по ней — тоже. А потом… ночевала здесь у нее. Ну, мы выпили. А она — давай каяться!

— Ты тогда обиделась?

— Обиделась? Х-м-м… да нет, наверное. Удивилась — это точно! Ну… как это? Она же моя подруга со школы. Лучшая. Нет — единственная! Этот… вроде бы любит меня. И вот так! Ну… я, в общем-то, тогда быстро успокоилась. Ну что поделаешь… нет у меня к нему любви. Нравится? Так он мне и до сих пор нравится. А она? Ну… подруга же! Вот…

— Так это же было уже давным-давно! Какие же это… «крючочки»?

Зойка засмеялась:

— А эти… говнюки потом еще раз переспали!

«Ну ни хрена ж себе! И такое, значит, в жизни бывает! Ай, да Эльза! А вроде бы… «Никогда такого не было, и вот — опять!» В тихом омуте…».

— Слушай! — всполошилась Зоя, — Ты только ей ничего не говори! Ладно? Не надо! Я ей уже давным-давно простила! Пообещай, Ваня!

— Ладно! Ничего не скажу! Это — ваши секреты!

— Вот! Правильно! — обрадовалась девушка, — Ну хватит курить. Иди уже ко мне!

Уже под утро, когда девушка начала посапывать на его плече, Косова, который тоже начал дремать, толкнула мысль:

— Зоя! — чуть слышно, шепотом позвал он подругу.

— М-м-м…, - посапывания прекратились.

— Зой, я что спросить хотел… Мне вот показалось… Что Лиза в последние дни… как-то изменилась. Меньше смеяться стала, задумчивая… Может у нее что-то случилось? Ты не скажешь?

— Елки-палки… я думала, он снова домогаться будет…

— А что — ты еще хочешь? — засмеялся Иван.

— Х-м-м… а ты что — еще можешь? — чуть более внятно поинтересовалась Зойка.

— Ну-у-у… с твоей помощью — почему нет?

— Ох… поспишь тут с ним! Хотя… ладно. Я-то высплюсь, мне некуда торопиться, а ты-то как будешь? Весь же день не спать…

— Не впервой! Да и… знаешь, мне так хорошо с тобой… и с Лизой. И каждый день… Как будто счетчик тикает — тик-так, тик-так… все меньше и меньше остается. И думаю — а не пожалею ли я потом, что бездарно потерял время на сон, а? Когда рядом такие красавицы?

Девушка потянулась и села рядом с ним. Вздохнула, потом посмотрела на него и засмеялась:

— Дурачок какой-то… мы же завтра не помрем, я надеюсь! Хотя… в чем-то ты прав? Вот зимой у меня возможностей будет куда меньше. Муж же дома будет! Так что… где-то тут крем завалился? Ну что — не будем терять времени, да?

Спать уже было некогда. В пору вставать, мыться-бриться… делать зарядку. Они сидели с Зоей на кухне, курили, и в который уже раз пили кофе.

— Зой… так что там с Лизой, а?

Девушка вздохнула, зябко передернула плечами:

— А я думала, ты забыл… Что с Элькой? Ну… не знаю. Она мне об этом не говорила. Но я тоже что-то заметила. Так что — только предположение, понял? С Элькой, с Элькой… Что случилось с Элькой? С Элькой, как мне кажется, случился Ваня Косов. Вот!

— Не понял сейчас…

— Ай, дурак, вот и не понял! — раздраженно махнула она рукой, — Насколько я ее знаю… Эльза всегда была девочка умная. Всегда. Это я была — ветер в голове! У нас пара была всегда такая… Я — сумасбродка, вздорная девчонка, а Элька — очень умная, все-все всегда продумает, обо всем — подумает. Все у нее по полочкам должно быть разложено!

— Ты так описываешь ее… Я, когда с нею познакомился… Мне она показалась веселой, смешливой.