Неожиданный наследник 2 (СИ) - Яманов Александр - Страница 50

Глава экспедиции понятливо улыбнулся. Ведь даже его атаковали некоторые придворные в тщетных попытках попасть ко мне на аудиенцию. Чего говорить о Шувалове, который начал вздрагивать при виде алчущей внимания публики.

— Если поспешим, то церемонию можно провести достойно, и за неё не будет стыдно. Думаю, наши бояре справятся. А что с ещё одним важным вопросом?

— Вы о будущей императрице?

Шешковский кивнул, я же внутренне усмехнулся. Каролину только похоронили, а всех уже волнует её замена. Оно и немудрено, ведь монарх не простой дворянин. Крайне важно продолжить род или определиться с наследником. Так как я молод, то должен быстрее выбрать невесту. И вокруг её персоны скоро разгорятся нешуточные страсти. Только здесь интриганов ждёт разочарование. С чём я решаю поделиться со Степаном Ивановичем.

— Думаю, многие удивляться, но следующая императрица будет русской, а не немкой. Раз уж я начал восстанавливать исконные законы, то они должны касаться и столь важного дела.

— Будете устраивать смотр невест, как делали русские цари? — глава экспедиции несказанно удивился, что бывает с ним крайне редко, — Или вы уже выбрали подходящую девицу?

— Всё пройдёт в соответствии с нашими древними обычаями, — усмехаюсь в ответ, — Устроим смотр из представительниц самых знатных фамилий. Думаю, проведём его после коронации в феврале. Только требования к кандидаткам будут излишне жёсткими. Кроме природной красоты, будущая императрица должна обладать умом и быть хорошо образованной. Особо приветствуется знание и увлечённость литературой, в том числе русской.

Шешковский сначала задумался, но сразу понятливо улыбнулся.

— А ещё претендентка должна быть княжной по имени Екатерина Петровна.

— Я дам возможность и другим девицам. Вдруг среди них окажется настоящая жемчужина, — улыбаюсь в ответ, — Но решение почти принято. К тому же княжна обладает одним неоспоримым достоинством, которого не будет у остальных претенденток.

Шешковский с явным любопытством ждал продолжения.

— Екатерина терпеть не может своего отца и большую часть родни. Поэтому можно исключить её воздействие на мои будущие решения, если на этом будет настаивать глава рода или другие родственники.

— Это взвешенный подход, который свойственен правителю, заботящемуся о державе. Хочу сказать, что я горд, служить вам!

Глава экспедиции встал и поклонился. Когда он ушёл, я некоторое время сидел, глядя в окно. Не знаю, честен ли был Шешковский, но других людей подобной силы у меня попросту нет.

День на этом не закончился. Прошло несколько минут, как Пафнутий объявил о прибытии Людвига Георга — кузена Каролины. С которым надо что-то решать.

Молодой человек имел бледный вид и явно пытался скрыть своё смущение. Для своих семнадцати лет Людвиг был крупным и выглядел значительно старше сверстников. Жалко, что нам не удалось познакомиться с родственником поближе. Кроме трёх обедов в Аничковом дворце, где присутствовало множество гостей, нам не удалось толком побеседовать. Однажды мы участвовали в большой охоте, где тоже было не до душевных разговоров.

Знаю, что Людвиг просто болен армией и прибыл в Россию, надеясь получить протекцию с хорошим чином. К моему удивлению, он не стремился служить в гвардии и жаждал отправиться в обычный полк. Екатерина же хотела приписать юного принца к кавалергардам, чему тот противился, вызвав недоумение, а затем насмешки высшего света.

Мне же подобная позиция, наоборот, понравилась. В прошедших столкновениях гвардия показала полнейшую несостоятельность. И чего там делать человеку, желающему воевать и стать великим полководцем?

Но юному немцу немного не повезло. Я решил начать преобразования, в том числе касающиеся получения чинов. Кроме Столыпина и фон Левенроде, более таких скачков в званиях не будет. Более того, многих офицеров ждут самые настоящие экзамены. А то уж больно много в России двадцатилетних майоров и подполковников, которые даже в армии не служили. Представителей знатных семейств записывали в полки после рождения, где они росли в чинах. И это полбеды. Ведь они не просто занимали чужие места, но внушительная часть этих поддельных гвардейцев, и далее игнорировала службу. Ещё эти отпуска, часто многолетние. Человек вроде в полку, а на самом деле не был там ни дня. Или взять отца Анны. Будучи вице-канцлером, тот взял и уехал в Европу, где провёл несколько лет. При этом абсолютно бесполезно для державы. Вот с такой публикой придётся работать и преодолевать её сопротивление. Пока же надо определиться с несчастным родственником, считающим, что рухнули всего надежды.

— Людвиг, позвольте называть вас именно так? — дождавшись кивка немца, продолжаю, — Я знаю о вашем желании служить в действующей армии. Думаю, Россия лучше всего подходит для таких устремлений. Только вы должны выполнить два моих пожелания.

— Ваше Величество, я готов и не боюсь никаких трудностей! И, конечно, все ваши приказы будут выполнены! — пылко воскликнул юноша.

— Вам необходимо выучить русский язык и понять наш народ. Сюда приезжало множество иностранцев, но только те, кто по-настоящему прониклись Россией, добились настоящего успеха. Для этого не обязательно переходить в православие. Хватит того, что русские посчитают вас своим. А войн на наш век хватит.

Прерываю взмахом руки попытку Людвига вскочить.

— Через полтора месяца в Москве состоится моя коронация. Там будут присутствовать все русские генералы, где мы и определим ваше будущее место службы. Думаю, вам лучше пойти под руку графа Румянцева, являющегося нашим лучшим полководцем, — глаза немца засияли ещё сильнее, и он радостно закивал, — Только сразу предупреждаю, что придётся начать с самого низа. Чин прапорщика — это чрезмерно для человека вашего происхождения, поэтому начнёте с подпоручика. А далее всё в руках божьих. Не удивлюсь, если сейчас я разговариваю с будущим фельдмаршалом и гордостью русского оружия.

Довольный Людвиг ушёл, чуть ли не подпрыгивая от радости. Он даже забыл про недавно погибшую сестру. Настоящий фанатик, только не религиозный, а военный.

У меня же осталось две неразрешённые задачи — кого назначить главой собственной охраны и личного гвардейского полка. Есть несколько человек на примете, но нет уверенности в правильности выбора.

— Ваше Величество! — громкий шёпот Шувалова вывел меня из размышлений, — Батюшка закончил, и пора переносить гроб в усыпальницу.

Оглядываюсь на замерших вокруг придворных и мысленно чертыхаюсь. Хотя, подобное поведение могут принять за глубокую религиозность, которую мне приписывают. Так даже лучше. А ещё у меня продолжается праздник! Что может быть прекраснее похорон сильного врага?

Глава 18

Первое заседание Госсовета состоялось через пять дней после похорон императрицы, и чуть было не превратилось в сущий балаган. Я ранее не посещал театры для простонародья, но, по словам Шешковского, выглядело очень похоже.

Вернее, в моём присутствии особой ругани не было. Вельможи вели себя прилично, разве что злобно зыркали друг на друга и лицемерно улыбались. Весь пар они выпустили накануне, чуть ли не рассорившись напрочь.

Причина противостояния оказалась простой и ожидаемой. Мной, конечно. Ведь это именно я предложил на должность генерал-прокурора и главы Иностранной коллегии двух Голицыных, представляющих разные лагеря. Такие важные ведомства ушли к противникам или чужакам, что качнуло весы влияния в неведомую сторону.

При этом часть представителей «шестёрки» вполне обоснованно предполагала, что три ветви старинного рода смогут договориться. Только сами недовольные уже забыли про свои многочисленные родственные переплетения. Тот же Шувалов через жену связан с Гагариными и Нарышкиными. Другие семьи в таком же положении, и существующие альянсы могут не раз измениться. Что не мешает им остервенело делить пирог под названием власть.