В гостях у сказки, или Не царевна лягушка (СИ) - Веселова Янина "Янина" - Страница 24

— Прости, дядька Корней, не выйдет сегодня с мыльней, — повинилась Маша. — Тут такое дело… — в двух словах описав свои планы на сегодняшний вечер, она вернулась к змею.

— Быстро ты, — похвалил тот, в два шага оказался рядом с Облигацией, обнял, окутывая собой, ожег губы поцелуем…

— С ума сошел? — спросила она, отдышавшись. Ноги подрагивали, голова кружилась. — Сам в гости приглашал, а сам… Хоть бы дождался.

— Оглянись, — не разжимая рук предложил Подколодный.

— А? — Маша послушно посмотрела по сторонам.

Стены Скарапеева подворья растаяли, будто не было. Вокруг Маши и Аспида шумел лес, под ноги им легла тропинка, золотящаяся в свете луны. Причудливо изгибаясь, она бежала к нарядному терему.

— Где это мы? — она вопросительно поглядела на змея. — Это все портал, да?

— Портал, — подтвердил он. — Идем, — нежно сжав женскую ладошку, Аспид первым двинулся к дому.

— Как красиво, — ахнула Маша, ступая на опоясывающую дом террасу. — Уютно, добавила она. — И совсем не похоже на местную архитектуру. Так строят в моем мире.

— Да, Любаша тоже так говорит, — согласился Аспид. — Она считает, что я опередил свое время, — похвастался он, и был при этом таким милым, что Марья не выдержала и прильнула, целуя подколодного архитектора. — Только не подумай, что я напрашиваюсь на похвалу.

— Именно этим ты и занимаешься, — развеселилась она.

— Просто мне хотелось показать дом тому, кто способен оценить, — змей безуспешно старался казаться серьезным, но это у него плохо получалось.

— Погоди, так это ты?! — она широко развела руки, словно хотела заключить в объятия весь дом. — Ты придумал и построил эту красоту?

— Я. С детства меня влекло к зодчим. Даже от наставников сбегал на стройку.

— Обалдеть. Получается, у тебя призвание… Я имею в виду архитектуру.

— Это уж слишком громко сказано, — было заметно, что искренняя похвала приятна змею. — Скорее увлечение или, как говорит Люба: 'Хобби'.

— Ладно, — прижалась к нему Маша, — хвастайся уже, а то я умираю от любопытства.

— Никак не могу этого допустить, — подхватил берегиню на руки Аспид, — Сейчас я все покажу. Что бы ты хотела осмотреть в первую очередь?

— Спальню, — подумав, честно призналась Марья. Ну, а что? Все к тому и шло,

— Прекрасный выбор, — одобрил змей.

— Ну как? — спустя пару часов, вернулся к разговору Аспид. — Понравилось?

— Потолок офигенный, — оценила Маша, разглядывая резные балки. — Укрой меня, если не трудно, — не поворачивая головы, попросила она.

— А сама? — поддразнил Подколодный, склоняясь над утомленной любовью женщиной.

— Нет сил шевелиться.

— Ну вот, — кутая красавицу, посетовал он, — а я-то хотел показать тебе трапезную.

— Лучше покажи мне куриную ножку. Только прямо здесь.

— Я бы тоже на нее поглядел, — Аспид поднялся с кровати. — Не спи, сейчас все будет, — пообещал он, выходя.

Марья проводила глазами поджарую фигуру любовника, потянулась и зевнула^ 'Может он и гад, но трахается как бог, — подумала она, задремывая. — И талантливый. Вон какой коттедж отгрохал. Если бы не отвратный характер, влюбилась бы, честное слово'.

Просыпаться от поцелуя приятно, еще приятнее, если поцелуй идет в комплекте с комплиментами, а уж если кроме ласк и сладких речей тебе достается вкусная еда, и неважно торт это или сваренные на скорую руку сосиски, считай, что тебе повезло втройне. Так или примерно так рассуждала Маша, уминая мясной рулет.

— Уф, спасибо, — наевшись, поблагодарила она. — Теперь готовься к расспросам.

— Всегда готов, — соврал Аспид, зевая. — А может, — подгребая берегиню поближе, предложил он, — отложим разговоры до утра?

— Нет уж, — чувствительно укусила любовника за плечо Маша. — Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня.

— Ладно, — сдался он. — Давай одеваться тогда.

— Зачем? Ты меня уже выгоняешь? Хотя и правда время позднее.

— Глупостей не говори, — процедил Аспид, делаясь похожим на себя прежнего. Посидим на террасе, попьем чайку, а то тут я усну, — он с силой растер лицо. — Тем более, что нам и правда о многом нужно поговорить.

— Уж лучше кофейку, — вылезая из-под одеяла, предложила Маша.

— Ну, — убедившись, что Марья устроена с максимальным комфортом, вернулся к разговору Подколодный, — и о чем же ты хотела побеседовать, душа моя?

— О Горыныче и Насте, — подавая Аспиду чашку чаю с лимоном, до которого он был большим охотником, — созналась Маша.

— Волнуешься за подругу? Зря. У Горыныча самые серьезные намерения.

— Уж прям? — сделала глоток необыкновенно вкусного кофе Марья.

— Точно говорю. Никто в здравом уме не будет обижать человека, опекаемого берегиней.

— Да ладно, — придвинулась поближе к нему Маша. — Ты гонишь.

— Зуб даю, — щелкнул по клыку змей.

— У Платоши нахватался? — догадалась Облигация.

— Есть немного, — Аспид обнял ее и умолк, погрузившись в свои мысли.

Маша тоже не торопилась нарушать молчание, Главное она уже выяснила, остальное подождет. Тем более, что тишина рядом с Подколодным оказалась уютной и совсем нескучной. Прижавшись в теплому змееву боку, было так хорошо смотреть на усыпанное крупными звездами небо. Раз, и одна из них сорвалась и покатилась по черному бархату небосклона вниз, а следом за ней еще одна и еще.

— Красота, — выдохнула Марья, укладывая голову на плечо к Аспиду. — А я и не знала, что они и у вас бывают.

— Звездные дожди? — удивился змей. — Почему это ты обделяешь наш мир красотой?

— Да, тьфу на тебя, Гадюк Подколодный. Я не про звездные дожди в целом, а про этот в частности, хотя…

— Как ты меня назвала?! — оторопел поименованный субъект.

— Я? — до Маши дошло, что она крупно прокололась. — Я про Дракониды тебе рассказываю, — Облигация энергично замахала руками, показывая путь очередного метеора.

— Нет, — не купился ехидный змей, — ни о каких драконах речи не было, а вот пара слов о подколодных гадюках прозвучала.

— Тебе послышалось, — сообщила с самым честным видом Марья. — Потому что старенький.

— Кто? Я?

— Ну не я же, — вспомнив, что лучшая защита — нападение, кинулась в атаку она.

— Я, если ты, конечно, помнишь, совсем недавно омолодилась напрочь. Принимала, знаешь ли, грязевые ванны на Лихоманских болотах, заодно и в живой водичке искупнулась.

— Правильно сделала, — похвалил Аспид, — А вот мне не довелось. Но вот насчет гадюк…

— Не расстраивайся, — Маша пересела к нему на колени, полюбовалась необыкновенно юным, прекрасным в своем совершенстве лицом любовника, нежно чмокнула его в кончик безупречного носа… — У меня остались подружки на Лихоманье, — шепнула доверительно. — Могу договориться насчет тебя, старичок.

— Обязательно, — завладевая ее губами, согласился змей. — А про драконов, что ^ ты говорила? — поняв, что про гадюк ничего не услышит, Аспид решил зайти с другой стороны.

— Про Драконид, — обрадованно затараторила Марья, которая про звездные дожди могла говорить часами, ну оно и понятно. — Я и не знала, что в вашем мире они тоже бывают, представляешь? Все крутилась, крутилась как сумасшедшая белка в колесе. Даже на небо не глядела дура…

У каждого или почти у каждого человека есть хобби. Кто-то любит читать, кто- то собирает марки, спичечные коробки, монеты, некоторые коллекционируют автомобили и драгоценности, а Мария Афанасьевна Колыванова собирала метеорные потоки. Ну как собирала? Она о них читала, могла озвучить все их названия, никогда не путалась в расписании звездопадов и, конечно, наблюдала. Все и всегда.

Квадрантиды, Лириды, Дельта Аквариды, Персеиды, Дракониды — она могла рассказывать о них часами, а уж любоваться… Правда близкие без особого энтузиазма относились к такому увлечению, но и у виска не крутили. Все-таки звездами девка интересуется, а не этикетки от пива собирает.

Рассказ о периодических метеорных потоках увлек Аспида. Он с интересом выслушал и о кометах, и об орбитах, уточнил названия созвездий и годы активности потоков заинтересовался мифом о молодильных яблоках, которые охранял дракон Ладон в саду Гесперид и даже от души посочувствовал хтоническому чудовищу, безжалостно поверженному Гераклом (герой застрелил реликтового дракона Ладона^ из лука), а ведь какое редкостное животное было. Хвост касался самой преисподней, тело находилось глубоко в земле. К тому же у него было сто голов, которые разговаривали на разных языках и никогда не спали. В смысле одновременно.