Кровь черного мага 1 (СИ) - Гарднер Эрик - Страница 5

— Значит, заколдованные животные погибли от обычной дроби?

— Да.

— Вы стреляли?

— Тётя моя. Мне еще нет восемнадцати.

— Где ружьё?

— Она спрятала там. Принести?

— Да.

Полицейский не стал докапываться до мелочей и вряд ли собирался снимать с ружья отпечатки пальцев. Их там всё равно уже не было. Я передал одному из его специалистов. Тот осмотрел, потом подозвал человека со сканером. Тот поводил над ружьем сканирующим устройством, но кроме монотонного пиканья мы ничего не услышали. Тот покачал головой.

— Магии нет. Как и везде вокруг. Даже от оборотней уже ничего не исходит.

— Что ж, уже хорошо, что никто из вас не применял магию. Есть предположение, что произошло? Подозреваете кого-то?

Я помотал головой.

— У вас ведь родителей убили, — сказал полицейский.

— Как и у любого из опекаемых тётей.

— Но только у других были семьи с одним ребёнком. А в вашей убили всех ваших братьев и сестёр, — возразил полицейский.

— Было бы странно ждать девять лет, чтобы добить меня, — возразил я.

На холм поднялась вернувшаяся тётушка. Полиция взялась допрашивать её.

— Вы стреляли?

— Да. Пришлось. Очень жаль, что с лошадьми такое вышло…

— Да, лошадей твоих жалко, Харди, — внезапно произнес оберкомиисар. — Когда ты уберёшься отсюда, это единственное, о чём будет приятно вспоминать.

— Главное, чтобы вам эти по ночам не снились, — я кивнул на мёртвую кобылу и её жеребёнка.

Полицейского передернуло.

Приехавшая команда из Эмдена запаковывала в брезент тела лошадей. Потащили их в свой фургон. Медики между тем занимались погибшими детьми.

— Тела детей мы также забираем, поедете с нами, — услышал я распоряжения полицейского из Эмдена, которые он давал врачам. — По новому закону, их кремируют.

Цецилия обернулась ко мне, но я стоял с непроницаемым лицом.

— Мы можем забрать прах? — спросила Цецилия.

— В связи с новым положением, все происходит быстро. Завтра к полудню можете приехать в Эмден в наше Управление и забрать. Если что-то еще вспомните, свяжитесь со мной напрямую. А теперь — идите домой.

Полицейский дал тёте визитку. Потом, миг помедлив, дал вторую мне. Я забросил ружьё на плечо.

— Эгихард, можно? — тихо произнесла Цецилия.

Я не ответил, Цецилия взяла меня под руку и мы стали спускаться с терпа. Тётя светила фонарем. Я чувствовал её напряжение и вдруг понял, что она испугалась.

— Вы знаете что-то ещё, чего не знаю я? — нарушил я молчание, когда мы отошли на значительное расстояние от терпа. — Вам есть чего бояться?

— Они сжигают всех умерших сейчас. Это значит… они опасаются нахцереров.

— Мы тут при чем? Мы с вами вроде не некроманты, — заметил я.

— Многие люди думают, что тёмные маги и ведьмы способны на некромантию.

— Полицейский дал вам визитку, позвоните ему, когда с Гретзиля придёт толпа сжигать ведьму.

— Неблагодарные свиньи… — прошептала тётушка.

— Сколько моих денег вы потратили на них и на «благотворительность» в Гретзиле? — поинтересовался я.

— Без этого было бы ещё хуже.

Я пожал плечами. Мы поднялись на вал, зашли в дом. Везде царила тишина.

— Я уложила всех спать. Поговорим, Эгихард?

— У меня есть выбор?

Мы прошли в гостиную. Я разрядил ружье, повесил его обратно на стену, бросил неиспользованные патроны в верхний ящик комода. Потом уселся в кресло у камина. Тетушка посмотрела на меня, потом достала из буфета бутылку шнапса. Разлила по стаканам, протянула один мне.

— С совершеннолетием, Эгихард.

Я уставился на нее с непониманием. Она указала на настенные часы, стрелки которых показывали пять минут после полуночи.

— Кажется дерьмовее дня рождения, чем сегодня, у меня ещё не было, — произнес я, сделав глоток вслед за ней.

— Есть ещё кое-что, что ты должен узнать, — заметила Цецилия.

Она извлекла из книжного шкафа книгу, вытащила спрятанный среди страниц конверт, протянула мне.

— Вы меня добить хотите? — я смотрел на неё с подозрением. — Что это?

— Прочти сам.

* булле — прозвище полицейских от Bulle (быки) за упёртость и отсутствие гибкости.

Глава 3

Я взял конверт, увидел, что он вскрыт.

— Что это значит?

— Случайно открыла, когда просматривала присланные счета.

— И прочитали тоже случайно? — поинтересовался я.

— Да. Там совсем короткое послание.

Я извлек письмо из конверта, прочёл.

— Дядя Даллан Наэр? При смерти? Созывает родственников на чтение завещания? — я уставился на тетю. — И долго шло письмо?

Даты в послании не стояло и я стал разглядывать почтовые штемпели на конверте — письмо было отправлено обычной человеческой почтой. На одном из них, где была изображена ирландская арфа, стояла дата 21 октября.

— Десять дней назад, — я разглядел смазанные цифры и посмотрел на тетю. — Сдается, поездку можно отменить. Он наверняка уже помер и всё успели поделись без меня.

— Сегодня звонила туда. Твой дядя ещё жив.

Я молчал, соображая, что теперь с этим делать.

— Если ты готов, то ехать надо срочно, — заметила Цецилия, видя сомнения на моём лице.

— Думаете, стоит? Насколько помню, род моей матери, хотя и достаточно древний, давным-давно обеднел.

— Так и было до недавнего времени. Но я навела справки. У твоего дяди огромное состояние. В Эмдене можно нанять лодку.

— Лодку?

— Так безопаснее.

Я уставился на тетю. Безопаснее? На лодке по ноябрьскому морю? Особенно после сегодняшнего. Меня передернуло от воспоминаний про жеребца, пытавшегося меня утопить.

— Думаю, ради такого случая можно «разориться» на самолет. Кстати, что с моими финансами?

— Уже утром ты получишь полный доступ к своему банковскому счету.

Она достала свою сумочку, извлекла оттуда кожаный мешочек, протянула мне.

— Это тоже твое. Точнее часть. Остальное в банковской ячейке.

Мешочек весил прилично, я ослабил шнурок, увидел там штук тридцать золотых монет, ходивших во Фризской гильдии магов. Уставился с изумлением на Цецилию.

— Откуда у вас? Вы были в Гильдии? — спросил я, продолжая с подозрением глядеть на неё. — Туда низших магов не пускают.

— Этим золотом расплатились за лошадей. Многие высшие хотели их приобрести.

— И почему я об этом не в курсе? — я очень жалел, что не могу испепелить тетушку взглядом.

— Потому что меня просили тебе об этом не говорить. Теперь сам сможешь иметь с ними дела… У тебя были лучшие скакуны во всей Фризии. И если ты решишь восстановить табун, недостатка в покупателях не будет.

— Нет. Я собираюсь убраться из этого проклятого места. Не хочу тут сгнить.

Цецилия нахмурилась.

— Что будешь делать с домом?

— Вы знаете.

Цецилия опустила взгляд. Мне показалось, что у неё на лице промелькнуло разочарование. Думала, что я оставлю дом ей? Вполне возможно, она его заслужила, терпя меня девять лет. Но я сперва хотел убедиться, что с моим банковским счётом все в порядке.

— Так ты поедешь к дяде? — спросила она.

— Вероятно.

— Я бы хотела поехать с тобой.

Я поглядел на нее с недоумением.

— Давно хотела побывать на родине твоей матери, — пояснила она.

— С приемышами что? Всех с собой возьмете?

— Я что-нибудь придумаю.

— Как хотите.

— Завтра надо наведаться на побережье и посмотреть, осталось ли что-то от Геркулеса, — продолжила она между тем. — Может быть, я смогу найти магический след. И… Съездишь завтра в Эмдем в Управление?

— Да, мне всё равно там новый паспорт надо получить, — я поднялся и, перед тем как направиться в свою комнату, мрачно бросил: — Спокойной ночи, тётушка.

— Погоди… Я тебе ещё кое-что должна отдать.

Она протянула ключи. Я увидел болтающийся на них серебряный брелок. И в изумлении уставился на Цецилию. Она сдержано улыбнулась.

— Не ожидал, Эгихард?