Город Богов 2 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 42

— То есть заказать голема дешевле?

— Формально расценки такие же, не подкопаешься. Но корпорация активно внедряет систему бонусов, баллов, кешбеков и прочей хрени.

— Марк, может, пора устраивать забастовку? — спросил Бар.

— Что толку бастовать? — возражаю, — Был смысл бастовать, пока у нас не было конкуренции. А теперь Технос только радостно потрет ладошки и отожмет под себя вообще весь рынок по рабочим специальностям.

— Так-то да, — согласился Бэк, — Пока мы будем бастовать, корпорация заберёт нашу работу.

— Так что делать?

— В идеале нам бы всем уйти в свою уникальную нишу, но увы… наша ниша слишком узкая. А людобогов в городе много.

— Но у нас добавилась возможность ставить матрицы усиления и ускорения, — напомнил Бэк, — Какое-то время протянем на повышенном спросе.

— В том и дело, что какое-то время. Через неделю-две спрос пойдёт на спад.

— Босс, — робко вмешалась Алеся, — А, может, нам тоже начать все эти бонусы, баллы?

— Умница, Алеся. Таковы реалии конкурентной борьбы. Нужно очень быстро перенимать приёмы конкуренции. Какие по этому поводу будут соображения?

— Нам понадобится рекламная компания, — сказала ободренная похвалой Алеся.

— Для рекламной компании нужна идея, направленная на целевую аудиторию. А целевая аудитория у нас…

Алеся подняла руку, как школьница на уроке. Я сдержал усмешку и разрешительно кивнул.

— Зверобоги, — выдала Алеся, — Они в городе богов самые платежеспособные.

— А еще многочисленные, — вставил Бар.

— Да, и многочисленные, — согласилась Алеся, — На долю зверебогов приходится свыше семидесяти процентов транзакций.

— Ну хорошо, с объектом рекламной компании определились. Это зверобоги. Теперь давайте определим предмет компании. На какую ценность она будет направлена.

— На какую ценность? — переспросила Алеся, — В каком смысле?

— Ну что является самым ценным для зверобогов?

— Жадюги они все, — решительно заявил Бар, — За кворк удавятся. Кворки и есть их главная ценность.

— А, поняла, — закивала Алеся, — Тогда нам надо делать упор на выгоде. Тоже рекламировать скидки, бонусы и баллы…

— Технос именно это и делает, — поддержал Бэк, — Чего тут божий дар изобретать. Надо делать тоже самое.

— Момент, — подтормаживаю разошедшихся товарищей по профсоюзу, — Повторять за Техносом, значит всегда отставать от него на шаг. У меня появилась одна идейка.

— Говори, Марк, — все уставились на меня.

— Значит, смотрите… рекламный ролик, — обозначаю руками что-то вроде телеэкрана.

— Так.

— Первый кадр. Зверобог сидит за столом. Его книга учёта раскрыта. Он смотрит графу расходов и радуется. Он везде использует големов и здорово на этом экономит. Параллельно идут кадры, как големы подвозят товары, големы выполняют работы, големы оказывают услуги… и все со скидками, с бонусами и прочей хренью…

— Нафиг нам такая реклама? — не понял Бэк.

— Я еще не договорил… вторая часть ролика. Зверобог смотрит графу доходов и теперь уже ни фига не радуется. Его выручка падает. В гостинице много пустых номеров. В его кафе пустые столики. В его магазине никого нет.

— Это почему? — заинтересовалась Алеся.

— Ответ очень прост. Дальше ролик показывает, что големы, закончив работу заходят в ангар и на ночь встают рядами. Им не нужны гостиницы, кафе, магазины. Им вообще ничего не надо.

— А ведь верно, — Бар одобрительно покивал, — Если зверобоги оставят нас без работы, у нас тупо не будет денег, чтобы снимать у них жилье и закупаться в их магазинах.

— Вот именно. В заключительной части ролика можем даже показать людобогов, оставшихся без работы. Они возвращают ключи от комнат, которые раньше снимали, они оглядываются с тоской, проходя мимо любимого бара, потому что больше не могут позволить себе в него зайти.

— Отличная идея, Марк, — восхитился Бар, — И надо еще в конце хлесткий слоган. Что-то типа: сегодня сэкономил, завтра потеряешь.

— Неплохо, — одобряю слоган, — Кто этим займётся?

— Можно я, босс? — взмолилась Алеся, — Я не подведу.

— Можно, — благосклонно разрешаю мобильной помощнице взвалить на себя огроменный объем работы, — А баллы, бонусы, кэшбеки и прочую хренотень все равно будем вводить. Чтоб эти зверобожьи дятлы-кровососы не только из буратин экономию клювами выбивали. Мы тоже готовы подставить натруженную профсоюзную шею под их ненасытные хоботы. Куда теперь денешься.

После совещания как и всегда всем руководящим составом спустились в бар. Лула уже здесь, сторожит занятый для нас столик недалеко от сцены. Алеся тоже с нами. Хотя ей стул по большому счету не нужен, но не стоять же ей. Для нее тоже подтащили стул.

Я давно понял, что Алеся вовсе не один только голый искусственный интеллект. У нее есть собственные желания и устремления, чего у счетной машины не может быть в принципе, какой бы совершенной эта машина не была.

— Марк, обратил внимание? — спросил Бар, — Мы поставили сцену. Вечерние концерты проходят каждый вечер. К нам съезжаются со всего города.

— Обратил, — заверяю Бара, — Зал полный. И здесь не только людобоги… и такое ощущение, что зал стал больше.

— Верное ощущение. На время вечернего выступления подключаем дополнительные пространственные матрицы. Чтобы всех уместить, зал расширяем почти на четверть.

— Ого. Этак нам скоро придется возводить свой концертный зал.

— Зришь в корень, Марк. В нашей среде много талантливых богов, которые раньше не имели ни малейшего шанса пробиться на эстрадные подмостки. Теперь у них не просто шанс, а реальная возможность.

— Вот даже как. И много желающих выступить?

— Очередь стоит, Марк. Как раз хотел с тобой это обсудить.

— Давай обсудим, — выражаю готовность, — Лично мне очень нравится это начинание. Какие есть мысли?

— Предлагаю поставить еще одну сцену в другом конце зала. Чтобы одновременно шли сразу два выступления. Зрители сами будут решать, кого слушать.

— А музыканты не будут создавать какофонию? В середине зала будут слышны одновременно два выступления?

— Технически это легко решается, — подключился Бэк, — Ставим звуковую мембрану и все дела. Мембрана будет отсекать звуки полностью, при этом она проницаема для плотных объектов. Боги будут сквозь нее спокойно проходить.

— Идея мне нравится, — принимаю предложение, — К тому же нам идет дополнительная выручка… интересно, как отреагирует публика, если тут выступит Гекта.

— Психиатричка что ли? — Бар многозначительно хмыкнул.

— Это я так, — даю задний ход, — Просто мысли вслух.

Концерт затянулся за полночь. Одни исполнители сменяли других. Я оставил Лулу дослушивать и первым ушел спать. Как она пришла и легла, я не слышал. А на следующий день, даже не успев допить чашку утреннего кофе, заставили Гора лететь к храму. Нам не терпится узнать, как идут дела у Блюмбы и Лимбы.

Наш Блюмба стал не просто матерым вожаком, а этаким царьком пляжного значения. Он даже устроил себе что-то вроде тронного лежака, создав вокруг себя иерархию приближённых. Лимба, затем две самочки, которых он отбил, а еще его гарем дополнился новыми молоденькими женами, видимо из подросшего старшего помёта.

На пляже теперь как в Сочи в июле не протолкнуться. Блюмба оказался парнем плодовитым, к вопросу умножения потомства подходит с большим старанием. Любит он это дело.

Вот только подросших самцов Блюмба совсем не жалует. Они стараются вожаку на глаза не попадаться. И я так понимаю, не далек тот час, когда Блюмба прогонит их из лагуны.

— Так дело не пойдет, — говорю Блюмбе, — Так мы с тобой общество, пусть даже и первобытное, не построим. Ты заканчивай пацанов гнобить. Они ж твои сыновья, фактически наследники.

— Бах-пах, — ревниво возразил Блюмба, что на его языке означает «нах с пляжа».

Я вздохнул и полез смотреть вкладки развития. Кубоверов от паствы насыпало немало. Пора тратить. Меню развития сразу порадовало объявлением: «поздравляем, в ваш мир пришла религия мамбаизм». О как! Не зря мы с Лулой поднимали уровень мирового океана, заливая в него трудовой божественный пот. Религия открылась сама, даже тратиться не пришлось.