Младший лейтенант милиции (СИ) - Бурак Анатолий - Страница 31

— Для служебного пользования. — Пряча драгоценный документ за спину, пошутил я. И, делая вид, что искренне сомневаюсь в морально-волевых качествах старшего товарища, оценивающе посмотрел на него. — И только, для особо доверенных и подтвердивших свою компетентность лиц!

— Не борзей, младшОй. — Так же весело, ответил мне капитан. При этом продемонстрировал довольно-таки внушительный кулак и пригрозил. — А то ведь не посмотрю, что ты у нас перворазрядик. И в глаз дам!

— Звучит серьёзно! — Сделал вид, что испугался я. И, протягивая разрешение на эксгумацию, поинтересовался. — Когда делать будем?

— Не сегодня, уж точно. — Взглянув на надетые на запястье часы, ответил Анатолий Викеньтевич. И тут же прокомментировал своё решение. — Это ж надо с экспертами согласовывать. Бригаду могильщиков подрядить. И, как ни крути, поставить в известность родственников.

— А их-то зачем. — Искренне удивившись, и как-то на автомате поинтересовался я. — Мы ж, по служебной надобности.

— Положено. — Тяжело вздохнул Анатолий Викеньтевич. И, Хитро прищурившись, вперил в меня иезуитский взгляд. — Вот, кстати, этим ты и займёшься. — При этих словах он достал из ящика стола картонную папочку и, развязав матерчатые тесёмки, аккуратно устроил добытую мной бумагу, туда. А затем, вернул мне, приговаривая. — До конца рабочего дня ещё есть время. Так что, бери руки в ноги и давай… Топай-топай!

— Тащь майор⁉ — Поняв, что сам себе вырыл, если и не бездонную то, по крайней мере, очень глубокую яму, взмолился я. — Даже не подвезёте⁈

— А мне ещё отчёты закончить надобно. — Сделав вид, что не понял моего умоляющего посыла, Позняков. И, лёгким движение руки, принялся выпроваживать из кабинета. — Иди уж… Следователь!

Покидать, внезапно показавшееся таким уютным и родным помещение совсем не хотелось. И, я сделал последнюю, не возымевшую успеха, попытку.

— Так я ж города нифига не знаю! И, вообще, заблужусь и, скорей всего, потеряюсь!

— Вот, кстати, и будет тебе практика. Потыкаешься туда-сюда, глядишь, и освоишься в Свердловске!

В полной растерянности от такой вселенской несправедливости, я раскрыл шкаф, вытаскивая пальто и шапку. Но был остановлен, оказавшимся не такой сволочью, как начальник, сердобольным Василием.

— Погодь, младшОй. — Не дал он совершить непоправимую глупость. И, порывшись в недрах стола, вытащил замызганную и протёртую на сгибах, карту Свердловска. — Вот, поизучай пока. И наметь, хотя бы приблизительный, маршрут.

— Спасибо! — От всех души, искренне поблагодарил капитана я. В ту же секунду простив ему все ревнивые закидоны, и косые взгляды, что случались, когда мы оказывались рядом с нашим экспертом-книминалистом. И, бросая вопросительный взгляд на Познякова, спросил. — Так я посижу?.. Покумекаю?..

— Да, ради Бога! — Не стал строить из себя барина, Анатолий Викеньтевич. Однако, всё-таки, ограничил мои временные рамки. — Но, в любом случае, завтра, к началу рабочего дня, чтоб согласие родни было!

— Обижаете, товарищ майор! — Молодцевато расправив плечи, деланно возмутился я. И озвучил только что пришедшую в голову мысль. — К тому же, всё-равно ещё выдвигаться рано. Вряд ли застану кого-то раньше шести. А ещё только полчетвёртого.

— Это да. — Снова хватая ручку и углубляясь в составляемый им отчёт, пробубнил Анатолий Викеньтьевич. — Обычно в это время люди ещё на работе.

А я, молчаливо кивнув, занял свободный стол, по негласной договорённости начинавший считаться моим и, развернув карту, принялся рассматривать перигелии и закоулки славного города Свердловска.

На что ушло не более пяти минут. И, крепко впечатав в память, нынешнее своё местоположение и наметив дальнейший путь, я сложил этот, поистине драгоценный лист плотной бумаги. И, вопросительно взглянув на Василия и получив разрешающий кивок, спрятал его в ящике своего стола.

Пусть будет, как говориться. Разумеется, лучше всего, было бы уделить изучению местности немного больше времени. Но, так как для поставленной начальством задачи этого пока не требовалось, решил отложить сие, безо всякого сомнения, полезнейшее занятие, до лучших времён.

А квазиживой организм, несмотря та такое наплевательское отношение хозяина к делам насущным, просто заархивировал полученные сведения и снова погрузился в подобие спячки. Уделив менее одного процента осознания для контроля за действиями носителя.

Вроде, всё шло по намеченной колее. Осложнений пока не предвиделось. Правда, до завтрашней вечерней тренировки нужно было ещё взять справку. Но, так как у МВД имелась собственная поликлиника, то стоять в общей очереди, коротая время с вечно недовольными старушками, его подопечному не придётся.

Семь километров, что отделяли здание ГУВэДэ от девятиэтажки, в которой обитал ныне покойный Кирилл Михайлович, я преодолел за сорок минут. Быстрым шагом, если что. Так как бежать просто не было необходимости.

Не вечернюю репетицию мы договорились собраться в семь. На беседу с родственниками потерпевшего, думаю, потрачу минут пятнадцать. Так что, торопиться попросту не посчитал нужным.

Ну а то, что шёл чуточку более быстрым шагом, чем это обычно делают спешащие по своим делам люди, было обусловлено моей молодостью и, как понимаю, хорошей физической формой.

Самую малость поплутав и, сверившись с запомненным адресом, я поднялся н лифте и, позвонив в оббитую дермантином дверь, с радостью услышал с той стороны шаги. Правда, впускать не спешили а, тихо, но требовательно поинтересовались.

— Кто там?

— Откройте пожалуйста. — Вежливо, как положено облечённому, пусть и небольшой, но всё-таки власть, человеку, попросил я. И, для убедительности, добавил. — Я из милиции. — После чего защёлкали замки и забренчала прикреплённая к косяку цепочка. А когда в образовавшемся проёме показалось слегка помятое и чуточку небритое лицо хозяина квартиры, представился. — Младший лейтенант Петров. — И, вытащив из внутреннего кармана пиджака новенькие, совсем недавно полученные, корочки, предъявил их в раскрытом виде.

— Заходите. — Мазнув взглядом по фотографии и, как мне кажется, даже не задержав внимания на моих имени и фамилии, просипел дядька, откидывая цепочку и отворяя дверь. И, посторонившись, проявил запоздалое любопытство. — А вы, собственно, по какому вопросу?

— Кирилл Михайлович Андрианов, кем вам приходится? — Не стал скрывать причину своего прихода я. — И, если можно, назовитесь, пожалуйста.

— Так, Коля я. — Сглотнув, озвучил своё имя мужчина. И, словно это всё объясняло, информировал. — Галкин муж.

— Та-ак, понятно. — Пытаясь хоть что-то сообразить, протянул я. И тут же задал следующий наводящий вопрос. — А уважаемая Галина, кем приходилась покойному?

— Так говорю же, жонка это моя. — Зачастил, ставший водруг словоохотливым небритый Коля. — А Кирюха, царствие ему небесное и земля пухом. — Тут мужчина истово перекрестился. — Брательник ейный.

— Что ж, прекрасно. — Мысленно потирая «радостные ладошки», внутренне заулыбался я. — А, могу я поговорить с вашей супругой?

Но, ответить на мой вопрос собеседник не успел. Так как из туалета послышался звук сливаемой воды и, спустя несколько секунд, в коридоре показалась хозяйка.

— Извините. — Почему-то покраснев, пролепетала она. — И тут же скрылась в ванной комнате.

Понимая, что своим внезапным появлением, невольно поставил женщину в неловкое положение, я тактично промолчал. А, когда она, по всё видимости, вымыв руки и слегка успокоившись, вернулась к нам, повторил оба своих вопроса.

— Галина Михайловна Огурцова. — Отрекомендовалась женщина. — Кирилл был моим родным братом. — И, увидев мои слегка приподнятые брови, подтвердила. — Да, моя девичья фамилия Андрианова. — А затем обеспокоено поинтересовалась. — А что, вы нашли убийц Кирюши?

Глава 16

Судя по уменьшительно-ласкательному сокращению, и по той теплоте, с какой было произнесено имя покойного, парня в семье любили. Но, как тут же выяснилось, далеко не все.