Андервуд. Том 3 (СИ) - Рэд Илья - Страница 43

Ята коснулась кончиком мостовой. Саймон чувствовал нарастающее давление. Внутри «пузыря» никого не осталось. Постепенно клинок всё сильнее и сильнее впивался в землю.

Полукровка создал тёмный сгусток энергии и пульнул в магическую стену. Снаряд с шипением разбрызгался по ней и сполз на землю, не причинив ущерба.

«Тюрьму» возвёл сильный маг.

Льдинки растаяли и выпали дождём. Часть из них была с примесью крови, и со стороны казалось, что наступил конец света. Байки андервудцев про гнев богини именно так и представлялись в книгах.

«Я буду жить, как мне удобно. Если хочешь убить за это — убивай. Если нет, то проваливай. Не надо было меня спасать».

Внутрь влетели два мага. Их скорость не дотягивала до молниеносной, но это уже не простые соперники. За долгие годы сражений полукровка научился оценивать противников. Первый из них ударом наискось попытался отвлечь на себя внимание справа, а второй заходил слева и целил в ногу, чтобы забрать преимущество в скорости.

«Умно, но ничего не выйдет».

Сказав это про себя, Саймон принял на Яту удар и хотел уже рвануть вперёд, но оказался медленней, чем обычно. Лишь в последний момент он сообразил подпрыгнуть. Из-за этого приземлился на спину, перекатился и снова стоял на ногах, но уже не в позиции атакующего.

Впервые за долгое время сражений против людей ему пришлось обороняться.

Уровень гравитации повысился. Вес Саймона становился всё больше и больше с каждой секундой, а следовательно, он терял в скорости. Барьер фиксировал область с новыми условиями, и это позволяло вражескому магу экономить ману. Заклинание не нужно было пересоздавать, а всего лишь поддерживать в одном месте.

Близнецы оказались искусными фехтовальщиками. К тому же ограничения на них не действовали. И была ещё одна проблема. Кажется, он понял, зачем ему «скормили» тех бездарных Красных плащей.

«Сомс», — прорычал про себя Саймон.

Приёмный отец снабдил Адама информацией и помог придумать ловушку. Кайзер глуповат для такого плана.

Всё просто.

Мастера измотали, заставили поверить в себя и ослабленного бросили против двух искусных магов. Сомс знал его как облупленного и верно сделал выводы: дал возможность покрасоваться силой.

Ярко-синий клинок потускнел, а тело постарело, как это обычно бывает при чрезмерном расходе маны, и вот теперь два гранд-мастера, не меньше, наседали на него, заставляя ещё больше тратить драгоценную энергию.

«Отрезать отступление, измотать и лишить главного козыря. Сукин ты сын, всё продумал».

Близнецы наседали с разных сторон, двигаясь как единое целое. Ни один противник, уступающий им в скорости, не сможет противостоять такой боевой машине. Саймон усилил расход внутреннего резерва, уклоняясь от колющих и режущих атак.

Враги не гнушались и магией. К сожалению, барьера как у Ника Саймон не имел, поэтому приходилось часть заклинаний разрубать мана-мечом, а от других уклоняться, часто менять позицию и быть начеку.

В основном это были едва заметные острые нити, способные прошить человека насквозь. Гадкая магия. Стоит такой попасть в руку, как срежет кусок мяса вместе с костями. Обычный глаз их не в состоянии уловить, но органы чувств полукровки позволяли держать эти трюки в поле зрения.

«Один из них следит за барьером, а другой нагнетает давление», — быстро думал Саймон. — «Понять бы ещё, кто за что отвечает. Уродов не отличить!»

Очень важно первым убить барьерщика, чтобы сменить локацию и драться на своих условиях. Оба противника носили чёрные комбинезоны, а на шеях странный аксессуар в виде бус с большими зелёными сферами.

Когда Саймон в очередной раз прошмыгнул мимо смертоносного меча и неудачно атаковал в спину врага (неудачно, потому что того прикрывал напарник), он увидел тянувшуюся вдоль позвоночника ленту с такими же бусинами. Она переходила в пояс и наматывалась на торс, не мешая передвижениям.

Через три минуты жаркого боя цепкий взор мастера уловил исчезновение одной бусины на шее, но эта цепь из емировых звеньев плавно перетекла по всем телу, и на место исчезнувшего самородка тут же «встал» новый, выехавший снизу.

«Они оба как грёбаные хранилища руды!»

Теперь понятно, каким образом близнецы не выдыхались и поддерживали столь сильные заклинания в постоянном тонусе. Ещё и сражаться успевали. Адам не пожалел денег.

Это означало, что врагов не получиться измотать — у них больше ресурсов.

Саймон не восстановился полностью после путешествия, так как схрон в сожжённой усадьбе был разграблен. Годичная нагрузка без должной емировой подпитки — слишком большой срок. Потому у врага были все шансы на победу.

Эти ребята не из Южного штаба. Чтобы взрастить гранд-мастера нужно минимум пять лет упорных тренировок и финансовых вложений. Кайзер же сделал ставку на носителей угроз, но, видимо, имеющиеся кадры против Саймона бесполезны. Зато эти двое идеально подходят. Опять Сомс подсказал.

«Заскулил и полез к папочке», — с презрением подумал он об Адаме. Насчёт командира у полукровки были свои планы, а сейчас надо разобраться с текущей проблемой.

А заключалась она в ещё большей потери манёвренности. Если он ничего не придумает, то молодчики Рочестера покромсают его на куски. Такие дела.

Пришлось подключать всё своё мастерство. Отбив боковой удар, сенсей пинком в живот отправил в полёт близнеца номер один. Спасибо Нику за науку. Добивать смысла не было — всё равно напарник защитит, значит, в это окно надо разобраться именно с ним.

Ята запорхала в умелых руках, заставляя второго брата уйти в глухую оборону.

«Ну же, давай!»

Спёртый воздух, словно кисель, мешал нормально двигаться, но Саймон умудрился сделать молниеносный рывок, потратив в четыре раза больше маны. Это позволило сменить траекторию после контакта клинков и врезать магу в глаз с локтя. Близнецу грозила полная дезориентация. Однако мастера ждал сюрприз.

Уловка не сработала.

Точнее сработала, но урона не нанесла: локоть отпружинил от барьера, и ударившего оттолкнуло назад.

Если бы можно было замедлить время и внимательно всмотреться в лицо шерстяного убийцы, то лёгкая улыбочка краем рта могла бы смутить наблюдавшего.

Не зря его звали сенсеем. Саймон хорошо чувствовал пространство и, находясь в воздухе, в полуразвёрнутом состоянии выпростал руку, из которой яркой синей вспышкой зажёгся язык пламени. Он одновременно ослепил противника и пульнул тело фехтовальщика со страшной скоростью вперёд.

Но не в близнеца номер два, нет. Маг успел бы среагировать. А в первого — того, что уже встал и подходил к сражающимся. Неимоверной силой сенсей зафиксировал клинок в одном положении. Любой другой человек не выдержал бы таких перегрузок.

Промчавшись по прямой, Саймон высек сноп искр от опускающегося в блоке меча. Слишком поздно. Удар достиг своей цели — в бедро. По телу близнеца пробежали волны пульсирующей энергии, защитные артефакты лопались тут и там с характерными хлопками. Одним махом сенсей снёс их все и, что немаловажно, рассёк тёмный комбинезон.

Однако ценой этому было столкновение с барьером. Из него тут же выбило дух, а в глазах потемнело. Полукровка упал мешком на землю. Будь враг проворней — Саймон бы уже валялся мёртвым, но нет. Он выживет. Он покажет этим выскочкам, кто тут настоящий мастер.

Теперь, когда он знает, кто за что отвечает, стало легче. Полукровка сосредоточится на барьерщике. На том, у кого одежда целая.

Саймон не обольщался насчёт раны гравитационного мага. Тот быстро залечил порезанное бедро емировым камнем. Сенсей мог бы создать тёмный выброс, как в случае с бандитами-кочевниками, но для этого требуется время и концентрация. Тогда ему не мешали лучшие мечники Андервуда, и он за пару минут сварганил смертоносное заклинание, потратив весь свой запас маны.

Здесь придётся разбираться по-другому. Он чувствовал, что усилий приходилось прилагать всё больше. Тело постарело лет на пятнадцать, но ещё боеспособно. Навряд ли кто-то посторонний рискнёт зайти внутрь барьера — его просто прибьёт разлетающейся тут и там магией. Так что остальные плащи как падальщики наблюдали снаружи.