Андервуд. Том 3 - Рэд Илья - Страница 16

Они развели костёр, чтобы подогреть пищу и, наслаждаясь неземными видами, умяли ужин. К сожалению, алхимический огонь не потрескивал и не шипел как чуть отсыревшие дрова, но тоже завораживал. Укутавшись в спальные мешки, они ещё долго беседовали ночью, после чего забылись крепким сном.

Принц же радостно бегал по поляне весь обмазанный в люминофоре, тогда как его хвостатые «коллеги» гадали, что же творится в голове у сумасшедшего варана. Ведь тот, кто в плену животных инстинктов, не способен понять красоту.

Глава 8. Ганс и компания

День спустя после побега из-под стражи Красных плащей.

Ганс жадно дул на ложку с похлёбкой. Он провалялся порядка семнадцати часов и был жутко голоден. Кухня дрессировщиков варанов сейчас пустовала. Работники были заняты утренним обходом.

Пятёрка перекусила до того, как встал Хьюз и занималась разминкой. Вормлинга Куро послали в схрон за порцией емировых камней, так как все эти сморщенные черволюди были на одно лицо для Красных плащей. Последний приступ Ганса дорого им обошёлся. Прощелыга Чача расчехлил собственные запасы и под конский процент одолжил несколько магических самородков.

Деньги у команды были, только передвигаться, как раньше, они уже не могли. Всех объявили в розыск. Особенно тяжко пришлось мутанту Уппо. Ведь каждый Крайний по-своему индивидуален, а их мордастый друг сразу выделялся из толпы карикатурными чертами лица: уши, нос, глаза, губы – всё большое и несуразное.

Своими двумя топорами этот бешеный сукин сын раскромсал не одного противника и Ганс был рад работать вместе с ним. Да и вообще каждый член пятёрки кровью и потом заслужил его уважение. Поэтому сначала он собирался подарить им то, чего они так долго ждали ещё со вчерашнего дня. Эйфорию.

– Принёс? – спросил аристо у вернувшегося с дальней вылазки Куро.

– Ага, – тот шмыгнул и вытер грязный нос кулаком, на стол отправилась заплечная сумка, какие обычно носят мануфактурные работники. На груз, что в ней хранился, можно было купить треть завода.

– Отлично, – Ганс отряхнул руки от крошек и, взяв за лямки торбу, пошёл к себе в комнату, где тут же принялся поглощать целительные кристаллы.

Две трети оставил про запас. По-хорошему надо было отдохнуть и залечь на дно, но у парня были другие планы. Он спрятал остатки и пошёл к ребятам.

Полупустая просторная кладовка оказалась идеальным местом для тренировок. Воины сдвинули столы и шкафы к углам, а также утрамбовали весь остальной хлам. Когда-то здесь была писчая контора, но здание выкупил предприимчивый Чача, поставив кассу тотализатора.

Бизнес прогорел, но затем появилась идея вараньей фермы. Выкопали норы, сделали несколько пристроек, и по итогу первоначальный домик оказался не нужен, вот его и приспособили под кладовку того, что выкинуть жалко.

– Ну что, начнём? – хлопнув в ладоши, сказал Хьюз и выцепил себе стул из сваленной горы мусора.

– Наконец-то, – убирая тренировочные мечи в стороны, ответили вразнобой ребята.

Кто-то нашёл старый матрац, другой подложил под себя столешницу, Брогг и вовсе как есть устроился на холодном полу, подоткнув руки под голову, и закрыл глаза.

Одно за другим Ганс выпустил пять невидимых синих щупалец и подсоединился сначала к крысолюду. Там всё просто – мужик хотел заново проживать моменты дотюремной жизни, когда ещё молодые родители, брат и всё большое семейство трудилось на благоустройство родового логова. Время очень быстро забрало родных, поэтому воин нуждался в мирной идиллии.

Брогг как самый старший больше всех ностальгировал по прошедшим временам. Это для остальных он всегда был неприступной скалой, но на самом деле воин попал в ловушку сожалений по этой параллельной утраченной жизни ремесленника. Именно такие воспоминания и давал ему Ганс.

Молодые мастера душ Сельвиус и Фарадж грезили будущим могуществом. Вот кто были форменные психи. В своих мечтаниях они раз за разом побеждали сильнейших противников, купались в уважении окружающих, всё у них получалось с полутыка, а девушки вешались штабелями.

Мутант Уппо хотел стать человеком. Если присмотреться, лишь одно его аляповатое лицо указывало на принадлежность к Крайним. Убери этот дефект и он будет вылитый чистокровный житель внутреннего города. Его угнетала собственная вторичность, невозможность завести семью и приличное дело среди обычных людей. Соплеменники чувствовали его отчуждённость, завидовали почти человеческой внешности и не принимали как равного.

В своих мечтах Уппо женился на красавице, работал руками в кузне. Сначала подмастерьем, а потом покупал собственную мастерскую, и год за годом выковывал всё лучшие изделия, пока не становился королём ковки в Андервуде. Ну а дальше найм работников, путь в артефакторы…

Низкорослый алхимик Куро мечтал создать воскрешающее зелье для умершего от неизвестной болезни друга. Парень с ранних лет был сиротой и вместе с самопровозглашённым братом через многое прошёл, в том числе и обучение ремеслу алхимии. К сожалению, его друг оказался неаккуратен с реагентами, впал на месяц в кому и скончался.

Никто кроме Ганса не знал, что «родственник» Куро находился в глубокой заморозке, которую поддерживала специальная артефакторная плита. Этот ненормальный, отчаявшись, заковал в лёд умершего, чтобы тот не разлагался. Самодельное устройство питалось от емировых камней и находилось в подвале одной бедной людской семьи, что спонсировал вормлинг.

Ганс создавал для алхимика ситуацию «что если». Что, если бы друг выжил? И каждый раз строил для обоих радужное будущее, где они добиваются успеха, богатеют, женятся и потом дружат семьями.

Все эти миражи развивались постепенно, чтобы поддерживать интерес страждущих. Для Хьюза это тоже было своего рода испытанием, но если вначале он корил себя, то сейчас в своё оправдание мог сказать, что даёт ребятам облегчение, возможность уйти на короткий миг из собственного дрянного мира в мир грëз.

На данный момент Ганс мог контролировать одновременно пять потоков видений. С каждым разом его способности усиливались, но чтобы довести навык до ума, нужны запасы емировой руды. С Сомсом он чуть не потерпел фиаско. Опытный интриган старательно не пускал Хьюза к себе в мозг. Очень уж скрытным оказался воспитатель Саймона.

Единственное, что осилил парень, это посеял рациональное зерно о несостоятельности своей быстрой гибели. Он надавил на уязвимое место Советника – боязнь упустить выгоду. Сюда приплелась и патологическая осторожность. Сомс только-только получил власть, и потерять её на пороге блистательной карьеры – такая себе перспектива.

Ганс убедил офицера, что отсрочка казни – это его собственная мысль. Носитель «А» угрозы ещё пригодится для личных целей и всё в таком роде. Умственный процесс Советника запустил собственную цепочку рассуждений, опираясь на ложный первоисточник. До поры до времени фундамент этой конструкции не будет подвергаться критике, так как хозяин занят постройкой крыши.

Чтобы с ходу подчинить волю незнакомого человека, требуется порядочно сил, но Ганс расширял свой горизонт возможностей с каждым использованием морока. Для этого он и собирал капитал из зелёных камней.

Ну и для собственной организации кончено же.

Основать или восстановить род ему не даст государство, но вот объединить под одно крыло единомышленников, скреплённых общей идеей – это, пожалуйста. Недостатка в мотивации у них точно не будет. Со временем все они превратятся в марионетки.

– На сегодня хватит, – после получаса сказал Ганс нетвёрдым голосом.

Он чувствовал подступающую тошноту и под недовольную брань ушёл обратно в комнату «подзарядиться».

Через четверть часа замаскированная компания двигалась тремя группами через район вормлингов, затем прошла по внешнему городу людей и спустя пять часов оказалась на границе с крысолюдами.

– Наша цель – забрать заначку из усадьбы. На всё про всё пять минут: заходим, делаем дело и сваливаем, понятно? – строго предупредил он пятёрку.