Последний герой Исекай db.1 (СИ) - Барка Юрий - Страница 30

— З. Ы.: Извиняюсь за вокабуляр, я ещё отхожу от твоего сознания.

Погодите-ка…

— Ты что?..

— Ну, дружочек-пирожочек. так вышло:–) так проходят потрахушки с Туату. Почитай уже книжку про расы, как советовала тебе ушастая, хи-хи. И надеюсь, ты не в обиде.

— Нет.

— Если ты печалишься за конспирацию — зря. Судя по всему, ты клиент братца Кехта, а мы так или иначе будем ему ассистировать во время операции. Так что всё удачно сложилось! Носитель печати Хамингьи! Кто бы мог подумать! Тьмоки-тьмоки, малыш Трик! Увидимся завтра!

А–ХУ–ЕТЬ.

— Дунхад, а как много ши в Нобилоне?

— Секунду. — дворф с чем-то сверялся, возможно, вышел в сеть — Шестеро.

На город с населением в тридцать миллионов.

— А может, ты знаешь, где можно обкатать и проверить навыки?

— Могу. — улыбнулся дворф, отправляя мне контакты.

— Школа достижения цели? — Звучит как что-то на инфоцыганском.

— Как говорит мейстрес Юри — хозяйка школы: «Единственная цель войны — смерть». Рекомендацию я отправил, ученики на каникулах, она вас примет. До завтра? Только сообщите, куда доставить оболочку.

— До завтра, Дунхад, и спасибо.

— Ты уже спас одну мою племянницу и спасаешь вторую, эм… Трик. Это тебе спасибо.

Надеюсь, это начало крепкой мужской дружбы, пронзающей небеса.

Мы с дворфом пожали руки. Айрин тьмокнула его нелысую бритость.

В путь.

Из-за того, что меня всё ещё мутило, мы поехали вдвоем на Кусанаги, оставив боббер у Дунхада. Так что по пути я нашёл энциклопедию рас и занялся изучением Ши.

Как выяснилось, Ши — это название островов, где они обитают. Самоназвание вида Туату или, точнее, Туату де Даннан. И они были ещё удивительней перекованных. Фактически, с точки зрения биологии моей родины, возможно, они и живыми бы не считались. Слышали про ДНК? А Туату нет. Вся наследственная информация представителей этой расы представлена в имматериуме. И проецируется в материальное, без посредничества ДНК. Они не дышат, не едят, судя по всему, у них вообще отсутствуют внутренние органы. (Я даже не хочу задумываться, чем изнасиловали мой рот, если у них нет органов) У Туату нет письменности. Это одна из первых рас этого мира, и это… всё… Больше по ним информации не было. Загадочные хуесосы. Хотя есть ещё кое-что, что я могу узнать.

— Айрин, почему тебе с первого взгляда не понравилась леди Бригитта?

— Она жуткая.

Я хмыкнул.

— Ты не понимаешь. Аурисы позволяют кэйт чувствовать магию. (Ура, я наконец знаю, как называются кошачьи ушки!) Она есть везде, как свечение, что-то ярче, что-то тусклее. Разумные светятся довольно ярко, даже перекованные. Ши — это провал во тьму. Жуткая тень в тёмном углу твоей комнаты. Чёрное пятно в реальности, от которого не получается отвести взгляд…

Айрин замолкла, хотя чувствовалось, что она хочет сказать что-то ещё. Так и не дождавшись продолжения, я тихо произнёс:

— Хорошо, буду знать.

Остаток пути домой мы проделали молча.

Столько нужно успеть. До экзаменов всего неделя.

Запись 22 — Диан Кехт

Безболезненное утро предвещает успешный день. Так ведь? В это хотелось верить, по крайней мере, в день операции на мозгах. Айрин была у плиты и, судя по запаху, там была шакшука. Если подумать, весь пиздец этого мира: кровь, боль и смерти стоят этого яркого пряного вкуса и обжигающей остроты. Дома поломавшаяся печень и желудок лишили меня удовольствия от еды и готовки.

— Спасибо, Айрин. — Судя по положению аурисов, девушка улыбнулась. Нужно будет отплатить ей и что-нибудь приготовить. Штрутни… Сколько я их не ел? Решено.

Это утро, запах, фигура Айрин у плиты — всё было невообразимо красивым. Возможно, из-за тёплого света утреннего солнца, через огромные окна окрасившего помещение в ностальгическое золото. Будто яркое воспоминание детского лета. Мне десять лет…

Меня пронзило резкое, как осиновый кол, чувство утраты. Я не помню родителей. Ни имён, ни лиц. Я помню Рори… Так, будто она была моей мамой. Может ли оказаться так, что это ностальгическое чувство не моё? Может.

Хорошо, что доппели лишены такого изъяна, как выражение эмоций через слёзы. К сожалению, моё человеческое сознание отлично помнило, что это такое. И где-то в глубине того, что теперь было мной, захлёбывалось болью. Мама, Отец, почему так больно?

Я бодро сполз с постели и отправился к столу, сверкая улыбкой. Не хочу портить настроение Айрин. Ей точно не лучше меня…

— Кааак пахнет! Айрин, ты просто волшебница!

В моих интонациях есть лёгкий обертон иронии, к несчастью, я не умею разговаривать по-другому, и кажется, немного порчу настроение близким, даже когда хочу сделать им приятно.

Мы уселись за стол и принялись есть, прижавшись друг к другу плечами, бодро орудуя вилками и кусочками хлеба. Меня приотпустило, и я выловил из головы грустную мысль: возможно ли, что Айрин контролирует свою мимику и тело так же хорошо, как я? Тёмные мысли отступают под давлением гламура. Каждый раз, когда она пытается меня затискать или поцеловать, она давит боль от потери… Может ли так быть? Не знаю. Я просто обнял её и прильнул лбом к её виску. Надеюсь, это нужно не только мне.

Северин говорил, что вселенная бесконечна. Когда-нибудь я найду копию моего мира и познакомлюсь с родителями заново. Всё, что нужно — это выжить и стать магом. В этот раз я смог улыбнуться вполне искренне.

— Поехали?

— Поехали.

Путь занял пару часов, резиденция Туату находилась в пригороде с противоположной стороны Нобилона.

У ворот нас ждал Дунхад, опирающийся пятой точкой на дверь приземистого чёрного пикапа. У дворфа определённо есть вкус, который, правда, не каждый поймёт. Машина представляла собой золотую середину между классическим хот родом и хардкорным рэт родом. Заприметив нас, дворф помахал рукой. Кошка тут же начала испытывать его терпение своими обычными выкрутасами, в то время как мы чинно пожали руки. Хотя моя ладошка в его лапе просто терялась.

Диалог начал Дунхад.

— Я передал оболочку Ди́ану. И вот ещё… — Дворф несколько секунд посмотрел в пустоту, а мне пиликнуло оповещение. — Я переговорил с мейстером Арктусом и Дианом, мы пошебуршили связями и… Вот документы на опекунство на вас троих. Вам нужно только подтвердить для завершения регистрации.

Дунхад немного смущённо отвёл взгляд. Айрин резко выдохнула, и подзависнув на мгновенье, обняла бородача.

— Не пойдёшь с нами? — спросил я, на что дворф хмыкнув ответил:

— Диан не принимает на своей территории дворфов.

— Расист? Расист?

— Не сказал бы, в остальном он нормальный. Поговаривают, что кое-кто из нашей братии несколько столетий назад украл у него некоторые разработки. И я вполне в это верю, мы всегда презирали концепцию авторских прав.

— А звали дворфа не Юмэнн МакГрир?

Дунхад улыбнулся.

— Так считают многие.

— Получается, Диан Кехт — один из отцов перекованных? — Интересно, чем его так заинтересовал мой случай.

— В какой-то степени. Он считается величайшим лекарем среди ши. Именно он создал серебряную руку — первую полноценную высокофункциональную аугментацию. И в работе с душами он лучший среди ныне живущих, но создавать перекованных он точно не планировал.

— Крутой дядька.

— Более чем. Ладно, не будем тянуть скррага за бубенцы. Сообщите, как закончите. — Дунхад пожал мне руку, обнял Айрин и уехал.

Стоило нам подъехать к воротам, те открылись. Наблюдателей я не обнаружил, но стойкое чувство слежки активно щекотало затылок. Здание навевало ассоциации с классицизмом, хоть ордера в его фасадах использованы не были. У входа нас встретил автоматон, одетый в ливрею с фарфоровой маской вместо лица.

— Повелитель ожидает, следуйте за мной. — Прошелестело из области груди, после чего он с механической грациозностью развернулся и начал движение.

Свернув пару раз в коридорах, мы вышли к неприметной лестнице, ведущей в глубины особняка. Шесть пролётов, ещё один коридор, и мы предстали перед восемью парами глаз. Здесь был Арктус, ещё один мужчина и шесть девушек. Видимо, белая кожа, чёрные белки и жёлтые глаза — видовые особенности Туату… Или родственников Бригитты. Девушки были одеты разнообразно. От платьев до чего-то байкерского. Я, кажется, узнал Бриг, хотя её образ кардинально отличался от вчерашнего. Секунду взаимного осмотра прервал Северин.