Последний герой Исекай db.1 (СИ) - Барка Юрий - Страница 13

— Для тебя, малец, я просто Ричард. — улыбнулся комм… Ричард. — Да и привыкать надо, — последовало в ответ на мои приподнятые брови. — Выхожу на пенсию. Доставим благородного ублюдка, — слегка дернувшаяся губа. — с грузом до столицы, и я свободен как птица.

На последней фразе на лицо этого человека-горы легла тень вселенской тоски.

— Я, пожалуй, откланяюсь, господа. Завтра снова дорога. — это чудовище растрепало мне волосы… и начало подниматься наверх, скрипя лестницей так, будто она сейчас развалится. — Ах, да. Энсин Люмьер, присмотрите за мальцом. Уверен, для него это первое празднование победы. — произнёс он, повернувшись к сопровождавшему.

По мере того, как… Ричард скрывался в тени второго этажа, его статная фигура как будто прогибалась под огромным грузом, громоздившимся ему на плечи.

— Господин… мистер Энсин? а… — Я снова наклонил голову. В ответ на что солдат рассмеялся. А старый маг ухмыльнулся в бороду.

— Ну, если коммандер дозволил, маленькому мейсу, — тут засмеялся уже Арктус, — обращаться к нему Ричард, то меня можешь звать просто Чарли. Энсин — это звание. — закончив фразу, видимо, офицер вопросительно воззрился на Мейстера Арктуса.

— Мейси. — досмеявшись, произнес маг. После чего Чарли начал активно краснеть. Судя по всему, от смущения.

— А коммандер?..

— Он тоже не понял. — теперь уже Чарли улыбнулся.

— Но как?

— Будем честными: если бы не необходимость осмотра, я бы тоже не особо догадался.

— Сука, можно мне объяснить нормальным языком, в чём, блядь, дело?

Ммм, выражение лица Чарли было просто незабываемым.

— АХАХАХАХХА! — в голосину заржал Северин. — Ну, Рори никогда не была любительницей… Скажем так, этикета. Какая мать, такие и дочери. — Северин снова начал косплеить коня. А глаза Энсина — снова округляться.

— Та самая Рори?

— Да, Юноша, та самая. — взгляд Чарли как-то неуловимо изменился. Если раньше это был взгляд… дружественный, что ли, то теперь же в нём было восхищение фаната, прикоснувшегося к кумиру. — Энсин, я вижу, вам не терпится поделиться этим знанием с сослуживцами. Мы к вам скоро присоединимся.

Как только Чарли отошёл на пару метров, я спросил Мейстера.

— Рори?

— Мама Айрин.

— Вы её знали? Она чем-то знаменита?

Мейстер как-то замер.

— Прошедшее время… Ты сказал это в прошедшем времени. — нахмурившись, протянул старый маг.

— Я, в общем… Когда мы дрались с Айрин… Она хорошо так меня приложила, и я вспомнил…

— Вот, значит, как. Она действительно была последней из первого поколения. Это… Пожалуй, сегодня и мне можно выпить.

— Значит, вы пересекались?

— Половину Большой Войны вместе прошли. — с грозного мага на мгновенье слетел его уверенный флёр, и он показался обычным уставшим стариком. — Эх. Какая же дура.

— Мейстер? — маг мгновенно собрался. — Чем она прославилась?

— Кроме огромной боевой эффективности в партизанской тактике и истреблении эльфийской знати? — Северин немного посветлел лицом, вглядевшись за пределы этой комнаты… и, наверное, времени. — Полным непринятием субординации, устава, этикета, а также концентрированной, непрошибаемой, абсолютной самоуверенностью. Ах да, и ещё, — он хмыкнул, — семиэтажными перлами, которые до сих пор ходят среди солдатни.

— А…

— Нет. — довольно резкий ответ.

— Ну пожалуйста. — подключаем глазки.

— Неет. — уже не так резко, хе-хе.

— Самое короткое. — ещё больше глазок.

— Хорошо. Хорошо. Да простят меня боги. — Мейстер Арктус вздохнул. — Трехпиздомандоблядское мудозвонящее уёбище, сортирными чертями в сраку выебаное.

— Сильно. — тут я снимаю воображаемую шляпу.

— Сильно. — старый маг снова слегка улыбнулся.

— А…

— Нет. Теперь точно нет.

А маг тоже умеет делать глазки. Только хмурые и серьезные.

— Так, а над чем вы смеялись?

— Ах да. Это стоит знать. Мейс и мейси — обращение к мужчине и женщине, не состоящим на военной службе и не являющимися магами.

Аааааа. Ну, видимо, в нашем отряде Ричард будет последним, узнавшим, что ваш покорный слуга — девочка.

— Мейстер и мейстрес — то же самое, но в отношении дипломированных магов. Есть ещё гросмейстер и гросмейстрес и то же самое с приставкой «гранд», но последние сто лет в повседневной жизни не используется. У военных половые различия не приняты: энсин, лейтен, коммандер, капитан, генерал. Есть еще некоторые группы, но они редкость.

— А благородные?

— Лет двести не в ходу, за исключением официальных приёмов. Все благородные либо маги, либо больше не благородные. Ладно, хватит киснуть в углу. Информация о «твоём» происхождении отрядом усвоена. Теперь тебе простят любые странности.

И мы подсели. Меня немного расспросили о бое, я давал поверхностные ответы. Постепенно внимание переключилось на Северина, начавшего травить байки из боевой молодости. А я смог спокойно впитывать манеру общения.

Вернувшись ночью в комнату, я обнаружил свернувшуюся Айрин, стратегически занявшую центральную позицию на моей кровати. Что ж, прилягу с краю.

Надо разобраться с системой.

Плюшку с коэффициентом в ловкость. Хотя можно и в удачу… Нет, лучше максить то, что и так развито, пока не упрётся в кап. Ловкость, судя по тому, что я выжил, хорошо себя показывает. Да и чтобы реализовать удачу, нужно быть способным это сделать. Ловкость этому должна способствовать… Если эта ловкость действительно ловкость…

Три очка характеристик на четыре стата… Кидаю два в ловкость. Дают плюс шесть, не обманули. Ну, и единичку в удачу.

Как-то куце. Хотя, возможно, нужно получить класс, и всё заиграет новыми красками, хе-хе.

Стоило схлопнуть интерфейс, как я тут же вырубился.

Интерлюдия 3

Будешь заходить в гости?

На столе казённого кабинета лежала папка с личным делом новоиспеченного офицера и приказ о его назначении в тринадцатый разведывательно-диверсионный батальон.

— Энсин. Приказ понятен?

Лицо молодого офицера выражало нечто диаметрально противоположное.

— Так точно, капитан.

— В таком случае, я не понимаю, почему бумаги о вашем назначении всё еще у меня на столе, а вы всё ещё здесь. — процедил хозяин кабинета.

Молодой офицер немного заторможено, будто во сне, протянул руку к бумагам, собрал их и на негнущихся ногах отправился к выходу. Вся его предыдущая жизнь была разрушена.

— Сын, объясни, как такое могло произойти? — в словах ухоженного человека в строгом костюме сквозило раздражение и желчь. — Ты представляешь, сколько времени и денег в тебя было вложено?

— Я… не знаю, отец. Я уверен, что по результатам экзаменов я в десятке лучших. Меня должны были распределить в стра…

— МОЛЧАТЬ! — припечатала женщина, в платье столь же вычурном, насколько костюм мужчины был строгим. — Ты представляешь, сколько стоило пропихнуть сына промышленной фамилии в лучшую военную академию? Это не считая всех репетиторов, книг и самого обучения.

— Не говоря о весьма скромных шансах на карьерный рост. — более нейтральным тоном продолжил мужчина. — Ты должен быть не в десятке лучших, а лучшим. Ты должен был получить право выбора назначения, Дик. — мужчина вздохнул. — Ладно, посмотрим, что можно предпринять.

— Дорогой, у нас встреча с Левантайном.

— И вправду, — произнёс мужчина, взглянув на часы. Переведя взгляд на молодого офицера, он спокойно произнёс. — Не вздумай умереть, Дик. Это непозволительное расточительство.

Пара чопорно покинула помещение, оставив замершего молодого человека в одиночестве. Он ещё несколько минут всматривался во что-то невероятно интересное у себя под ногами, после чего резко поднял голову и покинул помещение.

— Отличные оценки, малец.

Перед молодым офицером сидела кацианка и просматривала его документы. Он её ненавидел. За то, что подобные ей были созданы эльфами. За совершенство, которым они обладали, будто в насмешку над обычными людьми. За то, что они показали людям, насколько те слабы. Феровы[Р1] пробирочные монстры.