S-T-I-K-S: Эксельсиор (СИ) - Синякова Екатерина - Страница 1

S-T-I-K-S: Эксельсиор

Часть I: Форсинг.

Октагон

«Ничья? Нет. Эту партию мы проиграли, когда оказались по разные стороны "стола". Кем мы стали? Соперниками? Вряд ли это слово в полной мере может передать неприглядную действительность. Врагами? Уже горячее. Докатились. И что будем делать теперь? Разорвем кровные узы и превратим друг друга в фарш, чтобы потешить самолюбие предводителей отрядов рейдеров, развязавших войну задолго до нашего появления в Улье, или пошлем всех к черту и продолжим путь рука об руку? Есть ли у нас выбор? Осталось ли в тебе хоть что-то от человека? Матово-черная пустота, вытеснившая блеск жизни из твоих глаз, лишает меня надежды. Больно».

Тогда.

Костя Агапов прислонился спиной к прохладному кафелю и достал из стоявшей на столике дорожной сумки телефон, но позвонить младшему брату боец не успел: на плечо Кости легла теплая ладонь заглянувшей в мужскую раздевалку миловидной шатенки.

— Слей бой, — смущенно опустив взгляд, попросила незнакомка.

— Иди лесом, — отстранившись от гостьи, ответил ровным голосом Агапов.

Шатенка пожала плечами и произнесла с придыханием, продолжая кокетничать:

— Как знаешь… Я тебя предупредила, — тон незнакомки располагал, но в ее словах плескался яд.

— Тебя подослал Филин? — холодно спросил боец.

— Этот разговор — моя инициатива. Я огребу не по-детски, если начальник узнает о нашей встрече, — призналась шатенка. — Не выдавай меня, красавчик!

— Беспокоишься обо мне? — Костя смутился даже и уточнил: — Почему?

— Ты мне понравился, — незнакомка тепло улыбнулась, достала из кармана мобильник и сфотографировала бойца.

— Что ты делаешь?! — возмутился Костя.

— Фотография нужна мне, чтобы не забыть черты твоего лица. Буду визуализировать тебя по утрам, — шатенка расстегнула молнию на своих облегающих стройные ноги джинсах и, «засветив» атласное белое нижнее белье, застегнула ее, а после добавила с воодушевляющей ухмылкой: — Если ты понимаешь, о чем я?!

Незнакомка покинула раздевалку. Она задержалась возле дверного проема и картинно обернулась, чтобы продемонстрировать бойцу заинтересованность в продолжении общения с ним.

Агапов взглянул на экран своего телефона и начал искать в журнале вызовов номер брата, Костя хотел услышать голос этого сообразительного пацана перед финальным выступлением, но не вышло, так как в комнату заглянул помощник распорядителя боев и сообщил, что пора идти. Агапов коротко кивнул, убрал телефон в сумку и, поправив съехавшую с правой руки старую снарядную перчатку, направился к окруженному толпой посетителей октагону. Костю и Игоря Лимарева, лучшего бойца Филина, заперли в клетке. Последний бой начался.

***

Когда Игорь Лимарев поднялся на покрытый канвасом пьедестал, его фанаты, сделавшие запредельные ставки, взревели и окружили восьмиугольную клетку. Лима сдержанно улыбнулся, кивнул посетителям, выражая свою признательность тем, кто пришел на него посмотреть, а потом медленно перевел взгляд на забравшегося в октагон соперника — Костю Агапова. Раздражающий треп ведущего затих. Мужчина передал микрофон помощнику и закрыл дверь конструкции, «отрезав» бойцов от царившей в главном зале клуба суеты. Мир для Лимы и чужака сузился до размеров загона, в который они угодили, чтобы потешить самолюбие толпы и неплохо заработать.

Из глаз Игоря исчез игривый блеск, улыбка сползла с лица бойца Филина, Лима принял боевую стойку и прищурился, он просчитывал возможные варианты развития событий и изучал соперника. Костя тоже отказался от ненужных эмоций, он был расслаблен и уверен в себе, это сильно настораживало и дезориентировало Лиму. Он наблюдал за боями, в которых этой ночью участвовал чужак, но «прочитать» Костю не смог: Агапов каждый раз менял стиль борьбы или комбинировал абсолютно несочетаемые техники, действия чужака были хаотичными и нелогичными; неизменным оставалось лишь одно — Костя всегда одерживал победу.

«Игорь — профессиональный боец, я самоучка. Если буду предсказуемым, он меня уделает», — решил Агапов.

Костя сделал выпад вперед — Игорь уклонился. Для Лимы такое положение вещей было непривычным, так как обычно именно он вел в «танце» и заставлял соперников отступать и осторожничать. Нападки со стороны Агапова не прекращались, движения чужака были размашистыми, удары — дерзкими, а скорость — невероятной и возрастающей. Костя не боялся выдохнуться: он форсировал события и сгустком обжигающей энергии метался по октагону, не давая Игорю опомниться и перехватить инициативу.

Лима поднырнул под руку Агапова и перебросил чужака через плечо, Костя успел сгруппироваться, он кубарем прокатился по полу и врезался в стойку «клетки». Не поднимаясь на ноги, чужак сделал кувырок назад и сбил Игоря. Возня на канвасе не продлилась долго: Лима сорвал болевой захват, который пытался провести подмявший под себя бойца Филина Агапов. Игорь оттолкнул Костю и, подскочив с пола, принял боевую стойку. Чужак тоже выпрямился и пошел на сближение с соперником. В яростном исступлении бойцы обменивались ударами, развлекая остервенелую толпу.

Представление затянулось. Своим агрессивным и динамичным «танцем» Костя очаровал посетителей, Игорь тоже невольно засмотрелся на вылившуюся в стремительные и непредсказуемые действия агонию, в которой бился не имеющий права проиграть чужак, и пропустил удар, предрешивший исход зрелищного и жестокого боя: Лима упал на помост и зажмурился, тело бойца Филина мелко подрагивало от перенапряжения, а рот открывался и закрывался в немом крике.

Ведущий забрался в октагон и объявил Агапова победителем. Костя заметил привлекательную шатенку, обещавшую «визуализировать его по утрам»; прильнув к сетке конструкции, девушка неодобрительно качала головой.

***

Агапов забросил снарядные перчатки в сумку, накинул белую футболку на мокрое от пота тело и позвонил брату.

— Костя? — сонно пробормотал ответивший на вызов подросток.

— Привет, мелкий, — боец улыбнулся и сообщил: — Скоро я заберу тебя. Документы на оформление опеки собраны. Мать обещала не оспаривать лишение родительских прав…

— Ты пытаешься от нее откупиться, — перефразировал брат с упреком и напомнил: — Мать заберет твои деньги и благополучно позабудет об обещании, которое дала тебе. Сейчас она не пьет, потому что у нее нет такой возможности. Если ты влезешь и проспонсируешь мать, она сорвется.

— Ты жалеешь эту женщину? — Агапов грустно усмехнулся.

В комнату заглянул помощник распорядителя боев, но боец не обратил на него внимания.

— Я не брошу мать. Без меня она пропадет, — подтвердил подросток.

— Ваш выигрыш подготовлен. Андрей Григорьевич Филин ожидает вас в своем кабинете, — обратился к Агапову подчиненный Филина.

— Тебе нужно идти? — спросил услышавший слова помощника распорядителя боев младший брат.

— Да, — ответил боец.

— Береги себя и не беспокойся обо мне, Костя, — попросил подросток, зевая. — Я справлюсь.

— Бывай, малой, — разговор с братом выбил Агапова из колеи: все, что боец сделал для того, чтобы достать деньги, потеряло смысл. Костя отключил мобильник и последовал за подчиненным Филина в кабинет владельца бойцовского клуба.

***

Туман только начинал сгущаться. Его растопыренные мертвенно-бледные «пальцы» неспешно тянулись к утратившим бдительность и здравомыслие жертвам. Напряжение, вызывающее во всем теле ломоту и заставляющее волоски на коже подниматься, повисло в воздухе, превратив его в приторный кисель, в котором, подобно неразумным мухам, барахтались охваченные паникой люди.

Сейчас. За час до того, как все пошло… под откос.

Тот, кто пришел с улицы, чувствовал себя хозяином октагона, а опытные бойцы местного разлива были в «клетке» лишь его нежеланными гостями, которых наглый и бесстрашный чужак очень быстро выпроваживал с присвоенной территории, отправляя бойцов в нокаут.