Потапыч (СИ) - "Cyberdawn" - Страница 27

Додумать мысль я не успел: с боковой дороги вылетела… пролётка, запряжённая железным конём, намного меньше «рельсового» гелеакулюса. Скорость у этой конструкции была километров под пятьдесят в час, вот только от вагона к пешеходной дороге шли люди, а телега выкатилась «с поворотом». В общем, как мне показалось — сейчас будет месиво. Но погонщик пролётки каким-то чудом справился: от пролётки шибануло магией одарённых, конь, выбивая из мостовой каменную крошку и снопы искр, погасил часть скорости и сменил направление. Но пролётка инерцию не потеряла, сдвинув коня с места и начав вращаться вместе с конём друг вокруг друга, летя практически на меня. Ну а я посчитал, что выполнять роль дорожного отбойника недостойно почтенного видома, так что ловко отскочил с траектории транспортного средства.

Прохожие тем временем почти бегом расчистили улицу от своего присутствия. А пролётка долбанулась о стену дома, завалилась на бок и завалила коня. Из пролётки выскочила женщина средних лет в довольно богатой одежде и, к моему удивлению, с короткой саблей на поясе, несмотря на платье. Твёрдо встала на ноги (владеющая, оценил я как свои ощущения, так и практически невозможную для обычного человека координацию и пластику), дождалась, когда кучер поднимется на ноги, и начала его многоэтажно… ругать. Почти без мата, но именно многоэтажно и чертовски обидно (для ругаемого, само собой — я с интересом вслушивался и запоминал — не помешает).

— Почтенная госпожа Франса, вы же сами велели побыстрее… — с поклоном промямлил кучер, вклинившись в паузу в ругани.

— Естественно, велела, я и так опаздываю в Собрание… Ну да и хер с ним, — махнула она рукой. — Что стоишь, Карц⁈ Поставь пролётку на колёса!

— Исполняю, — вздохнул кучер и потопал корячиться с железным конём, индиффирентно валяющемся на боку.

Очевидно, подняться на ноги самостоятельно эта конструкция не могла. Но и Гранц, пыхтя и надрываясь, тоже вряд ли бы смог поднять эту железяку. Но усилия прилагал, тогда как эта Франса стучала себя перчатками по бедру и нетерпеливо топала ногой. Наконец, она с раздражённым видом огляделась, увидела наблюдающего меня в стороне и выдала:

— Эй ты, любезный! Да, я к тебе обращаюсь. Ты здоров, помоги моему кучеру, за помощь вознагражу!

Михолаповская память буквально встала «на дыбы», в плане послать нахалку на разные буквы, а возможно, и ударить, но я эту память послал. И молча потопал к железному коню. Понятно, что эта дамочка просто не почувствовала во мне владеющего, по одежде — хрен поймёшь, а на «мелочи» типа осанки и манеры себя держать просто не обратила внимания из-за нетерпения и раздражения.

Ну и «помогать» я стал не из-за тупого альтруизма. Эта фифа выдала «за помощь вознагражу», ну а что видома «вознаграждать» надо будет не мелкой монеткой, как она рассчитывала — меня вполне устраивает. Так что дотопал я до коня молча, ухватил его за бок и, с натугой, но вполне посильной, перекатил на ноги.

— Э-э-э…. — зависла дамочка. — А вы кто, уважаемый?

— Сами представиться не желаете, почтенная? — приподнял я бровь, отряхивая руки.

— Я — Синта Ролво, владетельница рода Ролво, — сделала она гибрид книксена и поклона, придерживая шашку на поясе.

— Видом Михолап Потапыч, — коротко кивнул я.

— Прошу простить, почтенный, не… — замялась дамочка, решив не говорить что она подумала. — Мои благодарности вам, почтенный видом. На этом позвольте распрощаться — опаздываю, вынуждена покинуть ваше приятное общество…

— Не позволю, почтенная владетельница, — кротко улыбнулся я. — Вы изволили говорить о награде.

— Я… ошиблась, почтенный… Хорошо! Что вам угодно⁈

— Я первый раз в Золотом, у меня есть вопросы про город, почтенная. Ответы в качестве вознаграждения меня вполне устроят.

— Всего-то, — с облегчением фыркнула напрягшаяся было дамочка. — Извольте пожаловать в экипаж, почтенный видом, — деловито продолжила она.

Понятно, что подумала, но мне нахрен не надо: и старовата, и вообще с владеющей требовать секс или что-то такое в качестве награды… Ну всё, мне известное, говорит, что вероятность, что меня прирежут, больше пятидесяти процентов. Если не после требования такой оплаты, то в процессе отдачи долга уж точно.

Правда, с источником информации я оказался несколько в пролёте. На невинное «мадам, как пройти в библиотеку?» дамочка лупала глазами, щёлкала клювом, назвав разве что храмовую, Золотого Пантеона.

— И всё? — уточнил я.

— Ну я же не ремесленница-одарённая, видом! — оскорбилась она. — Не хватало мне ещё тратить время и портить глаза за этими глупыми книгами! Вот, кстати, — указала она на роскошное пятиэтажное здание, к которому подъехала телега. — Собрание владеющих в городе Золотом. Плюньте на эти книжонки, видом, сегодня собирается очень интересная гулянка…

— Не интересно. Жаль, что вы не в курсе, владеющая, — ровно ответил я.

— Почтенный, если позволите? — вдруг в спину произнёс кучер.

— Позволяю.

— Книгохранилище во владениях Рода Лидари содержит вами названное, — произнёс парень. — И владетелям, наравне со служивыми одарёнными, доступ внутрь открыт до темноты.

— Благодарю, — кивнул я через плечо.

И потопал в сторону, в которую кивал парень: высоченные башни в центре города были прекрасно видны ещё от реки, ну а точное место я уточню, как подойду. Кстати, довольно занятно, но от этого «сельского клуба владетелей», да и от нескольких точек общепита (я по вывескам догадался, проявив недюжинную наблюдательность и когнитивные способности), доносились очень знакомые запахи. Не Михолапу, а мне с земли: кофе и шоколад, нюх териантропа прекрасно эти запахи выцеплял даже с большого расстояния.

Хотя вопросов, конечно, появилась тьма. Может, эта Синта — тип «блондинка из анекдота», не слишком распространённый среди владеющих в Золотом. Но что-то мне подсказывает, что пренебрежение владеющих книгами и печатным словом вещь общераспространенная. Что странно, ну да и чёрт с ними, разберусь со временем.

А вот дворец, с парками, металлической оградой и массой башен — впечатлял. Как и стража: именно владеющие, в изукрашенных чеканкой и барельефами кирасах, с пистолями, саблями и какими-то длиннодревковыми пиками-топорами, типа алебард.

— По какой надобности… — начал было преградивший мне путь страж, уткнувшись носом в развёрнутый пергамент. — А-а-а, будущий соратник, — улыбнулся он, переведя взгляд на меня, да и прочие стражники заметно расслабились. — Воевода Серпент в воинском крыле владения, почтенный. Это вон та башня, — указал он на одно из зданий, — Вам надлежит посетить его, принести клятву…

— Погодите, уважаемый, — прервал я типа, удивлённо и вопросительно уставившегося на меня. — Как пройти в библиотеку?

— Э-э-э…. ы-ы-ы… Чего?

— В библиотеку корифея, уважаемый, — терпеливо уточнил я.

— А-а-а… — недоумевал он, переведя взгляд с меня на других стражей.

— Вроде в академическом крыле, — неуверенно озвучил один из стражей. — Вон там, — тыкнул он рукой в другое здание, которое я еле видел из-за расстояния.

— Тогда я туда. Пройти могу?

— Конечно, почтенный, но… зачем вам в это место? — поинтересовался страж.

— Сие тайна великая, только видомам известная, — честно соврал я.

И потопал через пустынный парк к библиотеке. Ну а то, что мой потенциальный начальник недалеко — только плюс.

14. Библиотечная лира

Парк был довольно симпатичный, с мощёными дорожками, скамьями, цветочками всякими и даже плодовыми деревьями, которые вполне себе плодоносили. Я даже какой-то вкусно пахнущий фрукт цапнул — что-то среднее между грушей и айвой, с кислинкой. Вполне сносный фрукт. Ну а что какие-то девицы на скамейке захихикали — я просто проигнорировал. На деревьях надписей «корифейские фрукты не жрать, их корифей сам все сожрёт» не было, я дерево вблизи оглядел.

А «крылья» были расположенными вокруг центрального здания четырёхэтажными блоками с башенками, однотипными. Правда, с барельефами «в тему». По крайней мере, мимо воинского крыла я прошёл — и там всякие батальные сцены, мордобой и врагов повержение. А на «академическом», к которому я направлялся — морды, преисполненные значимости и мудрости, свитки, схематичные солнце и луна со звёздами… Правда, от барельефа с луной на меня… может, и показалось, но появилось ощущение ехидного и раздражающего взгляда. Так что юркнул я в широкие ворота библиотеки, от греха.