Отблески Тьмы - Иващенко Валерий В. - Страница 99

Первой отозвалась Похоть, и от одного вида её сладкой улыбки хотелось сделать что-нибудь хорошее. Полюбить кого-нибудь, например. Много-много раз… Во вспышке пламени ступила она из небытия на истерзанную, курящуюся ядом землю.

- Я с тобой, малыш - и клянусь адом, ты сделал хороший выбор!

Зависть и Жадность переглянулись - и странно оказывалось видеть, как они пожали плечами.

- В тебе нет ничего общего с нами. Но пожалуй, стоит всё же попробовать. Утереть нос остальным? Да, это стоящее дело… Хех, приказывай, повелитель - пришла пора великих дел!

Неисповедимы пути человеческой души - да и не только человеческой. Иной раз так завьётся прихотливая тропочка, что только впору подивиться. А всё же, ведёт она куда-то, и любопытство идёт вслед за нею. Что же там, за поворотом? Посмотрим-посмотрим…

В тот час, когда притомившееся за день солнце лениво почёсывало бока о макушки дальнего леса и подумывало завалиться за них да подремать - после хорошей работы оно не грех - в тот час всякие странности и начались. Вернее, не то чтобы начались… продолжились - а забегая вперёд, добавим, что вовсе на том и не окончились.

Началось всё с того, что серьёзный аж до бледности Болек предложил своё копьё воина эльфке. При виде гоблина, на полном серьёзе ставшего перед перворождённой на одно колено и положившего в пыль под её ногами своё верное оружие, окружающие не раз старательно проморгались, протёрли глаза да ещё и ущипнули себя прилежно. Да вот только, зрелище от того не изменилось - зелёный гоблин с побледневшими от волнения и решимости ушками преклонился перед Хэлль и затаив дыхание, ждал своей участи.

Говоря между нами, у той изрядно трещала голова после орковской терапии. Хоть она и поспала немного под присмотром Клёна, но коварное и сладкое эльфийское вино ещё не выветрилось из её прелестной и вовсе не слегка ветреной головки. Однако, таковое происшествие, когда гоблинский оболтус вдруг преклоняет пред тобой колено и вслух называет Тёмной Госпожой, кого угодно выведет из меланхолии.

Хэлль беспомощно оглянулась. Арриол стоял в сторонке, обнимая таким чудным образом прибывшую светлую магичку, и радостный румянец ещё блуждал на её щеках. Ревновать эльфка даже не подумала - и не только потому, что таковое было просто ниже её достоинства. Но что-то такое за сердце всё же легонько ущипнуло… однако парень легонько дёрнул плечом - решай сама.

- Послушай, Болек, - эльфка осторожно облизнула пересохшие губы. - Если сир рыцарь позволит, я и дальше пойду за ним. Невзирая на… маменьку. И служба мне это прежде всего служба ему.

Чтоб у этих перворождённых уши в трубочку свернулись! Опять эта эльфя смешала в кучу грешное с праведным да упаковала в одно кучу смыслов - но Болек понял. Уж служба такому рыцарю неплохо мозги прочищает.

- Я знаю, госпожа - потому и верю вам, - против ожидания, глаза у гоблина вовсе не выглядели как у побитого пса. Напротив, серьёзный до невозможности Болек не отвёл взгляда, и Хэлль с тихим негодованием признала - в глубине души она уже всё для себя решила.

С тихим шорохом шепчущейся с ветром листвы, с терпкими ароматами напоенных зноем степных трав, выплелись в шорохе невыпавшего дождя слова древнего языка. Дальними зарницами на тёмных облаках вспыхнули неведомые письмена, с тем чтобы сладкой капелькой майского мёда растечься по кончику язычка…

- Спасибо, Госпожа, - расчувствовавшийся гоблин размазал по чумазым щекам слёзы и первым делом приложился облобызать эльфячью ручку.

Рассердиться на это зелёное чудо Хэлль решительно не нашла в себе никаких сил. Улыбнулась печально, взъерошила гоблину волосы и приказала для начала вымыться. Тот просиял, от избытка чувств подпрыгнул на месте и с гиканьем помчался к озеру.

- Эй, водяницы! Госпожа приказала постирать меня! - да уж, судя по сразу поднявшейся вокруг Болека весёлой суматохе, процедура там наметилась серьёзная…

Но когда это было, чтоб один брат лез поперёд другого и становился главнее? Да ни в жисть! И Лёлек, залихватски хряпнув для храбрости ковшик ключевой воды, утёр рот и бухнулся в пыль перед Селеной.

- О моя Светлая Госпожа… - он едва не задохнулся от избытка чувств. И такой восторг светился на этой неприкаянной физиономии, так сияли надеждой эти гоблинские глаза, что от хохота чуть не покатился даже степенный Тролль.

Надёжные и такие уютные объятия Арриола нехотя распахнулись, и обомлевшая Селена неожиданно для себя оказалась одна-на-один с коленопреклонённым гоблином. Вот это влипла, тысяча морских чертей…

- Бывают решения, которые можешь принять только ты, - шепнул ей парень, и юная волшебница легонько поёжилась.

- Я же никак не древнего рода, - жалобно она попыталась ещё отнекиваться, но отвертеться ей всё-таки не дали. Рыбацкая принцесса, кстати, было ещё не самым обидным прозвищем, прозвучавшим сегодня в её сторону…

Медленно и торжественно слетали с губ слова древней клятвы Морских Королей, которую в рыбацком посёлке знал каждый - уж передаваемые из поколения в поколение сказания о старых временах там знали наизусть. А когда Селена один раз запнулась от нехватки воздуха, водяница от озера подсказала ей… и вот настал тот миг, когда Лёлек тоже стал не просто наёмником, а солдатом на службе госпожи.

И тоже оказался допущен к ручке, хоть и с ворчанием.

- Понял-понял, - просиявший гоблин от избытка чувств кувыркнулся и тоже вприпрыжку помчался к озеру.

Селена задумчиво повертела в руках оставленное солдатом дрянное кривоватое копьё, покосилась на почти такое же в руке эльфки, и вздохнула.

- Гном, сделаешь ему настоящее? Я добавлю в оружие кое-чего… во что мне твоя работа обойдётся? - да и Хэлль, кстати, поддержала просьбу и тоже заказала копьё для Болека.

Однако бородачи, когда надо, соображают не хуже нас, да и речь умеют вести как надо. Оттого Лоин в весьма велеречивых выражениях ответствовал, что почтёт за честь сработать оружие под руководством прелестных дам. Заодно и поучиться кое-чему - ведь обе госпожи добавят туда чего-нибудь волшебного? В общем, ухмыляющийся в бороду гном едва не получил по шее за чересчур длинные и подхалимские речи, и отправился подбирать железо да дерево.