Астерий. Дилогия - Эрли Моури (СИ) - Моури Эрли - Страница 102

– А ее не надо обманывать. Можешь ей честно сказать, что ты сделал это со мной. И это будет справедливо, ведь я знаю, что приехал ее муж, – шепот вампирши, сейчас был похож на шелест листьев и задевал какие‑то особые струнки души. Лаская мой член, она продолжила: – Ее муж, который давно ее не видел. Представь, что сейчас Малгар делает с ней в постели? Представил… Но гораздо больше тебе нравится то, что делаю я.

Она сжала мою твердь, подергивая ее, и я зарычал, от острых и диких ощущений. Член судорожно забился в ее ладони, стреляя горячими струями семени.

– Вижу, ты в восторге, Райс. Ты теперь доволен, а я – нет, – сказала Флэйрин, вытирая руку о мою одежду.

– Прости, Флэй. Так вышло и сегодня, увы, именно так, – я поцеловал ее в губы.

Вампирша отвернулась, явно недовольная моими словами, как и моими действиями.

– Флэй, не сердись. Пойми, у меня есть свои принципы. Независимо, приехал ее муж или нет, она остается моей любимой женщиной, – я направился к реке и уже на берегу, присев на корточки, обернулся к вампирше и сказал. – Ты же с самого начала знала, что я с ней. Здесь просто нет повода для обид. А ты… Ты мне очень нравишься. Для меня ты в самом деле принцесса.

– Как это трогательно. Но сейчас я чувствую себя не принцессой, а маленькой девочкой, которой дали конфетку из сладких слов, – она подняла голову, глядя на голубую луну. С минуту молчала, потом сказала: – Ты упустил свой шанс с принцессой. Думаешь, я настолько доступна, что меня легко получить в любое время? Нет, Райсмар. У меня было сегодня именно такое настроение. И я не уверена, что с тобой оно когда‑то вернется. Это знаешь, как вспышка горючего порошка алхимиков. Бах и все – больше нет ничего.

Я промыл край камзола и руки. Встал. Подошел к ней сзади, положив руки на ее бедра.

– Флэйрин, пожалуйста, не сердись, – я поцеловал ее в шею, лизнул как это делала она.

– Давай, укуси еще, – произнесла она, откидывая серебристые волосы рукой.

– Хочешь еще моей крови? – я втянул ее кожу губами – она вздрогнула от удовольствия. – Могу дать больше. Сколько ты хочешь? Для тебя не буду жадничать.

– Я хочу, чтобы ты полюбил меня, – произнесла она, подставляя моим губам шею. – Знаю, что это будет очень сильно, как у меня не было еще никогда. И я… – она замерла. – Я уже люблю тебя.

Конечно, она лгала. Даже флюиды Астерия не могли столь быстро зажечь пламя в холодном сердце вампирши. Она играла мной. Хотя я не был в этом уверен.

Стоя так, прижавшись друг к другу мы молчали. Я чувствовал стук ее сердца, придерживая ладонью ее левую грудь. Стук сердца вампирши совсем не похож на биения сердца людского: в груди Флэйрин оно вздрагивало редко, судорожно.

– Ладно, давай свой подарок, – сказала она, убирая мою ладонь со своей груди.

– Он не материальный. Подарок в том, что я научу кое‑чему. Думаю, это окажется гораздо полезнее, чем какая‑то дорогая побрякушка, – я отпустил ее.

– Научи, – ее голос стал бесцветным, она по‑прежнему смотрела на луну.

– В тебе есть кое‑какие магические таланты. Я хочу немного развить один и научить полезной магии. Согласна? – я перенес часть внимания на тонкий план.

– Давай, Райс, учи. А то я останусь сегодня голодная и могу сыграть не по твоим правилам охоты, – она повернулась ко мне, голубизна в ее глазах стала холодной как лед.

Она по‑прежнему оставалась принцессой, только теперь неприступной, полной безразличия. Какая разительная перемена лишь за несколько минут!

– Флэй, твои глаза прекрасны, но закрой их сейчас, – попросил я. – Смори как бы внутрь себя. Я сейчас укажу на одну важную область в твоем ментальном теле и помогу ее связать с магическим шаблоном. У тебя есть все данные, чтобы этот шаблон заработал. При чем он будет работать лучше, чем у меня. Называется он «Усы Тигра». Давай, детка, смотри в себя!

Я направил немного энергии на оранжевое пятнышко в ее ментальном теле, делая его намного ярче других.

– Сюда, смотри сюда, Флэй, – призвал я. – Видишь?

– Да, – сухо отозвалась вампирша. – Теперь прочувствуй это место в себе. Погрузись в него вниманием, – я дал ей пару минут, потом спросил: – Что ты чувствуешь?

– Легкость и волнение. Волнение, как при охоте, когда добыча может сбежать, – ответила она с чуть большим интересом.

– Отлично. Теперь выйди отсюда. Открой глаза. Снова закрой и найди это место сама, без моей помощи, – я пока не выходил из второго внимания, но снял подсветку с оранжевого пятнышка, видя, как оно изменилось. Из него выросли тонкие нити ментальных связей, а значит, Флэйрин делала все правильно.

– Молодец, Флэй. Ты очень способна, – я едва не сказал: «так же, как и Ольвия», но вовремя осекся. – А теперь снова найти эту область в себе, дай ей название «Усы Тигра» – я помогу закрепить его как название магического шаблона. Название важно, потому что с ним ты можешь переходить в это состояние намного быстрее, не погружаясь в себя.

Я потренировал ее минут десять, и когда понял, что Флэй готова, предложил ей испытать «Усы Тигра» так, словно вампирша вышла на охоту. Это занятие ей понравилось куда больше. Почти мгновенно она исчезла в прибрежных кустах. Появилась лишь тогда, когда я позвал ее и начал искать, направившись вверх по течению Весты.

– Мне нравится, Райс! – воскликнула Флэйрин, часто дыша и поправляя взлохмаченные волосы. – Я стала быстрее, наверное, раза в два. Может быть я стала самой быстрой в нашей стае. Но этого, слишком мало, чтобы я простила тебя.

– Что я должен сделать еще, Флэй? – я попытался ее обнять, но вампирша ловко вывернулась из моих рук.

– Пусть тебе подскажет твое сердце. Я же больше не дам подсказки ни одной, – ответила вампирша, когда она это говорила, я пытался разглядеть хотя бы тень улыбки на ее лице, но ее не было.

По берегу Весты мы добрались до Железного моста и там свернули к Южному рынку. Намеренно пошли безлюдной улицей, где вряд ли можно было столкнуться с городской стражей. Стражников не опасалась ни Флэйрин, ни я, но таких улочках гораздо чаще нападают грабители – именно они были нашей целью. Не доходя жертвенника Волгарта, Флэйрин остановилась, схватив меня за руку. Минуту‑другую она вглядывалась в темноту улочки, потом сказала:

– Райс, я хочу к твоим правилам охоты добавить свои. И даже это требую. Согласен?

– Скажи, какие? – спросил я, пытаясь разглядеть, что же там рассмотрела вампирша впереди. Мне виделась лишь улица, левую сторону которой слабо освещал краешек Мельды – большую ее часть скрывала набежавшая туча. Вторая луна и вовсе исчезла за облаками. Дело шло к дождю.

– Нет, я не скажу. Или ты трус? Ведь я приняла твои правила сразу, даже не выслушав их. Ответь мне взаимностью. Докажи, что ты, как и я готов рискнуть, – она ткнула указательным пальцем в ямочку на моем горле, и я почувствовал ее острый ноготь, хотя лучше сказать коготь.

– Скажи хотя бы в общих чертах. Флэй, в чем проблема? Мне интересно, что ты задумала, – я готов был рискнуть, я это делаю часто и люблю риск – он дает один из самых ярких вкусов жизни, однако я не люблю играть по чужим, тем более неизвестным правилам. Но, с другой стороны, Флэйрин была права: я ей как бы задолжал.

– Нет, Райс. Я скажу, лишь тогда, когда ты согласишься. Боишься? Ты же не трус. Могу обещать, что твое правило охоты будет соблюдено, – ее ноготок нажал сильнее, вонзаясь в ямочку в моем горле.

На северо‑западе, где‑то за дворцом Альгера сверкнула молния – на мгновенье в небе, рассеченном молнией, мелькнули черные силуэты башен.

– Так да или нет? – поторопила меня с ответом вампирша.

– Хорошо. С тобой я согласен на все. Похоже, ты берешь меня в плен, – шутливо признал я.

– Вот таким ты мне нравишься гораздо больше, чем Райс, разгуливающий за ручку с госпожой Арэнт. Сейчас ты сделал важный шаг, чтобы заслужить мою благосклонность, – она перестала вонзать коготок в мое горло.