Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кири Кирико - Страница 377

Но ЛиАЗ оказался не столь продвинутым, как я думал. Он на мгновение замер в такой позе, после чего его зад начал опускаться вниз, и автобус рухнул в яму. И я бы сказал круто, всё случилось, как и планировалось, если бы сейчас сам не сидел в этой же яме.

Браво! Аве Патрик нахуй. Я запер себя с больным автобусом.

Пока ЛиАЗ приходил в себя, я пытался забраться по стене наверх, но хрена там — зацепиться не за что. Тогда мой взгляд упал на сам автобус. А что будет, если я заберусь в него? Нет, ясно, что там дым и всё такое, но шансы же есть, верно? Или это портал в ад?

И пока я думал, лезть или не лезть туда, автобус очухался. И ему не понравилось то, где он оказался. Об этом автобус меня рёвом двигателя и оповестил.

— В смысле охуел, ты говна железного кусок! — оскорбился я. — Ты меня сбить пытался! Так что получи пизды и распишись!

В ответ ЛиАЗ газанул и обстрелял меня камнями и песком. Сука, с той скоростью, что они вылетают, это нихрена не слабо! Причём несколько особо острых камушков пробили мне кожу и застряли в теле.

Я поспешил уйти с линии огня и… в этот момент он дал задний ход!

Сука! Я успел кое-как отпрыгнуть и меня едва не распидорасило.

— Ты, чмо ебаное! Неудивительно, что тебя все ненавидят!

Рёв двигла в ответ.

— Кто любит!? Кто эти блять все!? Покажи мне их, а то я не вижу!

Я встал специально около бока автобуса. Ездить боком он слава богу не умеет, лишь сдавать вперёд и назад, но с длиной в почти во все одиннадцать метров в пятнадцатиметровой квадратной яме это сделать непросто.

Естественно автобус попытался меня переехать, но моё хитрое расположение не давало ему шансов достать меня. Он только и мог, что реветь мне в ответ.

— Кто эти люди, что тебя любят!?

Рёв двигателя.

— Где они есть!? В твоих влажных масленых мечтах на кровати!?

Рёв двигателя.

— Да лучше быть дрыщавым уебаном, чем жирным пассажирским автобусом, который представляет, что возит в себе людей!

Рёв двигателя.

— Да, считаю себя умным. И считаю, что многого добился! Я жив в этом безумном мире, где меня все хотели убить и сам мир показал мне средний палец!

Рёв двигателя.

— Да чот не видно, что тебя убить хотели. Ты вообще мастер пиздеть, как я погляжу!

Вот это автобуса реально обидело. Он перестал пытаться развернуться и задавить меня. Нет, он…

НАЧАЛ ПЕРЕВОРАЧИВАТЬСЯ НА БОК!!!

Я еле успел отпрыгнуть, когда ЛиАЗ рухнул на борт и заставил вздрогнуть землю. Зазвенели стёкла, затрещал и заскрежетал металл. Двигатель заревел. Автобус беспомощно закрутил колёсами.

— Да как же, достанешь, ага. Держи карман шире, — ответил я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

Остановился ли на этом автобус? Не-а, он продолжил переворачиваться, пытаясь меня задавить. А я, как умный человек, сразу с занял позицию у кормы, чтоб он не смог меня достать.

— И какого это, быть так близко и так далеко, автобус? — пнул я его по заду, а в ответ он только заревел и попытался меня вновь раздавить. Но тут вопрос о том, кто устанет первым. Хотя я могу его сразу отозвать, если у меня возникнет такое желание.

Вот так, кувыркаясь как собака он встал обратно колёса, рассыпав по земле стёкла, краску и… а что тут у нас такое? Я подошёл к заинтересовавшему меня предмету и поднял его с земли.

Да это же кукла Зина! Старая советская резиновая кукла Зина, которая ещё у моей мамы в детстве была! Я не видел их лет сто уже, так как до моего поколения они не дожили. Такие теперь хранятся или у кого-то в коробках на чердаке, или в музее. Остальное всё на свалке.

Офигеть.

— Эй, жирный-пассажирный! Ты кое-что уронил! — потряс я куклой, держа ту за ногу. — Ты чо там, в куклы играешь?

Автобус, не знаю, как он увидел её боком, взревел благим матом.

— Да хуй тебе отдам. Подойди и возьми, чмо!

Автобус начал биться задом и передом о стены, довольно резво разворачиваясь в мою сторону. Но даже так я смогу увернуться.

— Эй, скажи-ка, а где хозяйка этой куклы? Сделал то же самое, что и с остальными? Где твои пассажиры? С чего ты стал тем, кто возит людей в ад?

Автобус явно потерял тормоза, он разгонялся и врезался, сдавал полный зад, разбивая его о стены, и вновь по газам. Его рёв двигателя был настолько громким, что конкретно глушил меня.

— Можешь орать сколько угодно! Отвечай на вопрос, ведро на колёсах, где хозяйка? Или ты пассажиров живыми не довозишь?

Рёв двигателя.

— Как это, неправда? Где они? Умерли по дороге?

Рёв двигателя. Автобус вновь пытается протаранить меня.

— Кого ты довёз? Что ты сделал? Ты ебанутый маньяк убийца, который только и делает, что давит всех!

Рёв двигателя.

— Что нет!? Что нет!?!?!? Я тебе предложил мир, но ты хотел убить меня. Ты убил стольких людей и говоришь, что не убивал пассажиров!? И девочку ты тоже убил!? Переехал задними колёсами небось!?

ЛиАЗ взревел. Он не пытался сказать, просто ревел. Рёв не страшного монстра, который нёсся ко мне, но полный боли и страданий рёв старенького автобуса, уставшего и потрёпанного временем. Автобус на полном ходу врезался в то место, где должен был быть я, но мне удалось без проблем увернуться.

Был такой скрежет металла, что я засомневался, что переживёт ли он такой удар. Но ЛиАЗ выжил, хоть и смял весь перед. Автобус отъехал медленно назад. Все его стёкла были побиты, металл был изуродован, передние колёса были сдуты, и он словно волочился после такого удара. Сломленный автобус — не думал, что подобное увижу. Он отъехал задом к стене ямы и остановился.

Его фары помигивали, но теперь они не испускали страшного красного цвета. Это был обычны свет фар, который я привык видеть у нормальных автобусов, а не полоумных маньяков. Его двигатель тихо и грустно урчал, словно ЛиАЗ оплакивал потерянную куклу, которая была для него своеобразной ценной вещью.

Под его фарами начало скапливаться масло и стекать вниз. Создавалось ощущение, что автобус плакал. А если учесть, что там не проходят масленые трубки, то возможно он действительно плакал маслеными слезами.

Старый автобус плачет над куклой ребёнка, которую он потерял. Странное зрелище. Ещё и его чихающий рокот двигателя, словно он действительно плачет.

Я не знал, стоит подходить к нему или нет.

Блин, я даже автобус до слёз довёл. Мне даже немного становится жутко оттого, какой же я подонок.

— И? — начал я, подходя ближе. — Где все пассажиры?

Автобус в ответ лишь планомерно ревел двигателем, не спеша отвечать.

— А девочка? Хозяйка куклы? Где она?

Тут он слегка громче зарычал двигателем.

— Как это, никого не осталось? И в смысле, нет её? Она…

Автобус утвердительно рыкнул. А потом ещё и ещё…

Это была довольно короткая история без начала и конца. Лишь маленький отрывок автобуса ЛиАЗ, который ездил по своему маршруту и тогда ещё не обладал собственным сознанием.

Обычный, коих в его мире тысячи. Но именно его использовали для перевозки не только людей между остановок, но под заказ, когда надо было отвезти группу людей куда-нибудь. И кукла, которую я держал, принадлежала девочке по имени Маша. Обычный ребёнок в голубом летнем платье в цветочек. Это была её кукла.

Ключевое слово: «была».

А ещё с его слов я понял, что не только кукла была в его кабине. Там лежало ещё много вещей, но кажется именно резиновая Зина, как кусочек воспоминания, была для него самым главным.

Да уж, даже у автобуса есть своя история. Я посмотрел на раритет в своих руках, а потом на ЛиАЗ.

— Держи, — протянул я ему куклу. — Я просто хотел с тобой мира, не более. Хотел, чтоб мы действовали в одной команде, а не пытались убить друг друга.

Хоть фары и не двигались, я знаю, что он следит за мной. Я медленно, избегая траектории, по которой автобус может достать меня, подошёл к борту и закинул куклу обратно в салон.

— Скоро время закончится, и я отправлю тебя обратно. Я хочу, чтоб следующий раз ты был более адекватным. Так что будь добр, не пытайся задавить меня, иначе опять всё повториться.