Файролл. Петля судеб. Том 3 - Васильев Андрей - Страница 13

Ну да, не письмо, а сплошной вызов, круто замешанный на издевке. Скажу честно – кому-то другому я, конечно, такое писать не стал бы. Но в случае неврастеничной Элины подобные шаги не только оправданны, они просто-таки необходимы. Пусть злится, мне это только на пользу. Чем сильнее гнев, тем больше ошибок она совершит, причем, надеюсь, из числа тех, которые после можно будет пристегнуть к нарушению игровых правил. Уж я не поленюсь, каждый ее шаг в направлении моего клана взвешу, оценю и при мельчайшей возможности признаю годным для жалобы. Одно предупреждение у нее уже есть, глядишь, и второе за ним последует, а там и третье. И все – ее в пожизненный бан, клан на расформирование, а победа в войне автоматически достается «Линдс-Лохенам». Возможно, какого-то праведника и покоробят те кривые пути, которыми я собираюсь добраться до победы, но мне на это начхать. Нет у меня сейчас времени на дрязги с потенциальной родственницей, других дел полно.

Может, надо было ее все же тогда, осенью, отодрать? От меня бы не убыло. Ну или зимой, в Касимове, тогда тоже имелась возможность это сделать. Глядишь, она бы порадовалась, что сестрицу на повороте обошла, да и успокоилась. Или того лучше – нас с ней намертво рассорила, оказав тем самым и мне, и Вике немалую услугу. Сестра избежала бы массы неприятных моментов вроде недавней прогулки в недостроенный дом, а я вернулся бы к привычному мне беспорядочному образу жизни, о котором, если честно, все чаще и чаще ностальгирую.

Ладно, что думать о несделанном? Жизнь невозможно по новой прожить, так этот мир устроен.

– Отметился? – уточнила Седая Ведьма. – Надеюсь, не поскупился на яд? Наша девочка останется довольна?

– Думаю, что да, – подтвердил я.

– Вот и славно. Надеюсь, что и на этот раз ее самолюбие нас не подведет. Ну, что ты глазами лупаешь? Какое условие у следующего квеста? Что делать надо?

Я не стал тянуть и рассказал ей все, от и до. Ведьма усмехнулась, открыла портал и моментально нырнула в него.

– А мы? – удивленно произнесла Милли Ре и уставилась на меня, как видно ожидая ответа.

– Вы теперь мои, – ответил я. – Чего смотришь? Мы с ней поменялись, причем по-честному. Я ей тайну, она мне вас, кого на время, кого навсегда. Тебя вот, Милли, выпросил как раз по последнему варианту. Ни в какую отдавать не хотела, но я же разговорчивый, смог найти аргументы.

– Если не секрет – зачем? – уточнила девушка, которая, разумеется, ни одному моему слову не поверила.

– Сделаю тебя своей любимой женой. Ты красивая, умная, и кулак у тебя тяжелый.

– Любишь, чтобы было больно? – хмыкнул один из бойцов, стоящих рядом с Милли Ре.

– Люблю, – кивнул я. – Но только чтобы не мне, а кому-то другому, тому, кто мне не нравится. Мне тогда сразу радостно становится, и засыпаю вечером быстро.

– С доброй улыбкой на лице, – добавила Мысь, стоящая за моей спиной. – Наш лидер такой!

– Ладно, пошутили – и будет, – я приобнял Милли за плечи. – Вернется скоро ваш лидер, никуда не денется. А до той поры вы наши гости. Мысь, душа моя, а предложи-ка доблестным союзникам испить пивка! Оно ведь у нас лучшее во всем Файролле!

– Истинно так! – моментально сориентировалась смекалистая лучница. – Пошли в замок, гости дорогие, сами убедитесь в том, что мы говорим вам чистейшую правду.

– А то я там не была, – проворчала Милли, но все же отправилась следом за Мысью, продолжив на ходу: – И пиво ваше я пила. Пиво как пиво, ничего особенного.

В принципе так и есть, но играть всегда следует по заданным правилам. В замке Седой Ведьмы меня всякий раз принимали как родного, я не хочу от нее отставать.

– Так! – я хлопнул в ладоши. – Любезные моему сердцу сокланы, и для вас у меня есть приятная новость. В ближайшем будущем у нас состоится коллективный ивентик, причем из таких, которые не каждый день и не каждому клану выпадают. Нам предстоит стать участниками драмы класса «и брат пошел на брата». Нет-нет, никакой гражданской войны, просто семейные разборки со смертоубийством. Мы поддержим одного из братьев, за что в результате можем загрести неплохой такой куш. Дело будет происходить под землей, так что веселье гарантировано. Мне на подземелья везет, как туда сунусь, все какая-то дрянь случается.

– А, так вот ты о чем с тем бедуином разговаривал! – подал голос Шеркон. – Ну чего, отлично. Считай, на ровном месте коллективный квест заполучили!

– На сколько человек ивент? – поинтересовалась Фрейя. – Маги понадобятся?

– Ты с какой целью интересуешься? – уточнил я. – Просто непонятно. Тут ведь есть два варианта. У тебя какой – «может, без меня обойдетесь» или все-таки «без меня вам не обойтись»?

– Второй, – не подумала смущаться магичка. Она вообще в те моменты, когда ей что-то надо, перестает быть робкой и беззащитной – Мне нужно уровни поднимать, без них новые заклинания не получить. Так что я в деле.

– В деле, – подтвердил я. – Так же как Кро, Мысь, Слав, Вахмурка и Шеркон, это мое решение как лидера. Остальные оставшиеся восемь мест из пятнадцати распределят офицеры.

– Девять, – поправил меня Аскард.

– А меня ты в расчет не берешь, что ли? – возмутился я. – Или как?

– Так ты на квесте завязан, – пояснил воин, – чего тебя считать?

– Ну да, верно. – Мне стало немного неловко. – Устал, туплю.

И ведь не соврал. Правда устал. Я вообще как-то стал сдавать. Раньше вот сутками тут сидел – и ничего, а сейчас выматываюсь если не моментально, то очень быстро. Скорее всего, схватил я синдром накопившейся усталости, со мной такое случалось в прошлом. Лет десять или двенадцать назад впервые такое произошло. Я тогда себя жестко загнал, вернее, меня загнали. Мамонт столько работы одномоментно навешал, что аж хребет трещал. Я за себя работал и за Веню, который переборщил с расширяющими сознание препаратами и прилег из-за этого в надлежащую клинику. А после еще вместо Иволгина на Алтай поехал проводить журналистское расследование относительно сгинувших невесть куда туристов. До сих пор ту поездку вспоминать не хочу, как тогда уцелел – сам не понимаю. Алтай, доложу я вам, край прекрасный во всех отношениях, вот только если тебе там местные жители говорят, что куда-то не надо лезть, то обязательно стоит к ним прислушиваться. Это в твоих интересах.

По возвращении меня и накрыло. Слабость, путаные мысли, тоска на сердце, дрянь какая-то к коже прицепилась, я весь чешуйками покрылся, точно рептилоид, прости господи. И сны замучили. Такая жуть мерещилась, что я в какой-то момент стал бояться глаза закрывать, кофе литрами глушил. Спасибо коллеге по работе Маринке, она тогда выручила. Пришла, выслушала, поцокала языком, на следующий день приперла откуда-то три таблетки, зеленых, как листва весной, и пахнущих травяным сбором, после чего велела их пить по одной в день. Вернее – ровно в полночь, ни минутой раньше, ни минутой позже.

Не знаю, что за средство, но оно помогло. Через три дня кожа пришла в норму, заупокойная хтонь сниться перестала и вернулась связность мысли. Но все равно с тех пор время от времени меня накрывает такая усталость, что хоть ложись и помирай. Ненадолго, на несколько дней, но случается, как правило, в начале августа. Не так, как тогда, рожа паршой не покрывается, и сны, в которых я ищу и не нахожу выхода из какого-то старого темного дома, окнами смотрящего на болота, тоже не приходят, но все равно тоска накатывает просто жуткая. И всякий раз боюсь, что теперь этот морок меня точно не отпустит, а помочь мне просто некому, потому что Маринки, царство ей небесное, давно уже на свете нет. Как и Вени, сгоревшего от наркоты, и пропавшего без вести Иволгина, которого невесть зачем на далекую Амазонку понесло, и еще много кого из тех, с кем я когда-то работал. И от этого мне становится еще тоскливее.