Фактор Ясеня (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич - Страница 142

— Господа, вы знаете маршрут. Задача — доставить. С остальным справлюсь сам. Вы меня понимаете, полковник? — и взгляд в глаза самому старшему по званию безопаснику в соседнем закутке салона, где располагалось водительское место. Он скосил глаза на принцессу, словно ожидая от неё подтверждения. Девочка только довольно улыбалась, ожидая завершения игры. Ей нравилось, как я защищаю её от её же охраны, избавляя от плотного контроля каждого шага. Принцесса буквально кайфовала от этого. Вот уж не ожидал! Кого-то это мне напоминает… Одну Королеву, заставившую наедине делать ей эрогенный массаж… Чертовка была вся в маму, искусство провокаций оказалось их семейным коньком. — Полковник?

— Протоколы безопасности, господин…

— Леон прав, Мстислав, — включилась в беседу Милена, постаравшись успокоить безопасника своей рассудочностью. — Скажу начистоту, мои девочки справились бы с миссией сопровождения лучше. Лучшее оружие, более манёвренный аппарат, непредсказуемый маршрут, посадка на яхту прямо в воздухе, чуть северней космодрома. Этого было бы достаточно. Но Её Величество посчитала иначе. Однако Меч Республики в своём праве, вы не можете этого отрицать. Это отныне его принцесса.

Пелена вновь зажглась, отсекая нас с Ярославой от внешнего мира матовым блеском, а безопасник, сцепив зубы, принялся отдавать приказы группам сопровождения. В его понимании он только что получил по шее от молокососа, каковым меня в глубине души считал. Выскочки и молокососа. И вообще, с такими нервами не место в охране наследной принцессы. Или он… ревнует⁈

— Ярка, он что, ревнует?

— Леон… — до девочки только сейчас дошла вся глубина подтекстов, и она прыснула со смеху. — Почему он должен ревновать?

— Ты — его Принцесса, а тут появляется какой-то выкормыш страшной враждебной Республики, и начинает качать права. Вот он и приревновал. Так бывает… с преданными псами.

— Отключи свою штуку, я с ним поговорю, — стала неожиданно серьёзной моя принцесса. Поняла, что это не игра, а её дистанцирование от переговоров может оттолкнуть и обидеть преданного ей человека.

— Не могу, девочка. Мне самому как-то довелось длительное время обеспечивать безопасность… одной леди. Знаю, что огромную роль здесь играет тайна маршрута. Но благодаря Милославе теперь вся планета знает, куда и как мы летим. Поэтому, только обретя, рисковать тобой не намерен. Пока не окажемся под мобильными полями стаи, пелена будет действовать. Могу только дать канал, терминалы Республики позволяют передавать сигнал сквозь поля мечницы.

— Мстислав, — обратилась Ярослава к смурному мужчине, когда перед ней возник его голографический образ. — Поймите, это не шутки. Идёт война. Уже идёт. Генетическое предназначение мечника — прикрывать стаю. Лучше него во всей галактике никто с этой задачей не справится. Не дуйтесь, я вам по-прежнему доверяю. Я ценю вашу заботу. Но мы просто люди, а он… он просто сильней. И, признаюсь вам, мне, как женщине, приятно, когда меня защищает такой мужчина. На руках носит. Не в этом ли наше предназначение — женщин?.. А, Мстислав?.. Могу же я побыть просто женщиной, рядом со своим мужчиной? Не представляете, как мне этого не хватало!

Принцесса была чудо как хороша в этой ипостаси мудрой, но уязвимой молодой женщины. Полковник просто не мог не проникнуться. Он заулыбался и отвернулся, мужика пробрало до самых печёнок. Этот полный спокойного счастья взгляд, этот доверительный голос, эта мягкая, обволакивающая интонация… А я… Я понял, что с девочкой мы сработаемся. Она на самом деле то недостающее звено в команде — та реально женственная девочка, которая легко находит путь к сердцу любого мужчины за границей Республики. Лучше неё никто такой комбинации не провернёт. Даже моя Ри в своё время вынуждена была лишь играть, и у неё порой неплохо получалось, но внутренне она оставалась пламенеющей валькирией, за любой косой взгляд готовой рвать несчастную жертву когтями. Ярослава же вполне способна потянуть свою роль без всяких внутренних противоречий. Она не сорвётся — просто потому, что сама считает именно так, как говорит.

— Леон, ты меня не обидишь? — вдруг спросило это милейшее создание на моих коленях. Одновременно девочка прижалась плечиком, вся буквально скукожившись в моих руках, всем своим обликом призывая стиснуть её покрепче и больше никогда не отпускать. Пронзительные жёлто-зелёные глаза, особенно большие и влажные от нереальной близости, заглядывали, казалось, в самою́душу.

— Ты о чём, солнце? — хотелось безотрывно смотреть в эти глаза, тонуть в них, растворяться в их мягком влечении.

— Ну… Я первый раз вот так, без защиты, без подданных… Одна. В чужом мире, — тело принцессы при этих словах била вполне натуральная дрожь. Я тут же вспомнил похоронные взгляды прочих сыновей Ясеня на приёме, и состояние Яры сделалось вполне очевидным. — Я боюсь, Леон. Не будь тебя рядом, сто раз подумала, стоит ли оно того — лететь в это царство «белой плесени». Сейчас, конечно, смотрю на штампы и клише о Республике с ноткой иронии, но стереотипы сложно вытравить полностью…

— У нас не царство, а республика — это раз, а два — ваши представления о нашем обществе сильно утрированы. И уж точно не тебе — дочери наследной правительницы — переживать о матриархате, — Милена рядом со мной внимательно следила за происходящим вокруг, но и о нас не забывала. Её уверенность и рассудочность позволили и мне выплыть из бездны колдовских глаз. — Никто там тебя не покусает. Наоборот, на руках будут носить. Всех Верховных посетишь, посмотришь на все этажи управления. Даже Псион посмотришь… вот его-то нужно опасаться больше всего.

— Извини, Милена, если мои слова тебя обидели. Но говорю, как ощущаю. Республику боюсь, Псион — нет. Не знаю уж, почему.

— Я догадываюсь, почему, — решил немного поддержать Ярославу. — Сам ничего не могу сказать за Республику, а вот за Псион почему-то уверен. Республика слишком непредсказуема. У нас слишком странные с ней отношения. А что я могу гарантировать Яре, если не могу ничего гарантировать самому себе?

Но Милена не собиралась сдаваться. Напротив, перегруппировавшись, снова пошла в атаку:

— Кошак, и это говоришь ты⁈ Тот, кто нафиг послал всесильную Верховную Ордена и улетел с валькириями в кругосветку по Ожерелью Миров⁈ Вот уж кто по мысли Львицы непредсказуем! Но она даже пальцем не шевельнула.

— Ты думаешь…

— Я думаю, кот! И тебе советую подумать. Принцессе простительно ощущать, но не тебе. Тебя по одному слову выпустили за границу Республики. О чём это говорит? О доверии и уважении. Да, есть много ограничений. Статус накладывает. Но, поверь, один-два твоих звонка, и даже если Яра будет на окружающих набрасываться и в голос орать про «белую плесень», ей там ничего не сделают. Поэтому не мели чушь.

Пришлось признать справедливость слов Старшей. Чего я пока что от Республики не видел — так это подлого удара в спину или подвоха. Со мной играли честно. Вместо помещения в застенки Ордена позволяли вести свою игру. Наверняка это создавало для Львицы определённый дискомфорт, она с удовольствием бы запустила интригу по совершенно другому сценарию, и всё же ломать игру и переписывать правила не спешила. Наверное зря я до сих пор испытываю эту иррациональную предвзятость к Ордену… Но ведь и факт исчезающих в неизвестность котов не вызывает сомнений! И отсутствие других мечников-мужчин в обозримой близости от властного олимпа — тоже. Слишком уж я явное исключение из правил Большой Игры. Это настораживает. В конечном счёте, собственная жизнь мне не так важна. Важны женщины рядом, уже появившиеся дети, их судьба… и, конечно же, обещание, посмертно данное Тёмной Матери. Я должен закончить её Экспансию. Как сам её вижу, и как видела Валери.

Тяжёлые туши бронированных катеров меж тем вспороли вечернее небо, бликуя на обшивке алыми отсветами заходящего солнца. Четыре тяжёлых аппарата медленно набирали высоту, стараясь выдерживать вид треугольника, внутри которого заключен охраняемый объект. Вскоре за кормой остались высокие, пробивающие небо шпили, утопающие в дикой зелени почти первозданных лесов. А вместе с ними и все многочисленные системы защиты Королевской Резиденции, включая зависшие на границе стратосферы корабли космофлота и собственные позиционные районы ПКО. Катера, стремительно наращивая скорость, устремились в направлении космодрома с уже готовой к старту «Селенгой».