Великий и Ужасный 6 (СИ) - Капба Евгений Адгурович - Страница 42

— Падажжите! — поднял в верх руки Беспалый. — Вожди и герои, мать вашу за ногу, че вы сразу на Бабая наезжаете?

— О! Гляньте-ка, Беспалый Радгаш оперился и пробует себя в роли шамана! А у тебя есть яйца, Радгаш! — загомонили предки. — Ого-го, у Радгаша теперь целая куча черепов, и татау! Посмотрите-ка, какие у него видные татау! Какие бабские завитушки! А какие тонюсенькие линии! Это делал наш любимый ублюдочек Бабай, как пить дать, со своей этой цвыркалкой вместо нормальных резчиковых приспособ!

Я и не знал, как зовут Беспалого, если честно. Было даже немного неловко. Но на ус намотал — Радгаш его звали. Радгаш Беспалый Шаман!

— Так, мужики, не начинайте. Нормально мы всё замутили, хоть вы и кинули меня с этим переносом в святилище. Урук-хай Монтенегро свободен, Крупаньские рудники разрушены, Тифон отхреначил несколько орт янычар, Шаграт Зловещий и Шрам сотоварищи собираются жечь Бухарест и Истанбул… А мы собираемся в Хунедоару, делать то, что задумано, — пришлось вступать в диалог мне. — Нужна некая организационная помощь.

— Гарн, гарн! — переглянулись между собой духи. — А вы никак характерами не сошлись? Дуклеанские утырки более звезданутые, чем утырки из Третьей Империи Людей? Им что — Резчик не нужен? Может они колдовать научились, гы-гы-гы, или прогресс развернули, небывалых масштабов? Научно-говнический?

— Резчик им нужен, это мне такая Орда и нахрен не всралась, — прямо ответил я. — Для меня мой народ — это Боевой Урук-Хай! И Рабочий Урук-Хай — тоже, да! Мы деремся как сто чертей и работаем как тысяча чертей, а дуреть от запаха крови и вырезать мирные города без всякого смысла, просто поддавшись сиюминутному порыву ярости заливать кровью непричастных случайные земли… Нет, это не ко мне. В этом нет чести и славы, в этом нет подвига и борьбы. Это работа мясников, а не воинов. У меня была надежда найти в Монтенегро вторую Родину, но, видимо, пути таборных уруков России и прибрежного урук-хая Монтенегро слишком разные.

— Шарку Резчик приучил их к этому дерьму, — откликнулся один из предков, кажется — Индутиомер. — Шарку — говнюк, я начищу ему его призрачное хлебало, когда встречу сукиного сына на зеленых холмах… Вот закончим тут с вами — и что-то подсказывает мне, что мы обязательно встретимся…

— Шаграт не лучше. Шаграт Зловещий поведет их по кровавому пути прямиком в бездну, — откликнулся другой. Вроде как — Сигимер. — Они одинаковые, эти два ублюдка… Хотя и говорят разные слова.

— Конечно, ять, одинаковые! — подхватил третий — Марбод. — Они ж родненькие братцы, их отец — Нарзуг, помнишь эту толстую скотину?.. Он перетрахал половину Адриатики! Только мать Шарку была кхазадкой, а Шаграта — снажьей бабой!

— А ну-ка тихо! — рявкнул Радгаш Беспалый, и уруки прекратили хлопать в ладоши, а предки стали истончаться и сильно забеспокоились.

— Э, э, падажжите! Мы тут еще с вами не закончили же! — предкам явно нравилось проводить время в мире живых, и перспектива покинуть его так скоро настроила их на деловой лад. — Че там за дело было? Что синему передать-то?

— Во-о-от! — радостно потер руками я. — Значит, вот что. Скажите Хурджину, что мне будут нужны Слоненок, Удав и Попугай, он поймет. Эти ребята должны мне услугу, и я чувствую — время собирать камни вот-вот настанет. Сейчас у нас что?

— Что? — удивились предки и переглянулись.

И уруки мои тоже переглянулись недоуменно. Похоже, я начинаю тупить…

— Какой у нас день? — уточнил я.

— Ночь же! Какой, в жопу, день? — резонно спросил Квадратный.

Его имени я тоже не знал, и мне снова стало совестно. Но зло меня брало сильнее, чем стыд. Похоже, мои знания и навыки общения на черном наречии все-таки в каких-то нюансах проседали…

— Какой день месяца, в смысле? — я начинал закипать. — Чего тут непонятного?

— А-а-а, лунные сутки! — обрадовалась понятливая Райла. — Так не месяц на небе, а до полнолуния три дня осталось!

— Ну, хрен с ним, пусть будут лунные сутки… — отчаялся я. — Значит, передайте Хурджину, что весь замес случится там, где Вдовушка свила себе гнездышко, он поймет. В полнолуние начнем кипишь, и если кому-то будет интересно — пусть присоединяются… Только не надо тащить за собой всю Орду, пока русские не заняли Банат! Я их знаю — припрутся целой толпой, а мне потом соображай — чем кормить, где спать, кого убивать… Все понятно?

— Понятно, — Марбод, как самый ответственный из великих вождей прошлого, слегка неуверенно кивнул. — Сказать синему, что в полнолуние у какой-то Вдовушки ты ждешь Слоненка, Удава и Попугая, и еще кого-нибудь, кому будет интересно. Но всю Орду с собой не тащить. Чего тут непонятно?

— Вот именно… — закивал я, обрадованный быстрым достижением консенсуса.

— Что, ять, именно, Бабай⁈ — заорал вдруг призрак. — Кроме последней фразы ва-а-аще ни-хре-на не понятно! Конспиратор хренов! Ты долбанутый на всю голову, соображаешь? Слоненки какие-то, попугаи… Полнолуние! Кто в двадцать первом веке лунные сутки считает, число как нормальные ребята делают, спросить не мог? У-у-у-у, дал Бог Резчиков народу уруков, просто психи все как один! Хорошо — Шарку сдох, но вы двое с Кахаринганом дорогого стоите! Звезданутые! Остальные тоже не лучше, но те хоть более-менее тихо сидят… Погнали, пацаны, к троллю, наорем ему в ухо, а потом скажем, что Бабай попросил… Может синий его потом отхреначит своей колотушкой, по башке его тупой…

— Э-э-э-э! — запоздало возмутился я, но костер выспыхнул, сыпанул искрами — и духи предков исчезли.

На секунду установилась тишина. А потом Райла неуверенно спросила:

— Радгаш,, а можно…

— М? — Беспалый смотрел на орчанку с нескрываемой приязнью и симпатией. — Говори, не стесняйся!

— С бабушкой поговорить хотела. Так давно ее не видела…

— Бабушка твоя — Найра? Знахарка из Груды? Хорошая женщина была… Поможем девочке? — ученик шамана оглядел уруков, которые так и сидели вокруг костра.

— Отчего бы не помочь? — подал голос Сагдей и первым принялся отбивать ритм хлопками в ладоши.

Снова к звездному небу полетела странная, хриплая песня…

— Ойра-орира-ойра… — пели уруки.

А я кивнул Квадратному, и он встал и вышел вон из круга, и подошел ко мне, и сел напротив. Снова привычно уколол в руку шип, снова зажужжал стилос… Я — Резчик. Моя работа — татау. И я должен был сделать их все — сколько успею.

Не ладно что-то было в Балканском королевстве, то есть — в Федерации. Хотя, в каком это смысле — неладно? Жопа с ручкой, вот что тут творилось!

Мы вторые сутки пробирались по отрогам и хребтам Южных Карпат, или — Трансильванских Альп, как их здесь называли, и, не высовываясь из-под сени вековых лесов, и всячески избегая встреч с военными и гражданскими, наблюдали за расцветающими буйным цветом ростками хаоса и анархии.

Шоссейные дороги были заполнены бесконечными вереницами разномастных легковых и грузовых электрокаров и гужевого (!) транспорта: запряженных ослами, мулами, лошадьми повозок, кибиток, тележек. Народ голосил, волочил свой скарб, хором материл военных, которые пользуясь габаритами и бронированностью техники бесцеремонно расталкивали встречный поток транспорта и людей, злились и дёргали затворы оружия.

Беженцы стремились убраться как можно дальше от приближающегося фронта, армейское подкрепление из тыловых районов спешно выдвигались к «передку». Похоже, Государево войско весьма успешно воспользовалась эфирной бурей, возникшей после переформатирования Паннонской Хтони во что-то удивительное и невероятное.

Судя по тем крохам информации что у меня имелись, и картинам, которые успел рассмотреть перед своим нелепым эпичным полётом над Балканами, ни о какой выжженой земле говорить не приходилось. Теперь Паннония представляла собой зеленую, полную жизни территорию, которую, однако, язык бы не повернулся назвать обычным лесом или там — саванной. Хтонические мощности плюс вмешательство Лесной Владычицы, плюс мои каляки-маляки на эпицентре явно превратили бывшее Инферно в нечто уникальное и не поддающееся классификации.