"Фантастика 2024-46". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Веркин Эдуард - Страница 120

— Давайте оставим заводных коней на постоялом дворе, а сами быстрее поскачем во дворец! Без багажа мы доберемся туда к полудню! А за лошадьми пошлем слугу!

— Не вижу особого смысла, Андрэ. У нас не такая серьезная поклажа, чтобы сильно нас задерживала. Я прекрасно понимаю твое нетерпение и, поверь, искренне тронут. Но мы в лучшем случае выиграем час времени...

— Ну дык я же и говорю! К полудню поспеем, аккурат ко второму завтраку!

— Иезус Мария! Опоздаем — прикажешь приготовить для себя что-нибудь...

— Да-а-а,— обиженно протянул Андрэ.— А то вы Анну не знаете! Она рассердится, скажет: нечего зря слуг гонять! Эх! Придется втихую на кухню пробраться и попросить у поваров разогреть что-нибудь.

— Ваше величество,— мягко проговорил Николас,— такие слова, право, странно слышать от человека, только что вернувшегося из далекого и опасного путешествия, в котором он ежедневно проявлял чудеса храбрости, рисковал жизнью и терпел лишения и голод. И, в конце концов, короля!

— А как бы ты поступил на моем месте?

— Я? — усмехнулся ярл.— Я бы стукнул кулаком по столу и сказал: «Я здесь король!» А потом сел бы в кресло, закинул ноги на стол и смотрел бы, как суетятся придворные. Станьте же наконец настоящим королем, Андрэ!

Я с тревогой покосился на Коллет, но ее, вопреки ожиданиям, эти слова совсем не рассердили. Я демонстративно вздернул бровь.

— Он, конечно, тупой шовинист,— хмыкнула Коллет,— но совет дал правильный. Уверяю тебя, если Андрэ хоть чуть-чуть изменится в эту сторону, Анна будет только рада.

— Что ж... Андрэ, попробуй! Действительно, пора уж взрослеть.

— Капитан, и вы туда же?! — взвыл король.— Почему вы хотите моей смерти?!

— Да с чего ты взял?..

— С чего? Да если я закину ноги на стол, Анна меня точно убьет!

— Безнадежен,— проворчал Мордаун.— На овцу 5ез толку натягивать волчью шкуру.

— От овцы и слышу! — обиделся Андрэ. Повернувшись к Николасу, он неуверенно спросил: — А что делать, если Анна на меня рассердится?

— Этого не может быть, ваше величество. Муж отсутствовал все лето, вернулся из путешествия, в котором мог сто раз сложить голову, а она рассердится из-за такой ерунды? Не верю!

— Анна — умная женщина,— поддержала ярла и Коллет.— И она любит тебя. Скажу по секрету, ей не очень-то по нраву, что ты такой мягкотелый и безвольный. Любой женщине хочется, чтобы муж был крепким плечом, на которое можно опереться. Так что действуй смело!

— Хорошо! — Побледневший Андрэ решительно выпрямился в седле.— Раз вы все так говорите, я попытаюсь!

— Молодец!

— В конце концов, я плавал в Америку!

—Да!

— Был матросом на «Санта Вазелине»!

— Точно!

— Помог устроить революцию в Сан-Текилло!

— Вот-вот!

— Не испугался троллей!

— Э-э-э... ну об этой части твоих подвигов Анне лучше не знать...

— Я прошел джунгли! — не слышал меня неожиданно разошедшийся король.— Я король! Я Андрэ Первый Могучий! И я хочу свиную отбивную и много-много гречневой каши к ней! Нет! Две свиных отбивных! И мясную подливу! И чтобы никто не мешал мне вытирать тарелку хлебом!

— Безнадежен,— повторил Мордаун.— Конрад, на кой дьявол тебе такой король? Я понимаю, он тебе вроде как друг, хотя и не понимаю, как дворянин может дружить с простолюдином. Но ему ведь и самому такая ноша не по плечу. Ему бы лавочником обыкновенным быть — в самый раз. Помоги мне, и клянусь — я не буду мстить твоему приятелю, он будет жить спокойно в Бублинге в полнейшем достатке... — А как же Анна?

— Э-э-э... ну если подумать...

— Морган, вот только не ври,— ухмыльнулся я.— Анну ты не можешь оставить в живых и на свободе. Да она и сама с этим не смирится.

— Отказываешься, значит?

— А ты на что-то надеялся?

— Ты ведь ландскнехт! Наемник! Я могу дать тебе гораздо больше, чем Анна. Я ведь не собираюсь ограничиваться Гремзольдом, и мне понадобятся талантливые вояки...

— Морган, я бы мог попытаться объяснить тебе, в чем ты ошибаешься. Но думаю, это бессмысленно. Потому скажу кратко: иди-ка ты к черту с такими предложениями!

— Глупец! — махнул лапкой крыс.— Отказаться от великого будущего ради сельского дурачка! Ты еще пожалеешь об этом разговоре!

— Ты ничего не забыл, Морган? — хмыкнул я.— Наше путешествие почти закончено, искомая тинктура в руках Анны, и только от нее зависит, станешь ли ты опять человеком или нет. Иголка, ступай в авангард отряда, не хочу больше слушать эту крысу!

— Не смей называть меня крысой! — донеслось мне вслед.

— Мне это не нравится,— проскрипел Транквилл, привычно сидевший на голове Иголки и слышавший

весь разговор.— Неужели Анна даст ему противоядие? Он же нас всех уничтожит!

— Если кто и знает Моргана не хуже Коллет, так это Анна,— возразил я.— Не забывай, что он был придворным магом долгие годы при отце Анны. И в лягушку именно он ее превратил. Так что она прекрасно понимает, какую опасность он может представлять.

—Да, но что она будет делать? Я пожал плечами:

— У нее было много времени, чтобы все продумать.

— Ненамного больше, чем у тебя. Ты сам-то

что-нибудь придумал?

— Мне не хотелось бы прибегать к моему варианту,— признался я.— Это будет бесчестно.

— Люди! — развел крыльями Транквилл.— Придумали себе проблему, обозвали ее честью и носитесь теперь с этой честью как дурни с красным колпаком.

— Наверное, ты прав. Но именно такие вещи и делают нас людьми. Это что-то вроде твоего утреннего приветствия солнцу — трудно объяснить кому-то другому, зачем ты это делаешь. Так и с честью.

— Эй! Из нас двоих философ я!

— Конрад! — окликнула меня Коллет.— Хватит болтать. Мы уже подъезжаем!

Наш отряд миновал последний квартал и выехал на площадь перед дворцом. Несмотря на будний день, здесь царила обычная суета. По лестнице поднимались и спускались курьеры и чиновники, стояли в ожидании аудиенции посетители, разгуливали праздные зеваки, меж которых словно мелкие лодки сновали торговцы всякой мелочью с лотками на шее.

— Король! Король вернулся! — мгновенно разнеслось над площадью, и перед нами сам собой образовался широкий живой коридор прямо до лестницы дворца.

— Как это трогательно! — всхлипнул Андрэ.— Они любят меня!

— Скорее просто наслышаны о твоем мастерстве наездника и боятся, что ты кого-нибудь затопчешь.

— Конрад! — прошипела Коллет.— Мы столько сил потратили, чтобы внушить Андрэ уверенность!

— Ладно, ладно,— поднял я лапу примиряюще.— Извини. Я просто нервничаю...

Коллет ободряюще улыбнулась:

— Все будет хорошо.

А вот мне уверенности не хватало! Причем чем ближе были ворота дворца, тем сильнее меня трясло. Хорошо еще, что я ехал верхом и это не бросалось в глаза.

Мы спешились у лестницы, поручив коней набежавшим слугам, и вошли во дворец. Первым, уверенно и даже с некоторой надменностью, шагал Андрэ. Придворные нервно оборачивались и удивленно открывали рты, пораженные непривычным поведением монарха. По лестнице торопливо скатился церемониймейстер и, стукнув жезлом в пол, завел было:

— Ее величество королева...

Андрэ, панибратски похлопав его по плечу, прошел мимо и взбежал по лестнице навстречу спускающейся Анне. Королева пыталась выглядеть перед придворными невозмутимой и величественной, но блестящие глаза и пылающие щеки выдавали ее чувства.

— Ну, — я медленно и глубоко вдохнул,— вот он —

момент истины! Если тинктура здесь, мне недолго осталось носить эту шкуру! Сейчас все реши...

Андрэ, не обращая внимания на церемонно протянутую для поцелуя руку, схватил Анну в охапку и бросился вверх по лестнице. Обернувшись на ходу, он рявкнул:

— Эй, ты, с палкой! Завтрак в спальню немедленно! И мяса не жалей!

Опешивший церемониймейстер растерянно кивнул.

Остальные придворные были ошарашены не меньше, некоторые фрейлины даже сочли уместным упасть в обморок. А уж как был удивлен я!

— Ну что, добились? «Мы так старались придать ему уверенности»! Да он ведет себя как тролль!