"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 710

— Ванечка, смотри! — сказала Кукушкина.

Она дёрнула меня за руку, словно нарочно отвлекала от разглядывания старшеклассниц (те одарили семиклассницу недовольными взглядами). Лена указала на школу. Показывала она не на вход, рядом с которым толпились школьники. И не на хорошо мне знакомый баннер со слоганом «Слава КПСС!» (тот всё ещё не выгорел от солнечного света, выглядел, как новый).

Я проследил направление, куда смотрел кончик указательного пальца Кукушкиной. Увидел надпись на серой стене, написанную красивым ровным почерком (на полтора метра ниже прославлявшей партию лозунга). Пробежался взглядом по нарисованным белым мелом буквам. Поправил очки (тряхнул дипломатом, где лежала сменная обувь). Хмыкнул.

— Котёнок, я люблю тебя! — прочла Лена Кукушкина.

Девочка посмотрела на меня.

Сказала:

— Как это мило! Правда, Ванечка? Интересно, кто такой этот котёнок?

Глава 3

— Ваня, ты и в эту субботу будешь петь вместе с ансамблем Серёжи Рокотова? — спросила Лидочка Сергеева.

Она будто невзначай положила руку мне на плечо. Стояла около моей парты, смотрела на меня сверху вниз. Сергеева была сегодня не первой и даже не десятой, кто задал мне этот вопрос. Меня расспрашивали о моих планах на субботний вечер с того самого мгновения, когда я на входе в школу предъявил строгим пионерам сменную обувь. Ко мне подходили одноклассницы, девчонки из параллельного класса и смелые девятиклассницы, чьи имена я не вспомнил (не помогла и нынешняя «суперпамять»). Они лили мне в уши хвалебные оды о моём субботнем выступлении во Дворце культуры, кокетничали… и выясняли мои планы на субботу. Старшеклассницы при этом неизменно прикасались ко мне (будто тактильный контакт с моей кожей или одеждой принесёт им удачу) и заверяли, что обязательно явятся на следующие танцы (словно они надеялись: после этого признания я лично встречу каждую из них на пороге танцплощадки).

Лидочке я ответил то же, что говорил сегодня другим девчонкам:

— Пока ещё не знаю. Мы с Сергеем этот вопрос не обсуждали. Рокотов просил подменить его только один раз.

Я пожал плечами. Опустил крышку дипломата, щёлкнул замками. Заметил, что Алина Волкова листала учебник, но явно прислушивалась к моему разговору с Лидой.

Сергеева фыркнула — её «третий размер» покачнулся над моей головой.

— Конечно, позовёт снова! — сказала она. — Рокотов же не дурак. Ты хорошо поёшь!

Лидочка поправила мне причёску.

Будто невзначай обронила:

— Я тоже приду в субботу на танцы.

И тут же добавила:

— Все наши пойдут в ДК, чтобы послушать Котёнка!

Посмотрела на Волкову и уточнила:

— Ну, почти все.

Сергеева снова погладила меня по плечу, улыбнулась. И направилась к своей парте — в обход учительского стола.

Я поставил на пол дипломат. Поднял голову и увидел ухмылку на лице своей соседки по парте.

— Они тебе ещё дыру на плече не протёрли? — спросила Алина.

Она закрыла учебник, провожала Лидочку взглядом.

Я печально вздохнул.

— Волкова, я не заметил в твоих словах сочувствия.

— Будет тебе сейчас сочувствие, — сказала Алина.

Она указала на переступившую порог класса Наташу Кравцову.

Я наблюдал за тем, как комсорг неторопливо (походкой манекенщицы) прошла мимо доски. На ходу Кравцова отыскала меня взглядом, чуть сощурила глаза. Я отметил, что Наташа сегодня пришла в школу, словно на праздничное мероприятие: в нарядном белом фартуке. Не позабыла Кравцова и нанести на лицо допустимый минимум косметики (на подобную неброскую раскраску классная руководительница смотрела сквозь пальцы). Не удивился, когда Наташа не свернула к своему месту, а направилась по популярному сегодня у девчонок класса маршруту: мимо учительского стола к окну. «Ха», — выдохнула моя соседка по парте. Она открыто следила за приближением Кравцовой, не прятала взгляд на страницах учебника. Комсорг на Алину внимания не обращала. Она гипнотизировала меня. И покачивала лишь на две трети прикрытыми платьем бёдрами. Наташа подошла ко мне вплотную (почувствовал запах её духов).

И положила руку мне на плечо.

— Иван, — сказала она, — ты будешь петь и на этих субботних танцах?..

На перемене меня окружили в школьном коридоре одноклассники — в основном, парни. Лёня Свечин «со знанием дела» объяснял нам, как «правильно» выступать на сцене. В первую очередь Леонид раскритиковал мою «нелепую» манеру «дрыгать ногами». Он призвал меня брать пример с Сергея Рокотова: стоять спокойно, не отвлекаться от пения. Свечин заявил, что это девчонки на сцене «вертят задницами». А мужчина должен не «дёргаться», а концентрировать своё внимание на словах песни и музыке. Он продемонстрировал нам «допустимый максимум телодвижений» — вместо микрофона при демонстрации своих навыков Лёня использовал шариковую ручку. Будто случайно проходившая мимо нашей компании Сергеева фыркнула. Но Свечин на Лидочкину реакцию не обратил внимания — он с серьёзной миной на лице постукивал по полу каблуками, будто неповоротливый Железный Дровосек.

Из толпы одноклассников меня буквально выдернул Рокотов. Сергей пожал мне руку (только мне), отконвоировал меня к окну. Он будто бы не заметил притихших и внимательно следивших за нами школьников. Похлопал меня по многострадальному плечу, где сегодня оставили отпечатки пальцев едва ли не все старшеклассницы первой школы. Снова похвалил моё пение. Говорил он уже не шёпотом, хотя и с хрипотцой в голосе. Рокот призвал меня не обращать внимания на «клоунов» — он взглянул при этом на вытянувшего от любопытства шею Лёню Свечина. Заверил, что позавчера я делал «всё, как надо». Спросил, понравилось ли мне чувствовать себя «звездой». Посмеялся в ответ на мои рассказы о сегодняшнем «повышенном внимании» со стороны девчонок. Посоветовал не реагировать на приставания одноклассниц. Мудро предостерёг меня: «Потом проблем не оберёшься».

И озвучил цель своего нежданного визита.

— Я ещё в субботу хотел поговорить с тобой, Иван, — сказал Рокот, — на счёт этого твоего «Котёнка». Тут такое дело…

Он кашлянул. Потёр горло. Вздохнул.

— «Котёнок» клёвая песня, — заявил Сергей. — И девкам она понравилась. Но…

Рокотов выдержал паузу — словно придумывал «как бы помягче сказать».

— …Ёлы-палы, на фоне других композиций она звучит бедненько, — продолжил он. — Не находишь? Парни подыгрывали тебе в полруки. Бас — так и вовсе молчал. Такое исполнение не к лицу серьёзному музыкальному коллективу.

Он покачал головой — потряс своей пышной шевелюрой.

— Песню непременно нужно добавить в наш репертуар, — сказал он. — Но только в приглядном виде.

Помахал пальцем.

— Нужно отшлифовать её музыкальное сопровождение, — уточнил Рокотов. — Придётся много репетировать. Работы предстоит дофига. А до субботы осталось не так уж много времени.

Сергей покачал головой.

— Мне нужны гитарные аккорды для «Котёнка», — сказал он. — И чем скорее — тем лучше. Так нам с парнями будет проще работать. В идеале было бы получить табулатуру. Знаешь, что это?

Я кивнул.

И пообещал:

— Распишу её. К завтрашнему дню. Постараюсь записать и ноты.

Рокотов хлопнул себя по бедру. Заметно повеселел. Откашлялся.

— Ноты — это вообще здорово! — заявил он. — Табулатура для гитары и ноты — просто фантастика! К субботе мы с парнями так отшлифуем этого «Котёнка»: любо дорого будет послушать!

Он ухмыльнулся, постучал меня по плечу.

— Надеюсь на тебя, Крылов! — прохрипел Сергей. — Не подведи нас.

После учёбы я вышел из здания школы в сопровождении Алины Волковой. Ещё на уроке мы с Алиной договорились, что «поговорим» в этот раз не в её квартире. Решили: прогуляемся по городу. Чтобы нам снова не помешали неожиданные гости: я подозревал, что моя соседка пионерка не ограничится одним посещением Барсика (да и с получением автографа любимой поэтессы Лена не затянет — примчится к Волковой в ближайшее время). По школьному двору мы шли, будто не вместе. Алина не повисла на моей руке, подобно Кукушкиной — выдерживала дистанцию. Я благородно предложил понести её набитый учебниками портфель. Но Волкова в ответ затрясла головой; и тут же взглянула по сторонам (как шпион, направлявшийся на встречу со связным).