"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 1586

Она распростерлась на роскошном, слегка примятом ложе под розовым балдахином, находящемся то ли на террасе, то ли на огромном балконе; террасу или балкон полукругом охватывали разноцветные ажурные перила, где-то внизу шумел то ли парк, то ли лес и восходящее солнце посылало первые приветливые лучи на землю. Справа Лада заметила высокие резные двери с витражами, а слева…

Она с трудом подавила вскрик и села, кутаясь в простыню, потому что была совершенно голой, и расширенными от страха глазами уставилась на незнакомого мужчину, в непринужденной позе облокотившегося на перила и тоже, что характерно, совершенно голого. Он был высок, строен, с хорошо развитой мускулатурой, бронзовокожий от загара. На лице, окаймленном черной бородой и черными густыми волосами, перехваченными литым золотым обручем с сапфиром, выделялись ясные нежно-голубые глаза и красивый чувственный рот. Небольшая горбинка на тонком носу придавала облику незнакомца мужественность и своеобразный хищный шарм.

– Меня зовут Зинг, – приветливо произнес незнакомец. – А как зовут тебя, прекрасная и неповторимая в любви дева?

“Что он мелет? – пронеслось в голове у Лады, и она поплотнее закуталась в простынь. – О какой любви он плетет? И почему и я, и он голые? Неужели…”

Жаркая краска стыда бросилась ей в лицо.

– Неужели ты посмел… посмел воспользоваться моей… моей беспомощностью?! – почти выкрикнула она, совершенно не обратив внимания на то, что оба говорят на совершенно неведомом ей ранее, но почему-то хорошо известном сейчас языке.

На лице Зинга отразилось смятение, и он опустился на одно колено.

– Прости, госпожа, но я думал… я был уверен… У тебя действительно были закрыты глаза, но ты делала все, как надо… даже гораздо более того…

Лада спрятала пунцовое лицо в ладони и долго сидела так, мужественно борясь с рыданием. Затем произнесла сдавленным голосом:

– Я… приняла тебя за другого. Уходи.

– Но… разве я был плох? Разве я не понравился тебе, госпожа? – В голосе Зинга слышалось искреннее отчаяние, и Лада невольно подняла на него глаза.

Он снова встал перед ней во весь рост, и он действительно был красив… Лада непроизвольно задержала взгляд на мощном фаллосе мужчины, и тот, словно почувствовав ее взгляд, начал стремительно набухать, наливаясь силой…

– Нет! – отчаянно крикнула Лада, вновь зарываясь лицом в ладони. – Убирайся! Вон! И пусть сюда придет женщина!

– Женщина? – пробормотал Зинг обескураженно. – Ах женщина… Ну тогда понятно. Прости, госпожа, но я же не знал…

Пятясь задом, он отворил дверь и исчез. Лада шумно выдохнула, переводя дыхание…

Примерно через пол-итта в ту же дверь вошла ослепительно красивая юная девушка, также нагая, и присела на краешек ложа, томно потягиваясь, как самка токана в период гона, и значительно улыбаясь.

Лада все поняла. На Коарме тоже встречались женщины, предпочитавшие заниматься любовными утехами друг с дружкой, а не с мужчинами – литиньерки (Рангар называл их по-своему – лесбиянки). Лада относилась к ним с инстинктивной брезгливостью.

– Да нет же! – со злостью и отвращением произнесла она. – Мне ничего такого не надо! А нужно мне знать, где я нахожусь и что с моим мужем и его братом. Ясно?

Некоторое время луноликая красавица смотрела на Ладу с недоумением, потом на ее лице проступили удивление и разочарование.

– А!.. – протянула она. – Хорошо, жди я позову жрицу.

От последнего слова у Лады слегка похолодело в груди: после падения культа Сверкающих на Коарме вряд ли существовало слово более ненавистное, чем “жрец”. Впрочем, тут совсем иной мир…

Еще через итт пришла жрица – зрелая, но еще очень красивая женщина без единой морщинки на гордом умном лице, властными льдистыми глазами, резко контрастировавшими с пухлым, чувственным ртом. Волосы ее были уложены в сложную прическу, на высоком открытом лбу красовался огромный изумруд на тонкой золотой цепочке. Юбка из тонких разноцветных лент, ласкающих дивные бедра и длинные стройные ноги, была единственной ее одеждой. На высоких, совершенной формы грудях голубела сложная татуировка.

– Ты хотела говорить со мной, Ищущая Любви? – спросила жрица приятным низким голосом.

От нее исходил такой ток силы и власти, что Лада немедленно соскочила с кровати, неловко кутаясь в простыню, и поклонилась.

– Да, госпожа, – робко произнесла она, почувствовав себя почти так же, как в далекую, но памятную первую свою встречу с Дальвирой в Лиг-Ханоре, тогда выдававшей себя за могущественную чародейку.

– Отбрось ты эту тряпку! – неожиданно усмехнулась жрица: – Как мне доложили, тебе нечего стесняться своего тела!

Отхлынувшая было краска вновь бросилась в лицо Ладе, но она послушно уронила простыню на пол и теперь стояла под заинтересованным, откровенно оценивающим взглядом жрицы, изо всех сил стараясь перебороть стыд и держаться естественно.

– Воистину тебе нечего стыдиться! – повторила жрица. – У тебя чудесное лицо, просто-таки замечательные глаза и волосы и прекрасное, зовущее к любви тело. А стыдятся пусть эти… уродки, – на миг лицо жрицы исказило презрение. – И я не понимаю, что ты ищешь? Особых видов и способов любви? Или, быть может, ты из тех, кто дурманит себя чрезмерным винопитием или, того хуже, парами чикаре? Хотя нет, не похоже… И ты явно не чревоугодница… скорее атлетка, хотя когда это занятие атлетикой мешали любви? Я, Жрица Любви Загира, в затруднении. Кто ты, Ищущая?

– У меня есть муж, – стараясь говорить как можно тверже, произнесла Лада. – Его зовут Рангар Ол, и я люблю только его. И еще, конечно, нашего сына Олвара.

– Ага! – вскрикнула жрица. – Так ты скорее всего из Общины Однолюбов? Только там совершаются браки, и муж не должен знать других женщин, кроме собственной жены, а жена – других мужчин, кроме мужа… Какая глупость! Недаром их община хиреет с каждым кругом и скоро, очевидно, вообще сойдет на нет… А может, ты из Общины Матерей! Только они не отдают детей в Питомник, а выращивают из сами…

Какая-то струнка зазвенела в душе Лады.

– Прости за дерзость, госпожа, но детей не выращивают, а воспитывают. Выращивать можно злаки, овощи, фрукты… Но это я к слову. Нет, госпожа, я не из этих общин. Я вообще не из вашего мира. А сюда я попала, вместе с мужем и его братом преследуя похитителей моего сына. Вначале нас было пятеро, но один из нас погиб, а нашу предводительницу заточили в плен ужасные монстры. И теперь я прошу, госпожа: помоги мне найти мужа и брата, чтобы мы смогли продолжить погоню, настичь злодеев и спасти сына!

– Замолчи! – вскричала жрица, и ее лицо передернулось. – Похитители, погиб, заточили, монстры, злодеи… Воистину ты из другого мира! У нас почти не знают этих слов, а кто знает, никогда не произносит.

– Разве у вас такого не бывает? – искренне изумилась Лада. – Нет войн, убийств, похищений?

Жрица отшатнулась от Лады, как от прокаженной.

– Никогда… никогда, слышишь?.. не говори здесь об этих жутких вещах. Я помогу тебе и твоим спутникам, но лишь для того, чтобы вы все навсегда покинули мой мир. Теперь я догадываюсь, для чего служат те странные и страшные предметы, которые мы нашли на тебе…

– Значит, моя одежда цела? – радостно спросила Лада. – И оружие… то есть те предметы?

– Все цело и все ты получишь. Но не раньше, чем покинешь мой мир. Потому что он – царство любви. Здесь нет страха, потому что нет опасности, нет зависти, потому что каждый может получить то, что желает, и может жить, как захочет. Поэтому здесь нет… того, что ты сказала. – Жрица сделала видимое усилие, но так и не смогла произнести такие ужасные слова, как “убийство” и “война”.

– Мне понадобится некоторое время, чтобы связаться с жрицами других общин и выяснить судьбу твоих спутников. Кстати, ты уверена в них? Что ты будешь делать, если они захотят остаться? Ведь нигде не умеют любить так, как у нас… – Жрица усмехнулась.

– Этого… быть не может!.. – прошептала Лада, хотя ей показалось, что она это выкрикнула жрице в лицо.