"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 1552

– Мираж, – вдруг сказал Рангар. – Игра света. Настоящая Цитадель внутри.

– Как ты узнал об этом? – удивленно спросил Фишур.

– Чувствую, – коротко ответил Рангар. Он не стал говорить о перемене, произошедшей с ним во время боя с мертвецами и которая не покинула его. У него и раньше во время предельной концентрации сил возникало удивительное состояние, которое он называл "надзрением"; но сейчас проявившиеся способности на порядок превышали прежние.

…Последние две-три сотни шагов они прошли, прикрывая глаза от немилосердно слепящего света. Вблизи нагромождение сверкающих тел самых невообразимых форм утратило впечатление монолитной цельности, изгибающиеся под немыслимыми углами поверхности дрожали, размываясь, словно их формировал раскаленный газ. Когда они подошли вплотную, то ощутили даже дуновение упругого горячего ветра. Рангар бестрепетно шагнул вперед и окунулся словно в горячий кисель… а затем все исчезло, и он увидел ровный желтовато-серый песок и огромный темно-фиолетовый, почти черный куб с ребром не менее пятидесяти шагов… странный какой-то куб: чем больше Рангар смотрел на него, тем больше в нем зрело ощущение неправильности его геометрии. Куб завораживал, и Рангар, тряхнув головой, с трудом отвел взгляд и обернулся. Отсюда светящаяся субстанция была не видна, и Рангар невольно усмехнулся, глядя, как Фишур мелкими шажками продвигается вперед, одной рукой закрыв глаза, а во второй держа вытянутый вперед меч.

– Открывай глаза, Фишур, а то ты похож на слепца, переходящего улицу.

– Ф-фу! – выдохнул Фишур и осторожно открыл глаза. И очумело заморгал: – Вот так так! Это еще что такое?

– Истинный вид Сверкающей Цитадели. Точнее, почти истинный. Как видишь, отнюдь она не сверкает, скорее наоборот.

– А почему "почти"?

– Скорее всего это не просто куб, не трехмерный. Возможно, это тессеракт – четырехмерный гиперкуб. А может, число измерений этого тела и поболее…

– О чем это ты, Рангар?

– Да так… это из науки моего мира. Ладно, пошли поищем вход в эту обитель… неизвестно чью.

Они дважды обошли куб по периметру, но не отыскали даже намека на вход. Монолит был черен и тверд, и лишь слабый фиолетовый отсвет таился в толще тверди, рождая ощущение ее глубины.

Рангар извлек меч и ударил; сноп искр брызнул из-под лезвия, оставив на поверхности стены лишь едва заметную царапину. Пройдя еще несколько шагов, снова ударил, и с тем же успехом.

За его спиной оставшийся на месте Фишур пробормотал под нос что-то вроде: "Пора отдавать последнее…" Голос Фишура как-то быстро стих, так что концовку фразы Рангар не расслышал. Не увидел Рангар Фишура и своим "надзрением". Он рывком обернулся. Но и обычное зрение сигнализировало о том же.

Фишур исчез.

Несколькими гигантскими прыжками Рангар достиг угла и метнул взгляд вдоль соседней грани куба.

Фишур стоял у стены, а перед ним в монолите дымилась огромная дыра с оплавленными краями.

– Ото! – не удержался от восклицания Рангар. – Ты что, применил одну из штучек Ольгерна Орнета? Но ведь здесь магия не действует!

– Кое-что действует, – не совсем понятно отозвался Фишур и спросил: – Ну что, идем?

Рангар обнажил и второй меч, вдруг остро ощутив всю беспомощность этого оружия перед силой, вспоровшей стену с той же легкостью, с какой остро заточенный кинжал вскрывает мягкую скорлупу ореха фунду. Впрочем, слава небу, сила эта подчинялась его другу Фишуру.

– Идем, – кивнул Рангар, – только я пойду первым.

И, волевым импульсом обострив "надзрение" и до предела ускорив рефлексы, шагнул в дыру.

Они оказались в тускло освещенном красноватым светом коридоре овального сечения. Источников света заметно не было – казалось, красноватым сиянием пропитан сам воздух. Коридор шел параллельно стене, однако Рангар не мог отделаться от дурацкого впечатления, что он плавно загибается и уходит куда-то в недра помещения. Через неравные промежутки коридор перегораживали прозрачные вуали, похожие на тончайшую водяную пленку с солнечными бликами на ней. Однако "надзрение" сигнализировало Рангару, что пленка будто бы имеет глубину… До ушей Рангара доносился звук, напоминающий отдаленный шум океанского прибоя, пол слегка подрагивал, словно где-то глубоко билось исполинское сердце.

Приблизившись вплотную к первой вуали, Рангар ткнул в нее мечом… клинок пронзил ее без сопротивления… но та часть его, которая оказалась за пленкой, исчезла! Спасовало даже "надзрение"… Рангар дернул меч обратно – клинок был цел. Не доверяя глазам, он попробовал его рукой, и этот жест лишь подтвердил, что с мечом ничего не случилось.

– Что за чертовщина… – пробормотал Рангар, раз за разом повторяя эксперимент. Результат был тот же.

Фишур, стоя сзади шагах в трех, с каким-то болезненным любопытством наблюдал за его действиями. Глаза его пугающе изменились, и если бы Рангар обернулся, он вряд ли бы узнал друга. Но Рангар не обернулся и вдруг решительно шагнул сквозь вуаль.

И оказался совершенно в другом помещении.

Низкий круглый зал с узкими горизонтальными, похожими на бойницы окнами, совершенно черными, будто глядящими в абсолютный мрак; несколько параллелепипедов из серого, напоминающего свинец металла; над ними клубится туман сизовато-багряных оттенков, рождая пронзительное ощущение узнаваемости; столь же узнаваемая дверь – тяжелая, массивная, металлическая, без видимых запоров и замков, – вела куда-то; и главное: две высокие, с ног до головы закованные в черный металл фигуры, держащие в руках зловещего вида трубки с раструбами на концах. И совсем не удивился Рангар, когда оба раструба выплюнули словно по облачку перегретого белого пара… он знал, что надо делать, ибо когда-то, много миров и лет назад уже сталкивался с Черными и обратил их в бегство.

Молниеносный уход с линии атаки… нырок… прыжок с доворотом… и удар! Мощный, неотразимый, на поражение. И тут же – практически одновременно – еще один.

Все. Черные валятся на пол, как снопы, – на сей раз им не удалось устоять и спастись бегством. Медленно открывается массивная дверь…

Еще один зал. Гораздо более странный, чем предыдущий. В нем нет ничего фиксированного, застывшего, постоянного, все дрожит, переливается, размазываясь и текуче меняя очертания, как мираж, как разогретый воздух над горизонтом, как шевелимые ветром пряди тумана… и во что бы ни уперся взгляд, в этом месте начинается вихревое коловращение, открывающее туннель в пустоту, в бесконечность, в ничто, отчего перехватывает дыхание и кружится голова… и "надзрение" не только не помогает, но и усугубляет это состояние.

"Вот так трехмерный мозг тщится воспринять шестимерный мир", – возникает в сознании мысль… его ли это собственная мысль или чужая?

– Какая, к демонам, разница? – яростно цедит Рангар сквозь сжатые зубы и, начиная свое знаменитое круговое движение мечами, бросается вперед, прямо на текучие фантомы, на возникающие и тающие фигуры, на изменчивые формы неведомых объектов… что-то вспыхивает и гаснет в сознании, его охватывает то смертельный холод, то неистовый жар… его давит и рвет, вертит и крутит, как щепку в водовороте… и в то же время он отстранение замечает, как неуклонно, точно полусгнившая плотина под напором вешних вод, рушится стена в его памяти… мощные волны адаптивного восприятия накатываются оттуда, стабилизируя внешний мир… оказывается, его мозг может адекватно воспринимать многомерность… и в то же время он вспоминает, вспоминает остро и неудержимо… вспоминает ВСЕ.

И в этот миг Рангар влетел в очередное помещение.

Громадная полусфера из светлого, нежно-розового материала. По всему периметру тянется будто мелкоячеистая сеть из светящихся, пульсирующих перламутровых нитей, образуя сложнейшую многомерную структуру. Отчего-то с необъяснимой уверенностью Рангар определяет: "Суперкомпьютер, созданный на базе многомерной оптоэлектроники". Да, таких компьютеров не знал и его родной мир…