"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 1516

Он все-таки взял себя в руки и, отогнав непрошеные чувства, заглянул вниз. Фургоны, отсюда величиной с ноготь каждый, были в самом деле как на ладони. Да и тракт просматривался в обе стороны лиги на три. Место для засады действительно неплохое, хотя и не без недостатков. Крохотные Лада, Фишур и Тангор, задрав головы, смотрели на вершину скалы. Встав так, чтобы его было видно, он помахал им рукой. Друзья помахали в ответ, и фургоны медленно тронулись. С замиранием сердца следил Рангар, как они миновали треть карниза… половину… две трети… все, слава небесам! Еще раз обозрев пустынный в обе стороны тракт, Рангар начал спускаться и вскоре присоединился к маленькому обозу, заняв привычное место впереди.

– Солнце садится, – сказал Фишур, озабоченно поглядев на небо. – Через тэн начнет смеркаться, а когда доберемся до Холодного ущелья, совсем стемнеет.

– Ничего не поделаешь, будем искать место для ночлега, – сказал Рангар.

– Если бы не фургоны! – вздохнула Лада, когда они присмотрели подходящее место и остановились на какое-то время, прежде чем съехать с тракта. – Тогда мы могли бы обойти стороной это проклятое ущелье, пусть даже по самому отвратительному бездорожью.

– Может, все еще обойдется, – с наигранной бодростью произнес Рангар. – Может, никакой засады и не будет. Вот проехали Змеиный карниз – и ничего!

– Мы видели кхелита, Рангар, – печально произнесла Лада. – Наверное, ты спугнул его, когда подымался на скалу. Его явно послали следить за нами. А ночью я слышала крики кхеля.

Рангар сумрачно сдвинул брови. А он-то надеялся не расстраивать лишний раз друзей, умолчав о кхелите!

– Когда я был еще мальчишкой, – вдруг сказал Тангор, – то видел однажды, как громадный черный удав килькорбуа охотится на ушастика. Удав ничего не делал, только раскачивался из стороны в сторону и смотрел на него своими немигающими желтыми глазами… а зверек, дрожа от ужаса, сам шел ему в пасть!

– Если ты решил сравнить нас с беспомощным ушастиком, то я не нахожу это сравнение удачным, брат, – резко произнес Рангар. – От кого-кого, но от тебя я не ожидал такого. Или ты подзабыл, как держать меч в руках?

– Ничего я не подзабыл, – упрямо гнул свое Тангор, – просто у меня… дурное предчувствие, брат. Гораздо сильнее, чем тогда, когда на нас ночью напали демоны возле Сумрачного леса. Помнишь?

Еще бы он не помнил! Рангар поежился, вспомнив ту страшную ночь.

– Тогда мы отделались испугом… а Фишур так вообще дрых без задних ног. Сейчас, чует мое сердце, будет похуже.

– Судя по тому, какое количество слов ты произнес, тебя в самом деле что-то крепко беспокоит. – Рангар попытался усмехнуться, но Тангор посмотрел на него с такой тоской, что у Рангара все обмерло внутри.

– Хорошо, хорошо, брат, – сказал он, с трудом разлепив ставшие вдруг непослушными губы. – Допустим, ты прав. Что ты предлагаешь?

– Не знаю… – Тангор пожал плечами и отвернулся. – Наверное, Лада права, и если бы не фургоны, стоило поехать вокруг, взяв к югу, и выехать на тракт, когда он опустится на равнину. А так… Не знаю. По бездорожью фургоны не пройдут, а как их бросишь? Без них мы тоже далеко не уедем.

– Ладно. Будем готовиться к ночлегу. Судя по всему, завтра нам предстоит трудный день, и необходимо хорошо выспаться. Фишур, у меня к тебе просьба: поднапряги память и нарисуй мне самый что ни на есть подробный план этого треклятого ущелья. До утра будет время помозговать кое о чем.

Место для ночлега оказалось исключительно удачным – плоская вершина скалы, с трех сторон которой имел место обрыв со стенками гладкими и практически вертикальными, а с четвертой на нее заводила узкая извилистая тропа (фургоны едва-едва протиснулись). В случае нападения здесь, как прикинул Рангар, можно перебить массу народу, скрываясь от копий и дротиков за могучими валунами, словно нарочно расставленными по периметру площадки. Но и эта ночь не принесла сюрпризов, лишь крик кхеля время от времени леденил кровь. Заступив на вахту, Рангар при свете миниатюрного магического светлячка, прикрывшись полой плаща, внимательно изучил нарисованную Фишуром карту. И какая-то идея забрезжила в его голове…

Утром Рангар заставил всех сделать активную зарядку и пострелять по мишеням из луков. Затем позавтракали – достаточно, чтобы насытиться, но не до отвала. Все понимали, что с набитым брюхом много не навоюешь. И еще одной особенностью завтрака было то, что Фишур не притронулся ни к рн'аггу, ни даже к пиву.

После завтрака состоялся военный совет.

– У меня было несколько вариантов проезда через Холодное ущелье, – сказал Рангар, разглаживая на плоском валуне нарисованную Фишуром карту. – И в конце концов остановился на одном, подсказанном мне кое-какими магическими познаниями Фишура. Наш друг как-то сказал, что с помощью известных ему заклинаний может создать фантомов, издали неотличимых от живых людей. Так, Фишур?

– Да. Причем создать фантом, когда оригинал перед глазами, значительно легче, чем не видя его, по памяти.

– Тем лучше. Итак, вот каков мой план. По тракту через ущелье вместе с фургонами поедут наши фантомы, по двое на козлах каждого фургона. Мы же верхом на тархах объедем ущелье с двух сторон по скальным склонам вот здесь и здесь (он показал на плане), чтобы с гарантией оказаться вне клещей вероятной засады. Если засады не будет и фургоны благополучно минуют ущелье, мы встретим их на выходе. В противном случае мы ударим в спину напавшим. За счет луков и стрел, которые мы постараемся использовать в полной мере, а также фактора внезапности у нас будет определенный перевес.

– Погоди, Рангар, – перебил Фишур, – двух дополнительных тархов под седло мы возьмем из упряжи, так?

– Так.

– Но не вызовет ли подозрений изменение порядка построения обоза – я имею в виду, что всадники пересядут на козлы? И во-вторых, отсутствие аж четырех тархов?

– Вызовет. Но у них не будет времени на размышления. Им надо будет действовать, изменить план атаки они просто не успеют. Но я еще не все сказал о своем плане. Мы дождемся хорошо охраняемого обоза и пустим фургоны с фантомами перед ним. Теперь смотрите: обоз с охраной въезжает в ущелье, и воины видят, как разбойники из засады атакуют два одиноких беззащитных фургона. Да они немедленно вступят в бой! И в этой ситуации уже бессмысленно да и просто невозможно кому-либо из напавших кричать, что мы-де преступники и нас следует арестовать… Убедительно?

– Молодец, – искренне произнес Фишур. – Ну а наша роль?

– Наблюдаем за схваткой, осыпая разбойников стрелами. В критической ситуации вступаем в бой, коли такая возникнет.

– Тархи не испугаются фантомов? – спросил Тангор.

– Хороший вопрос, – сказал Рангар одобрительно. – Казалось бы – мелочь, но такие мелочи, если их не учесть, могут сорвать самый лучший план. Что скажешь, Фишур?

– Все будет в порядке, – ответил тот. – Я наложу дополнительное заклятие, успокаивающее животных.

– Будем надеяться, что все в порядке будет не только с тархами, – сказала Лада. Тень тревоги, казалось, намертво въелась в ее глаза.

– Должно быть, Ладушка, – с нажимом произнес Рангар. – И будет, не сомневайся.

Он не мог, не имел права показать, что тревога, гнездящаяся в его душе, гораздо, гораздо острее.

– Я пойду в паре с Ладой, – сказал Рангар после паузы, – чтоб хоть как-то уравновесить наши пары по боеспособности.

Главной, конечно, была не эта причина, и все ее прекрасно поняли. И не только поняли, но и приняли – как само собой разумеющееся.

– Да пребудет с нами удача, – произнес Фишур и приложил руку вначале ко лбу, а затем к сердцу. Исстари считалось, что этот жест хранит от бед и призывает удачу.

– Да пребудет с нами удача, – эхом в один голос отозвались Рангар, Лада и Тангор и повторили жест Фишура.

…Медленно уплывала назад дорога, неумолимо бежало время, отсчитывая мгновения до начала битвы, которая навсегда врежется в память и сердце Рангара раскаленной занозой.