"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 1381

ЧАСТЬ II. ПЛАНЕТА КАРНАВАЛОВ

Глава 1

Его забытье напоминало очень сложный фантасмагорический сон; перед ним разворачивалось некое странное действо, но видел он все как бы сквозь туман или мутное от потоков воды стекло; он напрягался, пытаясь "навести резкость", но как только это ему почти удавалось и он начинал понимать суть происходящего, ткань псевдореальности разрывалась, и взору его представало нечто еще более странное и загадочное. Он видел не одного, а множество "себя", все были в масках, но он прекрасно узнавал их всех: и Вяза, и свое безымянное "третье", и четвертое, и пятое… Все они двигались по опасно сверкающим хрустальным канатам, пересекавшим необъятную многомерность некоего сверхпространства самым прихотливым образом. Кое-где в сверкающую паутину вплетались вызывающие неясную, глухую тревогу аспидно-черные нити, и по ним также кто-то передвигался, пугающе чуждый и странно знакомый в то же время. Очередной переброс унес его в бесконечность; отсюда таинственное сверхпространство казалось блистающим кристаллом с бесконечным числом граней, а вокруг… Он едва не задохнулся от близости всеобъемлющего, абсолютного понимания ИСТИНЫ… и в этот момент впервые пришел в себя. Вначале он увидел сплошное бледно-розовое пятно на снежно-белом фоне, затем из пятна понемногу проступили глаза… поразительно знакомые глаза, в узких щелочках которых таились мудрость и любовь.

– Сэнсэй… – пробормотал Зоров, силясь приподняться на кровати.

– Лежи, Саша, – твердая ладонь Ямото Сузуки на удивление мягко уложила Зорова на место. – Лежи, тебе пока нельзя вставать.

– Что со мной? Я болен? Ранен?

– Ничего страшного. На удивление, конечно. Ты помнишь, что с тобой случилось?

Зоров помнил. Хорошо помнил. Он молча кивнул.

– Что это было, сэнсэй?

– Пока не знаю. – Сузуки пощипал себя за подбородок, что было у него крайним выражением неудовлетворения, – Такое впечатление, что Главный компьютер центра сошел с ума. Его уже демонтировали и увезли к кибернетикам на исследование.

– Это "фактор Кауфмана", – услышал Зоров и тут только разглядел, что лежит он в маленьком, сверкающем чистотой помещении, и кроме Ямото Сузуки возле него в аккуратном белом халате сидит шеф ОСК Гордон Чалмерс.

– Я так и думал. – Зоров мрачно кивнул и облизал пересохшие губы. – Мне можно чего-нибудь выпить?

– Смотря чего, – усмехнулся Чалмерс. – Врачи разрешили тоник. Пока. До бургундского очередь еще дойдет. Вот, пей.

Зоров улыбнулся и с наслаждением сделал несколько глотков. Силы быстро возвращались к нему.

– Когда мне можно будет встать? – По тому, как Зоров спросил это, как бы между прочим, в промежутке между глотками тоника, хорошо знавший его человек мог легко догадаться, какое значение Зоров придавал ответу на этот вопрос.

– Сейчас сюда придут доктора, тебя обследуют, и тогда это выяснится, – ответил Чалмерс. – Хотя профессор Бирнс утверждает, что с твоей просто-таки удивительной жизненной потенцией уже завтра ты уже будешь в норме.

– Хорошо. – Зоров подавил вздох облегчения и расслабленно откинулся на подушку. – Ненавижу валяться на больничной койке. Надеюсь, мэтр, случившееся не будет поводом для отмены задания?

Чалмерс некоторое время помолчал, отвернувшись.

– Честно сказать, я бы с удовольствием отменил его, – неприятным скрипучим голосом произнес он, не глядя на Зорова.

– Но… всегда возникает это проклятое "но".

– Я полагаю, "но" в мою пользу, мэтр?

– Ямото, твой ученик вконец разучился владеть своими эмоциями, – сказал Чалмерс все тем же скрипучим голосом. – Торжество так и брызжет из его глаз.

– Он рад, что может продолжить свой путь, ибо истинный мастер никогда не свернет с него. На этом пути Мастер может пасть, но не отступить. Но в одном ты прав, Горди, – настоящий Мастер никогда не выставит на всеобщее обозрение то, что переживает его душа.

– Значит, я еще не настоящий Мастер, – пробормотал Зоров.

– Но я в самом деле рад.

– Сейчас ни я, ни кто-либо другой не в состоянии достоверно оценить степень опасности, с которой тебе придется столкнуться на Планете Карнавалов, – сказал Чалмерс. – Однако уже сейчас ясно: довести там дело до конца способен только ты. Увы.

– Но почему "увы", черт возьми?! Вам радоваться надо!

– Радоваться, говоришь? – произнес Чалмерс, болезненно морща лоб. – Не получается как-то радоваться, когда тебя загнали в угол.

– В угол? Не понимаю, мэтр…

– А что тут понимать… На тебя началась охота – это очевидно. Поэтому по всем канонам посылать тебя нельзя, ибо риск возрастает настолько, что даже не поддается оценке. С другой стороны, нам крайне необходимо знать, что на самом деле происходит на Планете Карнавалов, поскольку от этого, похоже, напрямую зависит судьба Содружества. Эффективно сработать в этом направлении по силам только тебе, и это для меня тоже совершенно очевидно. Это и есть классический угол, из которого я не вижу разумного выхода, поскольку отправить тебя на задание, конечно, выход, но отнюдь не разумный. А другого просто нет, обстоятельства давят и вынуждают принять плохое решение, я ощущаю гнетущее бессилие и страх… Ладно, пойду, не пристало начальнику плакаться в жилетку подчиненному. А ты давай выздоравливай. Тренируйся, силенок набирайся. Придется лететь тебе, никуда ты не денешься. Времени на подготовку – две недели, включая технический инструктаж.

Чалмерс вышел. И тогда заговорил Ямото Сузуки:

– Когда-то, очень давно, жил в Стране, восходящего солнца великий Мастер. С малых лет чудесным образом узнал он о своем грозном предназначении, и ступил на путь совершенствования тела и духа, и прошел его до конца. Еще юношей овладел он уровнем "генин", став непревзойденным бойцом. В зрелые годы он к мощи тела прибавил мощь духа, развив в себе такие психические способности, которые любого нормального человека повергали в мистический ужас. Так он взошел на уровень "тюнин", второй уровень великого пути. Но впереди были девять ступеней просветления и совершенства уровня "дзенин". Кожа его стала подобна твердому темному дереву, а волосы побелели, как снег на вершине Фудзиямы, когда он взошел на последнюю, девятую ступень.

И постиг он суть бытия земного и небесного, и коснулась его гармония небесных сфер, и понял он Предначертанное… И спустился он во мрак Подземного Царства, и вызвал на поединок самого Повелителя Тьмы, ибо ощущал в себе силу для этого. Вздрогнула Земля, огромные волны прошли по морям-океанам, пробудились спящие вулканы, пали на земную твердь небесные камни…

Сузуки надолго умолк, взор его погас, словно обратившись внутрь.

– И кто победил? – прервал вопросом затянувшееся молчание Зоров.

– Ты забыл мои уроки, посвященные вежливости, – с неудовольствием произнес Сузуки. – Ты должен был молчать, даже если бы я не заговорил еще несколько часов… А что касается поединка… Он продолжается и по сей день. Когда наступал Мастер, на Земле воцарялись мир, добро и любовь. Но все чаще преимущество переходило к Повелителю Тьмы, и тогда зло, насилие, жестокость захватывали мир, и его заливали потоки крови… Вот так.

– Красивая легенда, – задумчиво сказал Зоров. – Она, по-моему, не только отражает один из принципов даосской философии о гармонии темного и светлого начал инь и ян, но и в какой-то степени является проекцией европейских религиозно-философских концепций о непримиримой борьбе Добра и Зла…

Легкая тень неудовольствия пробежала по лицу Сузуки.

– Порой ты излишне пытаешься под все подвести, выражаясь твоими же словами, теоретическую базу и расчленить истину анализом. А ведь истина – это синтез. Нельзя рассказать басню тигру, поймав того за хвост. Поразмышляй об этом, пока будешь выздоравливать. – Сэнсэй встал, поклонился и вышел.