"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Страница 1220

Прекрасная темноволосая гордая ровенка из древнего могущественного рода, сильный маг, чей сын несколько лет назад был им тайно усыновлен, шла с прямой спиной, высоко подняв голову, смотря прямо в глаза Елении.

В настоящее время многие придворные уже узнали некоторые подробности того магического брака, который был совершен несколько лет назад, но сейчас это стало уже неважным.

Важным стало другое — то, что после расторжения их брака многие придворные позволили себе злословить об Эмии и Кассе и зубоскалить. Пришлось быстро дал понять, что слишком болтливым и наглым при дворе не место, что никому не позволено и никогда не будет позволено унижать герцогиню Эмию Данери и его приёмного сына Касса Данери.

Те же, кто всё же осмелился оскорбить или унизить хоть чем-либо его первую жену или маленького Касса Данери, были осуждены и надолго отправлены в городскую тюрьму.

Эмия Данери присела в глубоком реверансе, маленький темноволосый мальчик встал на одно колено, а потом мать и сын в унисон произнесли слова клятвы верности его любимой женщине.

Как только Еления приняла клятву и поблагодарила за её принесение, Касс поднялся с колена, бросился к императрице и обнял её.

Побледневшая Эмия дёрнулась вслед за сыном, но Еления неожиданно властным жестом, ранее для неё совершенно нехарактерным, остановила молодую женщину и в ответ обняла шустрого мальчугана.

Майстрим внешне спокойно и строго, но на самом деле с тайным удовольствием наблюдал за неожиданным представлением — ему очень нравилась непосредственность и искренность Касса — те качества, которые отец не разрешал проявлять ему в детстве, заставляя всегда сдерживать их.

— Я знаю вас! — радостно сообщил маленький Касс императрице. — Вы та самая фурия! С самыми красивыми крыльями! Из тьмы! Это вы спасли меня, маму и моего приёмного отца!

— Да, так вышло, малыш, — ответила Еля, сверху вниз смотря на мальчика и улыбаясь.

— Мама говорит, что Ровении вас отправили Боги! — громким шёпотом сказал ребёнок. — Мы с ней всегда молимся за вас! А ещё мама говорит, что у вас доброе и большое сердце!

Майстрим почувствовал, как от волнения пересохло во рту, он бросил благодарный взгляд Эмии, в благородстве и искренности которой давно убедился, а потом увидел, как две молодые женщины встретились взглядами. Невольно Майстрим замер, хотя и давно ждал этого мгновения.

Еления тоже на миг застыла, а затем медленно, но решительно спустилась со ступеней постамента вместе с Кассом, которого взяла за руку. Под сотней взглядов придворных его невероятная жена обняла Эмию за плечи, что-то шепнув молодой женщине на ушко.

Но Майстрим, конечно, услышал: «Я от души благодарю вас, что помогли Майстриму. Я навсегда ваша должница».

Эмия кивнула, но отстранилась и присела в глубоком реверансе, выражая своё почтение.

Майстрим вновь вспомнил грустную историю молодой женщины из древнего рода Онери, в котором никто не пожелал защитить её от позора, который неминуемо ей грозил. Хотя Эмия была совершенно не виновна в произошедшем с ней, — её опоили и подложили в постель к женатому мужчине, в которого она была тайно влюблена. А вскоре Эмия стала ждать ребёнка.

Его разведчики, искавшие подходящую пару для магического брака, узнали историю Эмии и рассказали ему. Как и выяснили личности тех, кто был виновен в позоре молодой женщины. Эмия согласилась на временный магический брак, но поставила свои условия — усыновление Касса, пожизненная защита её и сына, полное обеспечение. Май же мысленно тогда добавил — наказать виновных, что позже и выполнил.

За несколько лет, в течение которых он и Эмия были супругами, они смогли стать друзьями.

Малыш Касс высвободил руку из руки Елении, медленно и с достоинством, как он сам научил его, подошёл к нему, поклонился и неожиданно громко произнёс:

— Ваше величество, поздравляю вас! С тем, что ваша Еля вернулась! Мама сказала, что теперь вы наконец-то станете счастливым! Ведь вы, как никто другой, достойны счастья!

— Касс! — с укором воскликнула Эмия, немного зардевшись. — Вот же болтун! — усмехнулась она.

— Касс, подойди ко мне, — мягко проговорил Майстрим, уголки губ которого подрагивали в весёлой улыбке.

Мальчик подошёл, император посадил мальчика к себе на колени, и Касс прошептал, и снова громко.

— Отец, когда будем снова сражаться на мечах?

— Сегодня, к сожалению, у меня нет возможности, сам видишь, — серьезно ответил Май. — А вот завтра, с утра, обязательно. Жду тебя в нашем зале.

— О! Я так рад! — восторженно прошептал малыш, а потом добавил: — Она, ваша Еля, очень красивая. И добрая. Но мама всё же красивее. И добрее. Наверное.

В тронном зале послышались приглушённые смешки придворных, но не насмешливые, а весёлые, которые сложно было сдержать. Еления тоже улыбнулась, только Эмия Данери, похоже, почувствовала себя несколько сконфуженно из-за болтливости сына.

— Мамы все такие, — ответил Майстрим. — Самые красивые и добрые. И не наверное. Это так и есть.

— О, тогда вы со мной согласны?! — радостно прошептал мальчик.

— Ещё бы. Конечно. Ведь моя мама тоже самая добрая и красивая, — ответил Май. — Была когда-то, — добавил грустно.

— Я запутался, — несчастно признался Касс. — Почему была?

— Я помогу тебе распутаться, — строго проговорила Эмия. — Возвращайся ко мне. Я всё объясню.

— А почему «была»? — снова спросил ребёнок, которого Майстрим уже спустил с колен, но который замер рядом с приёмным отцом.

Майстрим задумался: сказать малышу, что его мамы больше нет, поэтому? Но тогда Касс может не так понять и решить, что его мама тоже может вскоре уйти за Грань. А пока он маленький, разве нужно ему об этом думать?

— Потому что, когда встречаешь любимую женщину, уже она становится самой красивой и доброй, — нашёлся Майстрим.

— Я понял, — кивнул малыш с серьёзным лицом, а потом добавил с озадаченным видом: — Любимая женщина — это кто такая? И где её ищут?

И снова в тронном зале послышался приглушённый смех.

— Пойдем, я расскажу тебе, — вздохнула Эмия, подошла к сыну, взяла его за руку, со смущением уводя мальчика подальше от императора.

Майстрим встретился взглядом с Еленией. Тёмные необыкновенные глаза любимой выражали восхищение им и нежность, и он почувствовал, как в груди стало очень-очень тепло.

«То есть для тебя я самая красивая и добрая?» — улыбались глаза Ели.

«Для меня ты самая невероятная, — ответил Майстрим тоже молча — взглядом, сердцем и душой, — самая красивая, добрая, нежная, смелая, понимающая, верная. Для меня ты — моя любимая».

Вечером, когда они остались одни в его кабинете, Майстрим сказал жене со всей серьёзностью:

— Я хочу, чтобы ты подумала, чем хочешь заниматься, сердце моё. Я соглашусь с любым твоим решением. Захочешь вернуться в полицию, возвращайся, захочешь заниматься благотворительностью, занимайся. Захочешь весь день ходить на голове на крыше дворца, ну что ж, так тому и быть.

Еления, сидящая у него на коленях в крепких объятиях, тихо рассмеялась, провела пальчиком по гладко выбритой щеке мужа.

Майстрим перехватил нежную руку за запястье и приник губами к тыльной стороне, нежно целуя.

— Май…

— Да? — император с трудом оторвался от бархатной кожи, посмотрел в глаза жены, в которых каждый раз тонул по новой.

— Я тоже хочу, чтобы ты стал счастливым рядом со мной, — шепнула Еления. — Чего хочешь ты?

Май широко и счастливо улыбнулся, наклонился, нежно прикусил пухлую губку жены, провёл дорожку поцелуев по линии скулы, поцеловал за ушком.

— Чего хочу я? — горячо прошептал он. — Чтобы ты стала счастливой, любимая моя. Дилемма, да?

Еля снова тихо рассмеялась, обняла Мая за шею, взъерошила идеально уложенные светлые волосы, поцеловала в висок.

— Ель, сейчас я вынесу тебя отсюда на руках на глазах у всех, — хрипло прошептал Май.

— Ну нет. Учись держать себя в руках, ваше величество! — возразила императрица, — Император ты или несдержанный мальчишка? — незаметным скользящим движением она покинула колени мужа и встала рядом, легко увернувшись от жадных рук Мая.