Ребенок от лучшего друга. Мы не твои (СИ) - Маар Чарли - Страница 4

Костров-старший, а если быть точной, Демид Демьянович влетает в офис Руслана с искажённым от гнева лицом, которое тут же искажается ещё сильнее, когда его взгляд фиксируется на нас. А мы, как вы уже знаете, сидим на диване. Я у Руслана на коленях. Руки Руслана у меня на заднице.

Превосходная картина.

– Таисия? – выдыхает Костров-старший, явно не ожидавший увидеть то, что увидел.

Разумеется, с отцом Руслана мы знакомы все эти годы, так же как и с его бабушкой. И естественно, им известно, что между мной и Русланом исключительно дружеские отношения.

Ну, теперь у Демида Демьяновича наверняка возникнут сомнения на этот счет.

И хотя я еще утром горела идеей выйти замуж за Кострова и родить ему ребёнка, когда глаза его отца обретают форму пятирублевых монет при виде нас, мне становится крайне неловко, поэтому я резко подрываюсь с колен Руслана и вскакиваю на ноги.

– Демид Демьянович, здравствуйте… то есть, доброе утро… То есть, это не то, о чём вы подумали… Простите, пожалуйста! Мне просто стало плохо, и мы с Русланом… В общем, это из-за меня он опоздал! – начинаю тараторить, успевая только воздух ртом глотать.

А Костров-младший, на удивление, молчит. Какого чёрта он там завис? Это его отец, между прочим! Который, кстати, тоже молчит, и смотрит на меня всё ещё в полнейшем шоке.

Не знаю, сколько по времени я ещё бормочу какие-то невнятные извинения, переминаясь с ноги на ногу, но в определённый момент Демид Демьянович вдруг заглядывает мне за плечо, бросив взгляд на сына, затем снова переводит любопытный взгляд на меня и неожиданно… широко улыбается.

– Нет-нет, Тая, всё в порядке. Я не ожидал, что здесь будешь ты… Рад тебя видеть. Давно не приезжала к нам в гости. А почему тебе плохо стало? Может, у тебя какое-то… состояние?

Не успев выдохнуть от облегчения, что Костров-старший не станет неистово орать, я недоумённо выгибаю бровь, пытаясь сообразить, о чём он меня спрашивает.

– Состояние?

– Ну да, – кивает, пригладив пальцами седую бороду.

Хмм… Этот жест у Руслана от отца. Почему-то не замечала раньше.

– Состояние, из-за которого голова закружилась, – поясняет Костров.

Хлопаю ресницами, всё ещё недоумевая, о чём это он.

Демид Демьянович взмахивает рукой и снова улыбается.

Честное слово, никогда не видела, чтобы этот человек одномоментно так много улыбался…

– Не буду вас допытывать. В общем, сын, жду тебя в зале совещаний. Мы все готовы. Если Тае плохо, пусть твой водитель отвезёт её домой, – подмигнув мне, Костров-старший выходит из кабинета.

Открыв рот от откровенного изумления, поворачиваюсь к Руслану.

– Это что сейчас такое было? Он тебя сыном назвал? И улыбался? Будто вы и не ссорились вовсе.

А насколько мне известно, они уже несколько дней не разговаривают.

Хочу услышать от Кострова его предположения и догадки на этот счёт, но Руслан не говорит ни слова. Вместо этого он как-то задумчиво смотрит на дверь, потирая бороду, затем переводит этот нетипично задумчивый взгляд на меня…

ВОПРОС ПО КВЕСТУ:

КАК ЗОВУТ ОТЦА РУСЛАНА?

Глава 5. Что за взгляды, Костров?

Глава 5. Что за взгляды, Костров?

Тася

И что это был за взгляд?

Нет, я серьёзно…

Я бы его допытала, если бы не совет директоров. Но Рус вдруг так неожиданно заторопился и резко отправил меня домой, что я и сказать-то больше ничего не успела. Ладно хоть на своей машине с водителем отправил. Что-то голова больно сильно болит. Не уверена, что смогла бы на своей добраться.

И всё же, почему он так смотрел?

В общем, догадки строить можно сколько угодно, а ответ я сумею получить только от Руслана напрямую. Правда, неизвестно, когда мы снова увидимся. У него завалы на работе по неделям бывают. А тут ещё такая ситуация с требованием его отца жениться…

Топаю к подъезду, чувствуя, как головная боль усиливается с каждым шагом. Надеюсь, это всё-таки не сотрясение. Кажется, дома осталось обезболивающее. Мне бы выпить таблетку и лечь спать, а уже потом думать о странном поведении Кострова-младшего и Кострова-старшего.

Слава богу, я хоть в отпуске. Ни сегодня, ни завтра не надо никуда торопиться. Ещё две недели могу себе позволить валяться в постели сколько угодно и депрессовать насчёт отказа Руслана жениться на мне и сделать ребёнка.

Чёрт!

Я договор забыла у него в офисе! Вот же балда! Это ведь… настоящая реликвия, а Костров наверняка выбросит его и не задумывается.

Кое-как подавляю в себе желание позвонить Русу и попросить не выкидывать договор.

«Ну уж нет, Тася» Ты должна быть сильной! Не позволяй ему думать, что эта бумажка что-то важное для тебя значит!»

Ну ведь значит ведь…

Расстроено надув губы, захожу в подъезд и тут же ловлю неприятный едкий запах. Будто горелым воняет… У кого-то обед подгорает или…

Взбегаю по лестнице к блоку квартир на первом этаже и заворачиваю в левое крыло, где как раз находится моя новая чудесная квартирка, абсолютно новенькая, которую Руслан мне всего год назад подарил и забабахал там обалденный ремонт. В общем, взбегаю, и с ужасом вижу, как из-под двери валит дым.

Нееет! Только не это! Это Костров всё накаркал!

И почему, чёрт побери, не сработала сигнализация! Уже консьерж должен был прибежать и узнать, что случилось! А где, кстати, консьерж?!

И стоит только обо всем об этом подумать, как на весь подъезд раздается мощный писк, а из специального помещения для консьержа, выбегает явно заспанная Елена Петровна, и поднимается ко мне на площадку.

– Пожар! – кричит она.

– Я вижу, – с отчаянием в голосе спешу к двери в свою квартиру, сую ключ и открываю.

Мощный поток дыма лупит в лицо.

– Елена Петровна, звоните в МЧС! Или несите огнетушитель! В общем, что-нибудь делайте!

Зажав нос краем футболки и щуря глаза, так как дым жутко их раздражает, пытаюсь пройти внутрь квартиры и понять, что горит. Хотя мысленно, я уже представляю, что именно. В прошлом году так было. Я забыла затушить благовония на балконе.

Поэтому сейчас я первым делом иду к балкону, где, я совсем чёрт-бы-всё-побрал не помню, затушила сегодня утром благовония или нет.

Разумеется, нет! Что я там утром делала кроме, как нервничала из-за предстоящего разговора с Русланом!

Шторы оказываются полностью в огне. Задержав дыхание, я бегу в кухню и набираю в вазу воды, затем бегу к балкону и лью на горящие шторы.

Костров меня убьёт. Точно вам говорю!

И где там Елена Петровна с огнетушителем?!

Консьерж влетает в квартиру в следующее мгновение с небольшим огнетушителем в руках и начинает поливать пламя пеной.

Господи, слава тебе, что огонь не успел охватить всё помещение и соседние квартиры. Это могло закончиться катастрофой. Жильцы дома, где я раньше жила, так и не простили мне прошлого пожара. Руслан восстановил квартиру и продал, так как мне невыносимо было жить при таком отношении соседей.

– Помогай! – кричит Елена Петровна.

Кивнув, я снова бегу за водой, и начинаю заливать оставшееся пламя. Спустя примерно двадцать минут мы сидим на верхней ступени лестницы, открыв нараспашку подъездную дверь и все окна и двери моей квартиры.

– Руслан меня убьёт… – шепчу больше самой себе.

– Чего? – хмыкает Елена Петровна.

– Да ничего… ничего…

– Ты ночевать-то где будешь? Там сутки или двое всё проветривать надо, – закашливается консьерж. – С такой вонью спать опасно.

Я тяжело вздыхаю. Одна головная боль не успела пройти, как нарисовалась следующая. И даже подепрессовать не удалось по-человечески.

– Найду, у кого…

Хотя кроме Руслана ночевать мне не у кого. Так что всё-таки придётся звонить Кострову и объяснять случившееся. Опять половину вечера будет читать мне лекцию по противопожарной безопасности.

Ужасно дерьмовый день. Часть вторая.