Сто раз на вылет (СИ) - Узун Юлия - Страница 23

Продолжая стоять как вкопанная, я уже знала, что подорвусь на первом же слове, поэтому молча слушала.

— Вчера ты написала Талии, что лежишь под капельницей. — Он взял обе мои руки, приструнив попытку их выдернуть, и развернул венами вверх. Ни одного прокола. — Будь ты умнее, то надела бы блузку с длинными рукавами. Тебе не ставили капельницу. И в больнице ты не была, иначе Ёся был бы в курсе. Когда ему позвонил Беркер, тот едва не забил тревогу. Не знаю, где ты была, но точно не в больнице.

— Докажи теперь.

Сухой смех был омерзителен.

— Это твоя жизнь. Но, — он выдержал паузу, — если ты встречаешься втайне с кем-то из ведущих, то твоему участию конец. В твоих же интересах честно сражаться на этой неделе и выиграть.

После этих слов Бернардо ущипнул меня за щёку, мило улыбнулся и произнёс излюбленное Руисом итальянское слово:

— Кара.

31

Приложив ладошки к щекам я сидела у реки на своём излюбленном бревне. Комары и запах водорослей вызывали дискомфорт, но я терпела. Часы показывали время чуть больше полуночи. Пятнадцать минут назад я написала Беркеру, что приду сюда. А пока ждала, размышляла.

Ситуация вышла из-под контроля. Хуже я сделала или лучше, встретившись с Франко? С одной стороны, встреча была больше похожа на дружескую и сегодня Руис ко мне не подходил. Успокоился и отстал. Я подумала, что это хороший знак. Теперь до конца шоу я смогу спокойно играть. Пора бы задрать высоко голову и двигаться вперёд. Ради мамы и сестры мне необходимо настроиться на игру. А Франко — пройденный этап. Беркер рядом со мной. Наконец, сбудется желание Рут. Моя лучшая подруга спит и видит меня с каким-нибудь женихом и тоже поваром. Мы с Беркером составим отличную пару.

Улыбнулась своим мыслям и тут же заприметила Беркера, тихо подбирающегося ко мне. Я поднялась на встречу, раскинув руки, которые обвились вокруг его шеи, когда Беркер обнял меня.

Лёгкий поцелуй в губы поднял настроение.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? — спросил Беркер, устраиваясь на толстом бревне, при этом не выпуская моей руки.

— Вот сейчас, получив «пилюлю» от всех недугов, стало значительно легче.

Он хлопнул по плечу, убив одного из сотни комаров.

— Здесь не слишком приятно.

— А как ты хотел? Учись преодолевать трудности, — шутила я.

— Ты сильно расстроилась, что стала капитаном?

— Они пропустят меня через мясорубку.

— Хочешь подыграю тебе?

У меня вытянулось лицо, я уже догадывалась, что он имеет в виду.

— Что ты задумал?

— Пересолю или сделаю ошибку. В рыбе косточку оставлю. Ложку лизну.

— Ни в коем случае! — почти взвизгнула я. — Нет! Я хочу честной игры. Бернардо грозился стереть меня в порошок и требовал играть по-честному, а я после этого пойду на такую гадость?

— Хорошо. Забудь, что я тебе сказал.

— Ты ведь ничего не сделаешь, — наставила на него палец. — Не сделаешь.

Беркер схватил мой пальчик и поцеловал.

— Не знаю, — дразнился он.

— Беркер! Если ты хоть что-то подобное выкинешь, я на это место больше не приду!

— А как ты узнаешь? Вдруг я на самом деле допущу ошибку? Пусть это будет на моей совести.

Я сникла. Грусть накатила. Беркер нежно поднял мою голову за подбородок, наклонился и поцеловал. А потом начал говорить, прерываясь на каждое слово.

— Всё, — поцелуй, — будет, — поцелуй, — хорошо, Найджела. — Он потерся своим носом об мой. — Обещаю тебе.

На следующий день перед игрой я разыскала Франко Руиса на съёмочной площадке. Вокруг него, как всегда, сновали люди, не позволяя подступиться. Я кое-как знаками показала, что хочу поговорить. Пришлось ждать минут пять, когда он выйдет в коридор.

— В гримерке через две минуты. Иди, — вполголоса произнёс он и вернулся в зал.

Я пошла, куда велели, но прождала добрых десять минут, разглядывая тюбики с кремами, разноцветные тени, блески для губ, парики… В объёмном кармане моих широких брюк звенели дорогие украшения, и от этого звука я каждый раз вздрагивала. Поскорее бы избавиться от них.

Весьма довольный Франко появился в гримерке, уж не знаю, что его развеселило, и знать не хочу.

— Кара! Рад, что ищешь со мной встреч.

Чтобы не обольщался, полезла в карман.

— Да, чтобы вернуть это.

Улыбка мигом исчезла с его лица.

— Спрячь сейчас же, — зашипел он, осматривая помещение на предмет камер. В гримерке их не было, я знала. Иначе зачем бы сюда приносили камеры, чтобы снять, как нас наряжают?

— Другого случая я не смогу найти. И серёжки мне эти не нужны. Мы сделали большую ошибку… Вы сделали. Участники не глупы, Франко. Если некоторым я смогла соврать, то Бернардо догадывается. А ещё он назвал меня «кара», что не исключает возможности вскрытия нашего обмана.

— Что конкретно он тебе сказал? — Кажется, внутри Руиса кипела не только злость, но и страх.

— Вы правда хотите это знать?

— Да.

— Хорошо. Передаю сказанное слово в слово, насколько смогла запомнить: «Если ты встречаешься втайне с кем-то из ведущих, то твоему участию конец. В твоих же интересах честно сражаться на этой неделе и выиграть». Именно поэтому он выбрал меня капитаном «красных».

Франко вдруг почувствовал, что шее стало тесно в воротнике рубашки. Он расстегнул верхние пуговицы, потёр шею.

— Ты не проиграешь, — сказал он и хотел уйти.

— Франко! — Он обернулся. — Серёжки.

— Выброси их.

Кот поджал хвост, потому что собака сорвалась с цепи. На моём лице появилась довольная улыбка, будто украла её у Руиса. Мышь довольна. Мышь полакомится сыром.

32

Поражение потерпел Бернардо. Это должно было поднять мне настроение, но нет. Черта с два! С каким триумфом он смотрел на меня, когда на «отсев» отправился Беркер, но с ещё большим удовольствием он смотрел на меня, когда большинство проголосовало за Талию. Вот она — цель Бернардо. Он забрал всех моих друзей в свою команду, чтобы по одному отправить их на «разделочную доску». Бернардо не хочет моего ухода из шоу. Ему нужны мои слёзы.

Я долго сидела неподвижно на диване, глядя в одну точку, пока ко мне не подсела Талия. Эдит и Ханна тоже подошли.

— Не расстраивайся. Я выйду. Беркер тоже выйдет, — сказала Талия, погладив меня по руке.

Видит Бог, я держалась, но уже не могла. Одинокая слеза покатилась по щеке. Это жестоко. Жестоко и несправедливо.

— Бернардо специально всё это подстроил, — процедила я сквозь зубы. — Уверена Зельда и Андриус с ним в сговоре. Андриус получил иммунитет. Он отправил Беркера. Здесь сомнений быть не может. На голосовании Зельда и Андриус отдали голос за тебя, Талия. Бернардо тоже. Ах, я про Валерию забыла. Тоже злопамятная курица.

— Лично я согласна с Найджелой, — согласилась Эдит. — Слишком всё очевидно.

— Да, но Дамьян всегда был справедливым. Однако и он отдал мне голос. Почему? Я не сделала особых ошибок.

— Бернардо — стратег, — сказала я. А ещё змей ползучий, от которого лучше держаться подальше.

Что я и сделала. На протяжении всего вечера делала вид, что Бернардо не существует. Не раз ловила его цепкий, холодный взгляд на себе, но старалась игнорировать его.

После ужина они решили поиграть в мяч, но у меня не было желания. Вместо игры отправилась погулять по лесу, в итоге дошла до реки и устроилась на своём бревне. В этом месте была другая атмосфера, спокойствие и умиротворённость. Мои мысли были чисты. Объект раздражения играл в мяч, радуясь, какой он умный и талантливый.

Спустя двадцать минут тишину прорезал треск ветки. Я обернулась и увидела, как ко мне спускается Беркер. Я подбежала к нему, крепко обняла, а потом начала бить в грудь кулачками.

— Ну и чего ты добился? Я же просила не подыгрывать мне! Но ты разве слушаешь меня?

— Не драматизируй…

— А? Ты слышишь себя? Ты на «отсеве», Талия там же. Осталось мне и Рико попасть туда. И всё!

— Рано или поздно кто-то из нас уйдёт. Относись к этому проще.