Семерка из козырей (СИ) - Зайцев Николай Александрович - Страница 32

Сердце бешено колотилось в груди.

За отвоеванной шляпой никто не ринулся в атаку. Головной убор удалось отстоять. И Фокс почувствовал себя намного лучше и увереннее. Еще не победитель, но тоже непрост. Намучаются связавшись с полицейским. Ведь за ним по мимо его отдела, целое управление. Чего стоят два лейтенанта! На них просто смотреть и то страшно.

Вспомнил про телефон. Попытался вызвать вживленный датчик. Экран постоянно гас, не желая возникать перед глазами. Связи не было! Номера абонентов все были не в зоне в действия.

Оставалось надежда на два прямых звонка. Того, что в любое время бил током. И тот, с чего номера постоянно спрашивали: как у него дела и, что он сегодня ел. Эти номера невозможно было заблокировать извне! Так они являлись приоритетными и всегда ты должен быть на линии.

Потом Фокс вспомнил, что сам их заблокировал, добавив в черный список и тело его вмиг похолодело:

— Нет, нет, — зашептал он, борясь с дрожью. Ноги заелозили по полу, гоняя волны. Мусорный островок закачался. Крыса, которая месяцами спокойно лежала в куче старого тряпья и пожелтевших клочков бумаги. С бульканьем упала в воду. И тут же всплыла! Как символ непотопляемости. Тогда почему ему страшно, если даже мумия ничего не боится??? Опытный полицейский взял себя в руки. Досчитал до десяти, два раза повторяя про себя цифру восемь. Вспомнил про жетон и первую присягу, принимаемую на плате перед колледжем. За спиной у строгих преподавателей развевались знамена. И тогда ему казалось, что весь принадлежит выпускникам. И они уж точно смогут изменить мир!

А оказалось всё не так. Далеко не так.

Теперь в заброшенном подвале.

Среди трупов крыс.

Над головой гулко застучало в ржавой трубе. Мох задрожал, как живой. И из гнилого обломка выкатился ком.

Фокс старался на него не смотреть. Отводил глаза. Но в поле зрение упорно лезли дохлые крысы. Успокоился ненадолго. Номера в телефоне! Нашел из-за чего паниковать! Ведь сам заблокировал, значит и сам может разблокировать. Фокс облегченно выдохнул. И принялся вызывать меню. Только каждая его попытка вызывала красную вспышку перед глазами. И она насиловала мозг, глася:

— НЕТ СЕТИ!

Фокс застонал, подтянул к подбородку коленки и впервые за долгое время, заплакал, бормоча:

— Я хочу к маме. Мама, я не ел сегодня ничего. Мама, — голос по-предательски дрогнул.

Как в злую насмешку, перед глазами вспыхнул красный фон телефона, с уже привычной надписью:

— Нет сети. — И в след раздался пронзительный звук фиаско.

Глава 25. Ада

— Не щекочите меня! — верещал темнокожий парнишка, отбиваясь от рук неразумных послушников. Глаза его выглядели испуганными, а вот лицо явно недовольный. Он с немой мольбой смотрел на меня. Сверлил взглядом! Призывал к помощи. Нет уж, помучайся, дружок. Насладись. Когда еще испытаешь подобное чувство и побудешь в моей шкуре? Киборги тянули к нему руки, желая потрогать. Погладить. Ущипнуть! Словно раньше никогда не видели человека.

— Ай! — вскрикнул галактический герой. — Ай! Не трогайте меня! Да хватит щипаться! За долбали уже!

Ну, ворованного человека — нет. Не трогали и не видели. Думаю, это редкость. Пока редкость. Дело времени. Послушники плотным кольцом окружили ребенка, не давая ему пройти, гладили по голове, желая приласкать и дать почувствовать «дом». Здесь так хорошо! Сейчас поиграем! Ты будешь мячом. Расслабься! И получай удовольствие.

Младший Харрисон не хотел расслабляться. Старая заброшенная школа ему была явно не по нутру и пугала, так, что черный цвет кожи серел на глазах. Это он еще не видел другие помещения! Здесь хоть светло и нет ничего зловещего: через заложенные окна у потолка, в щели пробивается солнце; пыль радостно искрясь, витает в воздухе; а старые скамейки, вытертые не одним поколением школьников, еще прекрасно сохранились и так и манили к себе — посидеть и болеть за важный матч.

— Наслаждайся, дружок, — проворчала я, направляясь к выдолбленному туннелю — входу для старших членов тайного ордена.

— Эй, био! А ты куда?! А я?! — забеспокоился толстый негритянок. — Как же я?! Как же твое обещание?! Ты же меня обещала показать самое сокровенное, секретное и таинственное место!

Я остановилась, развернулась, хмурясь:

— И я тебя не обманула! Это и есть самое сокровенное место!

— Эй, био! Но я же ожидал другого! — верещал маленький Харрисон.

Вот так и рушатся чужие надежды, иллюзии. И кто в этом виноват? Явно не я, я ничего не фантазировала и не придумывала. Хотел сокровенное место увидеть? Пожалуйста. Что может быть таинственнее нашего ордена? Штаба и сердца движения сопротивления?

Я пожала плечами и нырнула в туннель. Сейчас заметила, что сквозь кирпичные стены сочится вода. Светильники, растянутые на длинных черных кабелях, тускло светили, мигая время от времени. Непорядок. Разберусь совсем, а потом починю электрику, прежде, чем уйти навсегда. З —забота. Помню, навсегда. По-другому не могу. Вперед! Мне нужен третий порот. Надо было поскорее увидеть подругу. Соскучилась по своей болтушки — сил нет. Единение и трепет, который я испытывала каждый раз видя ее, захотелось скорее снова испытать. О, моя подружка. Моя лучшая подружка! Скоро я тебя увижу. И мы снова будем вместе! Наболтаемся! Столько новостей за день накопилось. И не остановишься, пока все не перечислишь. Подумать только, люди каждый день видят своих подружек. Вот же она счастливые!

Увидела я Гуру.

Смешалась немного. Темп ходьбы пропал. Улыбка с лица исчезла. Доброта растворилась. Уголки рта опустились. С трудом их подняла, применяя силу. Так, надо поскорее менять кожу. Хотела проскользнуть, типа у меня задание, и я очень тороплюсь, выполняя команду.

Не прокатило.

— Стоять!!!

Старик, закатив коричневую дранную хламиду, проворно схватил меня за руку, и не дал пробежать мимо. Развернул к себе лицом.

— Куда?!- радостно воскликнул он. В глубоких морщинах старика жил своей жизнью маленький черный жук. Деловито, насекомое ползло по траншеям кожи и ничто не могло нарушить его привычный образ жизни. Чудесный ритм. Некуда торопиться. Впереди столько неизведанного. Позавидовала чужой жизни. И вздохнула: у органики так мало времени на жизнь, знали бы они правду, шевелились быстрее.

— Чего еще? — закапризничала я, пытаясь вырваться из захвата. Не время для выяснения отношений! Я и так поняла, что ты не главный. Ты —нянька. Самое младшее лицо среди ответственных пользователей. По сути дела — никто, ничего из себя не представляешь, и терять с тобой время нечего. Я же спешу к подруге!

Наставник оказался сильным не по годам. Цепкие пальцы можно было только сломать. Но, я же не могла обижать няньку? Или могла? Глаз сам собой прищурился. Заработал сложный алгоритм, вычисляя уравнение.

Старик смотрел на меня с усмешкой. В самую душу. Не отпускал, и я сдалась. Задержалась. Ладненько. Подарю ему две минуты.

— Разительные перемены. Я в тебе не ошибся. Ты — это не ты. — Хорошее начало разговора. Зануда, а не нянька!

— И, что со мной стало? — с вызовом спросила я, вскидывая голову. Старик подвел меня к обломкам кресел, усадил перед собой. И только тогда освободил захват. Другой мебели здесь не было. Я с опаской покосилась на гнутые зубья спинки. Надо бы раздобыть для Наставника настоящую мебель. Из Икеи. Я вспомнила рекламу. Там лучшая мебель — люди не обманывают. Знают толк в таких мелочах. Любят комфорт. Всё-таки Гуру заслуживает самого лучшего. Теперь, кода я умею воровать — я умею многое.

— Ты полностью изменилась, — голос старика дребезжал. В отличии от меня ему некуда было спешить, и он наслаждался каждой минутой жизни, уже не боясь замкнуться навсегда. Признаться, именно этого момента я и ждала, что дед вдруг замрет истуканом, и глаза его уставятся на меня неподвижно. Вот было бы здорово! Но как бы не так!

Видно не в этот раз. Я тяжело вздохнула: от разговора не убежать.

— Это всё обновления! — Имело смысл напоминать, что ко мне прикоснулась рука Создателя и зеленые циферки в моей прекрасной голове понеслись с утроенной силой, только набирая обороты и не собираясь останавливаться? Не видела в этом никакой необходимости. Если ты старый и ничего не помнишь — то твое место на помойке, среди ветхого мусора, так, если разобраться, нянька-то нам и не нужна. Могли бы мы, старшики, прибегать, те, что незаняты делами, и давать наставления новым послушникам. И нечего занимать чужие места. Я посмотрела на ветхого деда. И сердце мое сжалось. Это всё моя биополярка. Мотыляет меня туда-сюда. Конечно, пусть остается. И делает видимость работы, создает суету. Тем более у него неплохо получается. Сказал бы еще кто лидер. Это сэкономило бы много времени. С такими обязанностями должна справляться Барби. Вот уж у кого подрос интеллект! Настоящий будущий лидер подполья! Моя подруга. Только ее вижу во главе тайного ордена.